Цитаты
286093
Зачем люди говорят, что верят в Бога? Зачем ходят в церковь? Зачем молятся или посещают святыни? Менее проницательные думают, что это и есть их вера. Но те, кто заглядывал внутрь себя, знают, что ходят в церковь как раз именно потому, что не верят. Не верят, но хотят верить. Они думают, что ритуал поможет им пове- рить по-настоящему. Они почему-то думают, что одни такие. Что человек рядом верит истинно, неистово, без малейшего сомнения. Еще больше они убеждены, что верят священники. Причем чем выше сан, тем сильнее и безупречнее вера. Поэтому явление Папы, Патриарха, Муфтия, Митрополита, Далай-Ламы или любого вер- ховного священника для них акт наивысочайшей надежды. Над- ежды не в лучшее будущее, а в то, что он заразит их своей верой. Вера для каждого — чудо, счастливое приключение. Заболеть ею — что может быть прекраснее?
Кто дергает за ниточки? Ты управляешь информационным фоном или он тобой? Кто они – загадочные и экстравагантные технологи общественного мнения, капитаны индустрии или профессиональные подлецы? Битва идеологий идет на земле и на небе. Кто же победит и есть ли у людей альтернатива прогрессу? Справится ли человек с соблазном стать сверхчеловеком? И можно ли ради огромного блага совершить зло? Сплетение убеждений и лжи, интриги и тайны, противостояние длиною в тысячи лет – в новом романе-антиутопии...
В Японии есть поговорка, которая означает: "Вы начинаете учить то, что действительно хотите, только после пятидесяти лет".
Кинцуги – древнее японское искусство реставрации разбитых вещей. Его суть в том, что поломки и трещины неотделимы от истории самой вещи. Их нужно не скрывать, а, наоборот, выставлять в лучшем свете. Трещины становятся золотыми лучами, пересекающими изделие. Точно так же полученные травмы делают вас уникальными. Учат быть совершенной в своем несовершенстве. [b]В формате PDF А4 сохранен издательский дизайн.[/b]
Кулинария - единственная форма искусства, которая использует вся пять органов чувств.
Кинцуги – древнее японское искусство реставрации разбитых вещей. Его суть в том, что поломки и трещины неотделимы от истории самой вещи. Их нужно не скрывать, а, наоборот, выставлять в лучшем свете. Трещины становятся золотыми лучами, пересекающими изделие. Точно так же полученные травмы делают вас уникальными. Учат быть совершенной в своем несовершенстве. [b]В формате PDF А4 сохранен издательский дизайн.[/b]
Чувства не всегда идут рука об руку с разумом.
Однотомник. Повелитель черных ягуаров, бесстрашный Кордан Элларийский гордится чистотой своей крови и слывет искусным воином. Его ждет великое будущее и красавица невеста из знатного рода. Но один день, проведенный в замке погибшего вассала, меняет все. Неожиданная встреча с юной незнакомкой переворачивает спланированную и размеренную жизнь. Кто бы мог подумать, что полукровка станет его избранной и единственной, его истинной суженой? Но незаконнорожденная дочь обычной женщины не пара...
Смерть никогда не была решением проблем. Смерть – это всего лишь смерть. От неё никогда не становилось лучше и не станет.
Человечество – это миф… Представь, что ты отличаешься от остальных. И у тебя отсутствует нечто, доказывающее принадлежность к этому миру. Нечто столь важное, что без этого ты – пустое место. Зараза. Мифическое существо. Человек. Хирка узнает, что она – человек, дитя Одина, бесхвостое создание из иного мира. Таких, как она, в магическом мире Имланда считают гнилью, презирают и боятся. Она отнюдь не избранная и не имеет особых сил, а наоборот – лишена тех магических талантов, которыми...
опасно собирать чужие ошибки. Очень скоро их становится слишком много. А хуже всего, если ты начнёшь относиться к ним, как к своим собственным.
Человечество – это миф… Представь, что ты отличаешься от остальных. И у тебя отсутствует нечто, доказывающее принадлежность к этому миру. Нечто столь важное, что без этого ты – пустое место. Зараза. Мифическое существо. Человек. Хирка узнает, что она – человек, дитя Одина, бесхвостое создание из иного мира. Таких, как она, в магическом мире Имланда считают гнилью, презирают и боятся. Она отнюдь не избранная и не имеет особых сил, а наоборот – лишена тех магических талантов, которыми...
Никто не даст, не надеясь вернуть вдвойне
Человечество – это миф… Представь, что ты отличаешься от остальных. И у тебя отсутствует нечто, доказывающее принадлежность к этому миру. Нечто столь важное, что без этого ты – пустое место. Зараза. Мифическое существо. Человек. Хирка узнает, что она – человек, дитя Одина, бесхвостое создание из иного мира. Таких, как она, в магическом мире Имланда считают гнилью, презирают и боятся. Она отнюдь не избранная и не имеет особых сил, а наоборот – лишена тех магических талантов, которыми...
Хирка помедлила. Возможно, ждать смерти не так уж плохо, как уже не ждать.
Человечество – это миф… Представь, что ты отличаешься от остальных. И у тебя отсутствует нечто, доказывающее принадлежность к этому миру. Нечто столь важное, что без этого ты – пустое место. Зараза. Мифическое существо. Человек. Хирка узнает, что она – человек, дитя Одина, бесхвостое создание из иного мира. Таких, как она, в магическом мире Имланда считают гнилью, презирают и боятся. Она отнюдь не избранная и не имеет особых сил, а наоборот – лишена тех магических талантов, которыми...
Все, что вы видите во мне, это не мое, это — ваше. Мое — это то, что я вижу в вас!
Александра Корзухина, художница, реставратор и продавец антиквариата, получает новый заказ. Ей поручают сопровождение аукциона, на который будет выставлена уникальная коллекция изделий из янтаря, копала, кораллов и редких пластиков. Коллекцию продает Ольга Исхакова, дочь известного московского ученого, убитого пятнадцать лет назад. Причиной его загадочной смерти были турецкие четки из оттоманского бакелита, с бусинами в виде сверчков, гвоздь нынешнего аукциона. Ольга рассчитывает оплатить свои...
Знать - не значит непременно использовать
После загадочной смерти наставницы из жизни Линды пропадает не только жених, но и уверенность в собственном будущем. Ее, непричастную к занятиям запрещенной магией, таскают на допросы и подвергают метальной проверке. Но не это самое страшное. Перед девушкой встает угроза голодной смерти: ни денег, ни работы для алхимика с Золотым дипломом нет. Но вдруг она устраивается секретарем к магу по особым поручениям. Думаете, на этом ее проблемы закончились? Нет, число загадок и недомолвок только растет…
Знания - это власть. Сила и власть.
После загадочной смерти наставницы из жизни Линды пропадает не только жених, но и уверенность в собственном будущем. Ее, непричастную к занятиям запрещенной магией, таскают на допросы и подвергают метальной проверке. Но не это самое страшное. Перед девушкой встает угроза голодной смерти: ни денег, ни работы для алхимика с Золотым дипломом нет. Но вдруг она устраивается секретарем к магу по особым поручениям. Думаете, на этом ее проблемы закончились? Нет, число загадок и недомолвок только растет…
Иногда понимающее молчание лучше, чем куча бессмысленных слов.
В поисках новой жизни Бри Прескотт уезжает в незнакомый город. Вскоре она узнает, что неподалеку от нее живет странный молодой человек по имени Арчер. Он живет один, местные считают его глухонемым. Но Бри знает язык жестов – в детстве она общалась на нем с отцом, – поэтому пытается наладить контакт с Арчером. Однако оказывается, что Арчер хранит молчание вовсе не потому, что не может говорить. Все это – последствие давней городской загадки, наложившей отпечаток на всех жителей. Бри берется ее...
Все ушли... Заранее страшишься потерять родителей, братьев и сестре, супруга. Но никто не подготовит тебя к тому, каково хранить друзей. Каждый раз, когда пролистываешь телефонную книгу, тебе напоминают об этом- она умерла, он умер, они оба умерли. Вычеркнутые имена, телефонные номера, адреса. Страница за страницей - умерли, умерли, умерли. Это больше, чем утратят близкого человека. Умирает твоя юность, веселье, задушевные разговоры и слишком много выпивки, длинные выходные, общие горести и общие победы, зависть, ревность, секреты, которыми ни с кем больше не поделишься, и память только на двоих.
Старость, в сущности, ничем не отличается от детства: все вокруг лучше тебя знают, что тебе можно и чего нельзя, и всё запрещают. Вот только в детстве кажется, что впереди один долгий и бесконечный праздник, а в старости ты отлично представляешь, что там впереди… и решаешь этот праздник устроить себе самостоятельно. О чем мечтают дети? О Диснейленде? Прекрасно! Едем в Диснейленд. Примерно так рассуждают супруги Джон и Элла. Позади прекрасная жизнь вдвоем длиной в шестьдесят лет. И вот им уже за...
Мальчику на вид примерно семь, на футболке надпись: “Был там, делал это, купил футболку”.
Старость, в сущности, ничем не отличается от детства: все вокруг лучше тебя знают, что тебе можно и чего нельзя, и всё запрещают. Вот только в детстве кажется, что впереди один долгий и бесконечный праздник, а в старости ты отлично представляешь, что там впереди… и решаешь этот праздник устроить себе самостоятельно. О чем мечтают дети? О Диснейленде? Прекрасно! Едем в Диснейленд. Примерно так рассуждают супруги Джон и Элла. Позади прекрасная жизнь вдвоем длиной в шестьдесят лет. И вот им уже за...
Темнота - друг вурдалака! В темноте - я симпотяга!
Абитуриент Мрак проваливает экзамены в Школу волшебства, студентка Марта вылетает из Школы воинов, а ученый Карт ищет желающих поступить в Училище вурдалаков, что в Лёдсбурге – городе, в котором самым жарким летом холодно как лютой зимой. С кем встретятся герои по пути в Лёдсбург? Что едят в таверне «У»? Что ежегодно празднуют в Деревне Полуживых? Кто живет у Гнилого болота и наводит страх на жителей ближайших деревень? «Мрачная история» от Евгения ЧеширКо, автора знаменитого «Дневника...
Птицы не милые и не пушистые, их не хочется потискать, однако же во многих отношениях они больше похожи на нас, чем другие животные. Они искусно строят дома и растят в них детей. Устраивают себе долгие зимние каникулы в теплых краях.
В новом сборнике эссе американский писатель Джонатан Франзен, прекрасно знакомый российскому читателю по романам «Поправки» и «Безгрешность», пишет, в числе прочего, о литературе, которая «побуждает тебя задаваться вопросом, не можешь ли ты быть в чем-то неправ, а то и кругом неправ, и пытаться представить себе, почему кто-то другой может тебя ненавидеть». Какой бы темы Франзен ни касался, он никогда не ориентируется на чужое мнение, непременно ироничен, но всегда готов корректировать свои...
Одна из причин, по которой дикие птицы важны – обязаны быть важны для нас, – заключается в том, что они наша последняя и лучшая связь с природой: ведь та постепенно исчезает.
В новом сборнике эссе американский писатель Джонатан Франзен, прекрасно знакомый российскому читателю по романам «Поправки» и «Безгрешность», пишет, в числе прочего, о литературе, которая «побуждает тебя задаваться вопросом, не можешь ли ты быть в чем-то неправ, а то и кругом неправ, и пытаться представить себе, почему кто-то другой может тебя ненавидеть». Какой бы темы Франзен ни касался, он никогда не ориентируется на чужое мнение, непременно ироничен, но всегда готов корректировать свои...
Обречь птиц на небытие – значит забыть, чьи мы дети.
В новом сборнике эссе американский писатель Джонатан Франзен, прекрасно знакомый российскому читателю по романам «Поправки» и «Безгрешность», пишет, в числе прочего, о литературе, которая «побуждает тебя задаваться вопросом, не можешь ли ты быть в чем-то неправ, а то и кругом неправ, и пытаться представить себе, почему кто-то другой может тебя ненавидеть». Какой бы темы Франзен ни касался, он никогда не ориентируется на чужое мнение, непременно ироничен, но всегда готов корректировать свои...
Каждый из нас оказался сейчас в положении коренных жителей Америки, когда пришли европейцы с огнестрельным оружием и оспой: наш мир находится в шаге от перемен – обширных, непредсказуемых и большей частью к худшему.
В новом сборнике эссе американский писатель Джонатан Франзен, прекрасно знакомый российскому читателю по романам «Поправки» и «Безгрешность», пишет, в числе прочего, о литературе, которая «побуждает тебя задаваться вопросом, не можешь ли ты быть в чем-то неправ, а то и кругом неправ, и пытаться представить себе, почему кто-то другой может тебя ненавидеть». Какой бы темы Франзен ни касался, он никогда не ориентируется на чужое мнение, непременно ироничен, но всегда готов корректировать свои...
Трамп и его сторонники из числа альтернативных правых с удовольствием нажимают на кнопки политкорректности, но это срабатывает только потому, что кнопки существуют и готовы к нажатию; ими рьяно пользуются студенты и активисты, требующие для себя права не слышать того, что их огорчает, и заглушать криками идеи, которые они воспринимают как обидные.
В новом сборнике эссе американский писатель Джонатан Франзен, прекрасно знакомый российскому читателю по романам «Поправки» и «Безгрешность», пишет, в числе прочего, о литературе, которая «побуждает тебя задаваться вопросом, не можешь ли ты быть в чем-то неправ, а то и кругом неправ, и пытаться представить себе, почему кто-то другой может тебя ненавидеть». Какой бы темы Франзен ни касался, он никогда не ориентируется на чужое мнение, непременно ироничен, но всегда готов корректировать свои...
День за днем мы читаем на экранах то, чего в печатной книге не удостоили бы внимания, и ноем, что дико заняты.
В новом сборнике эссе американский писатель Джонатан Франзен, прекрасно знакомый российскому читателю по романам «Поправки» и «Безгрешность», пишет, в числе прочего, о литературе, которая «побуждает тебя задаваться вопросом, не можешь ли ты быть в чем-то неправ, а то и кругом неправ, и пытаться представить себе, почему кто-то другой может тебя ненавидеть». Какой бы темы Франзен ни касался, он никогда не ориентируется на чужое мнение, непременно ироничен, но всегда готов корректировать свои...
Для каждой книги всегда приходит свое, самое подходящее время. Если трудно читать, то закрой и не открывай ее больше. Забудь, спрячь далеко или выброси! Однажды эта книга сама попадет к тебе в руки самым неожиданным и странным образом, ты откроешь ее и все поймешь. Это правда!
Новая психологическая драма Вячеслава Праха – это паутина загадок, интриг и тайн, умело переплетенных между собой. И когда вам начинает казаться, что все уже понятно, будьте уверены – вы попали в ловушку. Доктор Браун, психиатр с двенадцатилетним стажем, приезжает в психиатрическую клинику, чтобы получить должность главного врача. Однако по приезду он понимает, что действующий главврач не готов уступить свое место просто так. И доктор Браун вступает в опасную игру с единственным условием –...
Наши матери чаще всего нас не понимают не потому, что они глупые, а потому, что их глаза способны видеть нас маленькими детьми.
Новая психологическая драма Вячеслава Праха – это паутина загадок, интриг и тайн, умело переплетенных между собой. И когда вам начинает казаться, что все уже понятно, будьте уверены – вы попали в ловушку. Доктор Браун, психиатр с двенадцатилетним стажем, приезжает в психиатрическую клинику, чтобы получить должность главного врача. Однако по приезду он понимает, что действующий главврач не готов уступить свое место просто так. И доктор Браун вступает в опасную игру с единственным условием –...
Ты всегда можешь видеть мир таким, каков он есть для тебя. Этого тебе никто не может запретить.
Новая психологическая драма Вячеслава Праха – это паутина загадок, интриг и тайн, умело переплетенных между собой. И когда вам начинает казаться, что все уже понятно, будьте уверены – вы попали в ловушку. Доктор Браун, психиатр с двенадцатилетним стажем, приезжает в психиатрическую клинику, чтобы получить должность главного врача. Однако по приезду он понимает, что действующий главврач не готов уступить свое место просто так. И доктор Браун вступает в опасную игру с единственным условием –...
Женщина, пахнувшая совершенством и чудом, спустя десять лет перестала сначала ощущать чувства к себе, потом перестала чувствовать сама, а затем только перестала в постели пахнуть.
Новая психологическая драма Вячеслава Праха – это паутина загадок, интриг и тайн, умело переплетенных между собой. И когда вам начинает казаться, что все уже понятно, будьте уверены – вы попали в ловушку. Доктор Браун, психиатр с двенадцатилетним стажем, приезжает в психиатрическую клинику, чтобы получить должность главного врача. Однако по приезду он понимает, что действующий главврач не готов уступить свое место просто так. И доктор Браун вступает в опасную игру с единственным условием –...