Цитаты
286093
страхи не так-то легко изгнать, они разъедают изнутри и мешают здраво мыслить
Когда идет война между магами и ведьмами, сложно приходится именно мне, ведьме с даром некромантии. Чужая для ведьм, изгой у магов. И дернул же дрыхр одного из высших лордов затащить меня в академию к магам. Теперь у меня задача выжить. Но ведьмы – существа живучие и изворотливые, именно такой мне и предстоит стать.
Пока не доказано предательство, каждый человек заслуживает доверия, и пошатнуть его может только он сам своими действиями и поступками.
Когда идет война между магами и ведьмами, сложно приходится именно мне, ведьме с даром некромантии. Чужая для ведьм, изгой у магов. И дернул же дрыхр одного из высших лордов затащить меня в академию к магам. Теперь у меня задача выжить. Но ведьмы – существа живучие и изворотливые, именно такой мне и предстоит стать.
Каждый учится на своих ошибках, хотя наставники и предлагают учиться на чужих.
Когда идет война между магами и ведьмами, сложно приходится именно мне, ведьме с даром некромантии. Чужая для ведьм, изгой у магов. И дернул же дрыхр одного из высших лордов затащить меня в академию к магам. Теперь у меня задача выжить. Но ведьмы – существа живучие и изворотливые, именно такой мне и предстоит стать.
Никогда и никого не слушай, живи собственным мнением, поступай так, как велит тебе сердце.
Когда идет война между магами и ведьмами, сложно приходится именно мне, ведьме с даром некромантии. Чужая для ведьм, изгой у магов. И дернул же дрыхр одного из высших лордов затащить меня в академию к магам. Теперь у меня задача выжить. Но ведьмы – существа живучие и изворотливые, именно такой мне и предстоит стать.
У каждого свои пристрастия, не нам их переделывать
Когда идет война между магами и ведьмами, сложно приходится именно мне, ведьме с даром некромантии. Чужая для ведьм, изгой у магов. И дернул же дрыхр одного из высших лордов затащить меня в академию к магам. Теперь у меня задача выжить. Но ведьмы – существа живучие и изворотливые, именно такой мне и предстоит стать.
- Ты любил её? - спросила я.
- Да. - Он помолчал, потом добавил: - Но иногда любишь не человека, а свое представление о нем.
Мюнхен, 2014-й. Талантливый немецкий модельер Юлия наконец-то добилась большого успеха. После многих лет напряженной работы она победила на Неделе моды в Милане. Но цена с таким трудом завоеванного успеха слишком высока – никакой личной жизни, всегда только работа, ни единой возможности притормозить и оглядеться. Именно в этот момент в ее жизни появляется незнакомый старик-немец, представившийся ее дедом по отцу. Но отец Юлии – итальянец… Милан, 1954-й. Молодой немецкий инженер Винсент...
И самое большое заблуждение состоит в том, что мы должны все устроить собственными силами. Но в действительности нас несут на свих плечах наши близкие. И книгу своей жизни мы пишем не одни, а в соавторстве с теми, кто нас окружает. А продолжать ее дано нашим детям.
Мюнхен, 2014-й. Талантливый немецкий модельер Юлия наконец-то добилась большого успеха. После многих лет напряженной работы она победила на Неделе моды в Милане. Но цена с таким трудом завоеванного успеха слишком высока – никакой личной жизни, всегда только работа, ни единой возможности притормозить и оглядеться. Именно в этот момент в ее жизни появляется незнакомый старик-немец, представившийся ее дедом по отцу. Но отец Юлии – итальянец… Милан, 1954-й. Молодой немецкий инженер Винсент...
У тебя нет шансов ? Так используй это, - сказала мама.
Мюнхен, 2014-й. Талантливый немецкий модельер Юлия наконец-то добилась большого успеха. После многих лет напряженной работы она победила на Неделе моды в Милане. Но цена с таким трудом завоеванного успеха слишком высока – никакой личной жизни, всегда только работа, ни единой возможности притормозить и оглядеться. Именно в этот момент в ее жизни появляется незнакомый старик-немец, представившийся ее дедом по отцу. Но отец Юлии – итальянец… Милан, 1954-й. Молодой немецкий инженер Винсент...
Вот говорят, смысл жизни в любви. Но чувства приходят и уходят. Это для вас, молодых, они все, а с возрастом понимаешь, что остаются после нас только две вещи — земля и семья.
Мюнхен, 2014-й. Талантливый немецкий модельер Юлия наконец-то добилась большого успеха. После многих лет напряженной работы она победила на Неделе моды в Милане. Но цена с таким трудом завоеванного успеха слишком высока – никакой личной жизни, всегда только работа, ни единой возможности притормозить и оглядеться. Именно в этот момент в ее жизни появляется незнакомый старик-немец, представившийся ее дедом по отцу. Но отец Юлии – итальянец… Милан, 1954-й. Молодой немецкий инженер Винсент...
Джованни усмехнулся. - Но знаешь что? Только дураки и счастливы в этом мире. Умный видит жизнь такой, какая она есть, а потому живёт в сумасшедшем доме и в конце концов сходит с ума сам.
Мюнхен, 2014-й. Талантливый немецкий модельер Юлия наконец-то добилась большого успеха. После многих лет напряженной работы она победила на Неделе моды в Милане. Но цена с таким трудом завоеванного успеха слишком высока – никакой личной жизни, всегда только работа, ни единой возможности притормозить и оглядеться. Именно в этот момент в ее жизни появляется незнакомый старик-немец, представившийся ее дедом по отцу. Но отец Юлии – итальянец… Милан, 1954-й. Молодой немецкий инженер Винсент...
Оказалось, что иметь мертвого отца проще, чем живого.
Мюнхен, 2014-й. Талантливый немецкий модельер Юлия наконец-то добилась большого успеха. После многих лет напряженной работы она победила на Неделе моды в Милане. Но цена с таким трудом завоеванного успеха слишком высока – никакой личной жизни, всегда только работа, ни единой возможности притормозить и оглядеться. Именно в этот момент в ее жизни появляется незнакомый старик-немец, представившийся ее дедом по отцу. Но отец Юлии – итальянец… Милан, 1954-й. Молодой немецкий инженер Винсент...
в Венецию не ездят в одиночку.
Мюнхен, 2014-й. Талантливый немецкий модельер Юлия наконец-то добилась большого успеха. После многих лет напряженной работы она победила на Неделе моды в Милане. Но цена с таким трудом завоеванного успеха слишком высока – никакой личной жизни, всегда только работа, ни единой возможности притормозить и оглядеться. Именно в этот момент в ее жизни появляется незнакомый старик-немец, представившийся ее дедом по отцу. Но отец Юлии – итальянец… Милан, 1954-й. Молодой немецкий инженер Винсент...
Итальянцы никогда не доверяли государству - нация анархистов.
Мюнхен, 2014-й. Талантливый немецкий модельер Юлия наконец-то добилась большого успеха. После многих лет напряженной работы она победила на Неделе моды в Милане. Но цена с таким трудом завоеванного успеха слишком высока – никакой личной жизни, всегда только работа, ни единой возможности притормозить и оглядеться. Именно в этот момент в ее жизни появляется незнакомый старик-немец, представившийся ее дедом по отцу. Но отец Юлии – итальянец… Милан, 1954-й. Молодой немецкий инженер Винсент...
Бикини стало ее политическим манифестом.
Мюнхен, 2014-й. Талантливый немецкий модельер Юлия наконец-то добилась большого успеха. После многих лет напряженной работы она победила на Неделе моды в Милане. Но цена с таким трудом завоеванного успеха слишком высока – никакой личной жизни, всегда только работа, ни единой возможности притормозить и оглядеться. Именно в этот момент в ее жизни появляется незнакомый старик-немец, представившийся ее дедом по отцу. Но отец Юлии – итальянец… Милан, 1954-й. Молодой немецкий инженер Винсент...
- Мы приходим в этот мир с пустыми руками, с пустыми руками уходим из него, - говорил священник. - Всё, что от нас здесь остаётся - любовь, которую мы посеяли в сердцах наших близких.
"Это не так, - мысленно возразил Винченцо. - Остаётся невысказанное, и оно болит, как открытая рана".
Мюнхен, 2014-й. Талантливый немецкий модельер Юлия наконец-то добилась большого успеха. После многих лет напряженной работы она победила на Неделе моды в Милане. Но цена с таким трудом завоеванного успеха слишком высока – никакой личной жизни, всегда только работа, ни единой возможности притормозить и оглядеться. Именно в этот момент в ее жизни появляется незнакомый старик-немец, представившийся ее дедом по отцу. Но отец Юлии – итальянец… Милан, 1954-й. Молодой немецкий инженер Винсент...
Но даже притворство может оказаться честнее, чем у иных — подлинная сущность.
В новом городе, в новой школе Кристофер не одинок: он слышит голос друга. Славный человек увлекает его за собой в Лес Миссии, где в преддверии Рождества мальчику предстоит построить домик на дереве и открыть вход в воображаемый мир.
Кто же он – человек или монстр? Бог или дьявол?
«Воображаемый друг» – долгожданный роман от создателя мирового бестселлера «Хорошо быть тихоней».
Просыпаясь по утрам, он до сих пор вспоминал ее дыхание. Вспоминал ее скопидомство — она ничего не выбрасывала (за исключением, разумеется, его вещей). Сейчас он отдал бы все на свете, чтобы всласть по-
ругаться с ней за яичницей с беконом. Чтобы понаблюдать, как у нее увядает кожа. И у него. Чтобы они могли покривить душой, убеждая друг друга, что оба прекрасно сохранились. Чтобы, не кривя душой, рассказать, как на самом деле прекрасны они друг для друга.
В новом городе, в новой школе Кристофер не одинок: он слышит голос друга. Славный человек увлекает его за собой в Лес Миссии, где в преддверии Рождества мальчику предстоит построить домик на дереве и открыть вход в воображаемый мир.
Кто же он – человек или монстр? Бог или дьявол?
«Воображаемый друг» – долгожданный роман от создателя мирового бестселлера «Хорошо быть тихоней».
-Трудное дело - писать?
-Да, но без сомнения легче многого другого.
Трудность, источник страха-в иррациональности писательского труда: то, что ты написал три романа, не значит, что у тебя получится четвёртый. Здесь нет ни метода ни правил, ни размеченных маршрутов. Начало каждого нового романа - это прыжок в неведомое.
Рафаэль Батай – начинающий писатель, который никак не может ухватить удачу за хвост. Рукопись его романа «Застенчивые вершины» не привлекает издателей, и он получает один отказ за другим. В поисках вдохновения он отправляется на остров Бомон, чтобы найти там своего кумира – Натана Фаулза, автора трех невероятных романов. Загвоздка лишь в том, что Фаулз много лет назад без объяснения причин оставил писательское ремесло и стал практически отшельником – он живет один, не дает интервью и...
Писательское существование - наименее гламурное из всех, что только можно себе представить. Ты хочешь вести жизнь зомби - одинокую, в отрыве от людей? Хочешь проводить целые дни в пижаме, портить глаза перед экраном, давиться холодной пиццей, беседовать с вымышленными персонажами, постепенно сводящими тебя с ума? Ночи напролет истекать кровавым потом, корпя над фразой, которую три четверти твоих паршивых читателей даже не заметят? Вот что значит быть писателем.
Хуже всего то, что ты становишься невольником этого дерьмового существования, потому что пребываешь в иллюзии, что ручка и клавиатура превращают тебя в демиурга, мастера подправлять реальность.
Рафаэль Батай – начинающий писатель, который никак не может ухватить удачу за хвост. Рукопись его романа «Застенчивые вершины» не привлекает издателей, и он получает один отказ за другим. В поисках вдохновения он отправляется на остров Бомон, чтобы найти там своего кумира – Натана Фаулза, автора трех невероятных романов. Загвоздка лишь в том, что Фаулз много лет назад без объяснения причин оставил писательское ремесло и стал практически отшельником – он живет один, не дает интервью и...
Мост – повод для прыжка.
Роман-айсберг, в котором сюжет – верхушка, а подлинная суть скрыта в глубине повествования. На поверхности – история юной Кей: 1. Ее побег от властной матери, скитания по городам «одноэтажной Америки». 2. Присоединение к странной группе, за невинным фасадом которой (продажа подписки на журналы) скрывается нечто, напоминающее секту. 3. И трагикомический нелепый инцидент, который приводит Кей за решетку. А в глубине – разум и душа Кей. Ее восприятие, в котором сознательное переплетается с...
Сорок лет женаты, и я не знал, что она писает.
Роман-айсберг, в котором сюжет – верхушка, а подлинная суть скрыта в глубине повествования. На поверхности – история юной Кей: 1. Ее побег от властной матери, скитания по городам «одноэтажной Америки». 2. Присоединение к странной группе, за невинным фасадом которой (продажа подписки на журналы) скрывается нечто, напоминающее секту. 3. И трагикомический нелепый инцидент, который приводит Кей за решетку. А в глубине – разум и душа Кей. Ее восприятие, в котором сознательное переплетается с...
Есть моменты, когда мы наносим ответный удар. Если мы овощи, то в то же время каннибалы.
Роман-айсберг, в котором сюжет – верхушка, а подлинная суть скрыта в глубине повествования. На поверхности – история юной Кей: 1. Ее побег от властной матери, скитания по городам «одноэтажной Америки». 2. Присоединение к странной группе, за невинным фасадом которой (продажа подписки на журналы) скрывается нечто, напоминающее секту. 3. И трагикомический нелепый инцидент, который приводит Кей за решетку. А в глубине – разум и душа Кей. Ее восприятие, в котором сознательное переплетается с...
Забавно: как только я чувствую на себе что-нибудь влажное или слышу журчание воды, сразу тянет пописать.
Роман-айсберг, в котором сюжет – верхушка, а подлинная суть скрыта в глубине повествования. На поверхности – история юной Кей: 1. Ее побег от властной матери, скитания по городам «одноэтажной Америки». 2. Присоединение к странной группе, за невинным фасадом которой (продажа подписки на журналы) скрывается нечто, напоминающее секту. 3. И трагикомический нелепый инцидент, который приводит Кей за решетку. А в глубине – разум и душа Кей. Ее восприятие, в котором сознательное переплетается с...
По ногам течет что-то горячее, но пока достигает колен, охлаждается. Пол подо мной мокрый, вокруг смеются.
Роман-айсберг, в котором сюжет – верхушка, а подлинная суть скрыта в глубине повествования. На поверхности – история юной Кей: 1. Ее побег от властной матери, скитания по городам «одноэтажной Америки». 2. Присоединение к странной группе, за невинным фасадом которой (продажа подписки на журналы) скрывается нечто, напоминающее секту. 3. И трагикомический нелепый инцидент, который приводит Кей за решетку. А в глубине – разум и душа Кей. Ее восприятие, в котором сознательное переплетается с...
Мне не требуется идеально чистый унитаз. Я могла бы пописать поверх ее мочи, но только не поверх кала.
Роман-айсберг, в котором сюжет – верхушка, а подлинная суть скрыта в глубине повествования. На поверхности – история юной Кей: 1. Ее побег от властной матери, скитания по городам «одноэтажной Америки». 2. Присоединение к странной группе, за невинным фасадом которой (продажа подписки на журналы) скрывается нечто, напоминающее секту. 3. И трагикомический нелепый инцидент, который приводит Кей за решетку. А в глубине – разум и душа Кей. Ее восприятие, в котором сознательное переплетается с...