Цитаты

"Мирочка, вы всего лишь одна из многих", - твердила ей профессор Горностаева. Не для того чтобы обидеть - наоборот! Вера Васильевна уважала свою студентку за исключительное трудолюбие и не хотела, чтобы девочка жила в плену иллюзий.
Если талантливые сокурсники начинали томно жаловаться на жизнь, у Миры от ненависти темнело в глазах. Конечно, им было трудно. Всем трудно. Но одно дело вгрызаться в проблему, зная, что есть шанс добиться успеха, и совсем другое - вгрызаться в неё от безысходности, просто потому, что ничего другого в жизни не остаётся.

Минута после полуночи

Лиза Марич

Никита Красовский, владелец «Театра-Бис», обращается к частному детективу Вадиму Алимову с деликатной просьбой. Он сообщает, что прима его театра Ирина Извольская получает страшные анонимки, автор которых грозится облить ее кислотой, если она еще раз выйдет на сцену. Красовский предлагает Алимову выяснить, кто из четырех солистов, репетирующих с Извольской, пытается ее запугать. В ходе расследования выяснилось, что основание ненавидеть певицу имеет всё ее окружение…

Извольская жила в старом каменном доме на набережной. Закрытый подъезд, консьержка, цветы на площадках, новый зеркальный лифт, не испещрённый народным творчеством, - всё вокруг выглядело солидным, добротным и ухоженным.
- Да-а-а. - протянул помощник Роман, обводя взглядом потолок лифта, выложенный матовым пластиком, и сверкающее зеркало без единого пятнышка. - Сколько же надо зарабатывать, чтобы так жить?
- По-моему, чтобы так жить, достаточно вести себя по-человечески, - ответил Алимов.
- Вы это скажите нашим домовым алкашам! Не успели новый лифт поставить, как они его заблевали, а местная шпана зеркало разбила!
Мягко тренькнул звонок, кабина спружинила и остановилась. Двери разошлись в разные стороны без привычного лязга.

Минута после полуночи

Лиза Марич

Никита Красовский, владелец «Театра-Бис», обращается к частному детективу Вадиму Алимову с деликатной просьбой. Он сообщает, что прима его театра Ирина Извольская получает страшные анонимки, автор которых грозится облить ее кислотой, если она еще раз выйдет на сцену. Красовский предлагает Алимову выяснить, кто из четырех солистов, репетирующих с Извольской, пытается ее запугать. В ходе расследования выяснилось, что основание ненавидеть певицу имеет всё ее окружение…

- ...Театр! Там не принято жить настоящими чувствами - только их отражением. Театр - это место, где никогда не наступает полночь. Наряд Золушки не становится лохмотьями, карета не превращается в тыкву, а кучер в крысу. Карнавал продолжается вечно!
- Разве это плохо?
- То, что у барышни осталось платье, в котором не стыдно показаться принцу? - договорил Дубов. - Нарядное платье - это хорошо, вот только оно... ненастоящее. Вас это не смущает? Смотришь на человека и не знаешь, настоящее лицо или маска, бальное платье или рваная дерюга... В ложу номер тринадцать Гранд Опера до сих пор не продают билеты, чтобы не сердить призрака. Есть во всём этом что-то болезненное, ненастоящее. Для меня. - Дубов упёрся пальцем в грудь. - Не верю я, что нарисованные деревья - дубовая роща...

Минута после полуночи

Лиза Марич

Никита Красовский, владелец «Театра-Бис», обращается к частному детективу Вадиму Алимову с деликатной просьбой. Он сообщает, что прима его театра Ирина Извольская получает страшные анонимки, автор которых грозится облить ее кислотой, если она еще раз выйдет на сцену. Красовский предлагает Алимову выяснить, кто из четырех солистов, репетирующих с Извольской, пытается ее запугать. В ходе расследования выяснилось, что основание ненавидеть певицу имеет всё ее окружение…

...Любое расследование - это бумага, разорванная на три части. Сверху обычно пишутся имена действующих лиц, снизу - имя автора затеи. Но главная часть - середина. Она склеивает неровные края в единое целое. Без середины невозможно перейти к заключительной части - выводам. Именно в середине написано самое главное - МОТИВ - как название на обложке книги.
Советник любил эту работу, похожую на складывание мозаики. Иногда цветные кусочки ложились впритык, линия в линию, а иногда не находили своего места. На заднем плане рисовались тени смутных догадок, впереди уверенно проступали контуры фактов. Дело обрастало мышцами и плотью, как скелет в фильме ужасов.

Минута после полуночи

Лиза Марич

Никита Красовский, владелец «Театра-Бис», обращается к частному детективу Вадиму Алимову с деликатной просьбой. Он сообщает, что прима его театра Ирина Извольская получает страшные анонимки, автор которых грозится облить ее кислотой, если она еще раз выйдет на сцену. Красовский предлагает Алимову выяснить, кто из четырех солистов, репетирующих с Извольской, пытается ее запугать. В ходе расследования выяснилось, что основание ненавидеть певицу имеет всё ее окружение…

Месяц июль принёс в Москву небывалую жару. Столбики термометра показывали сорок градусов в тени. Город тушился под крышкой пепельно-серого неба на раскалённой плите асфальта, и даже частые грозы не могли надолго смыть грязную пелену испарений. Машины с включёнными фарами казались призраками мегаполиса. Фонтаны, в которые нырял обезумевшие люди, не давали желанную прохладу. Опустела дачная летняя Москва, а оставшиеся в городе старались не выходить на улицу до наступления сумерек.
Прежде чем выйти из квартиры, Вадим Александрович подошёл к работающему кондиционеру и встал под ним, раскинув руки в стороны. Хорошенько замёрзнув, Алимов выключил кондиционер и вышел из квартиры.

Минута после полуночи

Лиза Марич

Никита Красовский, владелец «Театра-Бис», обращается к частному детективу Вадиму Алимову с деликатной просьбой. Он сообщает, что прима его театра Ирина Извольская получает страшные анонимки, автор которых грозится облить ее кислотой, если она еще раз выйдет на сцену. Красовский предлагает Алимову выяснить, кто из четырех солистов, репетирующих с Извольской, пытается ее запугать. В ходе расследования выяснилось, что основание ненавидеть певицу имеет всё ее окружение…

Ведь что есть его жизнь, что есть жизнь любого человека на земле как не постоянное служение, посвященное ожиданию чего-то лучшего, надежде, приготовлению, – как же хорошо, когда приходишь к решению творить добро.

Адвент. Повесть о добром пастухе

Гуннар Гуннарсон

Рождественская повесть выдающегося исландского писателя Гуннара Гуннарссона (1889–1975) основана на реальных событиях. Каждый год в начале Адвента (ожидания Рождества) уже немолодой Бенедикт отправляется в горы собирать потерявшихся овец, чтобы спасти их от гибели. Помогают ему верный пес Лев и баран-вожак Железяка. На этот раз им придется бороться в заснеженных горах не только за чужие, но и за собственные жизни. На русском языке издается впервые. Перевод: Т. Шенявская

Человек ведь привязан к дому, к свои вещам, собственное Я преследует его до могилы, поэтому он боится потерять жизнь – это самое реальное из всего реального, самое преходящее из всего преходящего, самое бесконечное из всего бесконечного, – боится выпустить ее из рук.

Адвент. Повесть о добром пастухе

Гуннар Гуннарсон

Рождественская повесть выдающегося исландского писателя Гуннара Гуннарссона (1889–1975) основана на реальных событиях. Каждый год в начале Адвента (ожидания Рождества) уже немолодой Бенедикт отправляется в горы собирать потерявшихся овец, чтобы спасти их от гибели. Помогают ему верный пес Лев и баран-вожак Железяка. На этот раз им придется бороться в заснеженных горах не только за чужие, но и за собственные жизни. На русском языке издается впервые. Перевод: Т. Шенявская

Ты мне никто , я тебе ничего не должна , но мне хорошо известно , что внутри каждого из нас есть кнопка , запускающая механизм саморазрушения .И я не дам тебе его запустить. Не дам.

Год, когда мы встретились

Сесилия Ахерн

Жизнь Джесмин напоминает бег с препятствиями – стоит преодолеть одно, тут же устремляешься к новой цели. У нее есть все, что можно пожелать: интересная работа, родные, друзья. Ничто не мешает бежать дальше, ни в чем не сомневаясь и никогда не останавливаясь. Внезапно Джесмин увольняют, вынуждая остаться без дела на целый год. С привычной энергией она берется возделывать свой сад, а следом и отношения с окружающими. Принесет ли нелегкий труд долгожданные плоды? Впереди у Джесмин год для самых...

Ты слишком не сдержан и не способен терпеть. А это плохо. Иногда только умение сдерживать эмоции и умение терпеть позволяет выжить в новом опасном мире.

Задача выжить

Михаил Атаманов

Представьте, что по дороге на работу вы задремали в маршрутке. Вас разбудили крики ужаса, а вокруг творится невесть что - одна за другой врываются машины на проспекте, люди сгорают словно свечки. А над всем этим хаосом и смертью в небе кружит таинственный боевой корабль треугольной формы. И вот очередь взлететь на воздух доходит и до вашей маршрутки... Вот именно об этом данное произведение.

Дельфины всегда подталкивают утопающих к берегу, об этом мы знаем ещё со времён Эзопа. Об этом свидетельствуют и все, кого в море спасли дельфины. Но значит ли это, что дельфины действительно всегда помогают попавшим в беду людям? Или мы просто не можем узнать истории тех, кого дельфины толкали от берега?

Задача выжить

Михаил Атаманов

Представьте, что по дороге на работу вы задремали в маршрутке. Вас разбудили крики ужаса, а вокруг творится невесть что - одна за другой врываются машины на проспекте, люди сгорают словно свечки. А над всем этим хаосом и смертью в небе кружит таинственный боевой корабль треугольной формы. И вот очередь взлететь на воздух доходит и до вашей маршрутки... Вот именно об этом данное произведение.

Скоро в поисках всякого рода добычи сюда нагрянут мародёры.
– Такие, как мы? – не вовремя съязвила одна из девушек.
– Да, такие как мы. И не только такие. Мы вынуждены так вести себя, но мы не причиняем вреда остальным. Однако люди бывают разные. Бывают и гораздо хуже нас. Когда нет власти и порядка, всегда возникает хаос, насилие и кровь. Некоторые люди просто звереют от безнаказанности. И они, что уж скрывать правду, будут видеть в вас только беспомощную добычу. Поэтому мы постараемся до рассвета покинуть это место.

Задача выжить

Михаил Атаманов

Представьте, что по дороге на работу вы задремали в маршрутке. Вас разбудили крики ужаса, а вокруг творится невесть что - одна за другой врываются машины на проспекте, люди сгорают словно свечки. А над всем этим хаосом и смертью в небе кружит таинственный боевой корабль треугольной формы. И вот очередь взлететь на воздух доходит и до вашей маршрутки... Вот именно об этом данное произведение.

... это вообще переходило все границы вежливости. Виктор попытался выразить свои мысли по поводу такого путешествия без нецензурных слов. Вроде даже получилось.

Задача выжить

Михаил Атаманов

Представьте, что по дороге на работу вы задремали в маршрутке. Вас разбудили крики ужаса, а вокруг творится невесть что - одна за другой врываются машины на проспекте, люди сгорают словно свечки. А над всем этим хаосом и смертью в небе кружит таинственный боевой корабль треугольной формы. И вот очередь взлететь на воздух доходит и до вашей маршрутки... Вот именно об этом данное произведение.

– Не бери в голову, я не из-за награды вас сюда вёл, – отмахнулся парень.
– А из-за чего тогда? – поинтересовалась стоящая рядом Кристина.
– Просто иногда хочется чувствовать себя порядочным человеком.

Задача выжить

Михаил Атаманов

Представьте, что по дороге на работу вы задремали в маршрутке. Вас разбудили крики ужаса, а вокруг творится невесть что - одна за другой врываются машины на проспекте, люди сгорают словно свечки. А над всем этим хаосом и смертью в небе кружит таинственный боевой корабль треугольной формы. И вот очередь взлететь на воздух доходит и до вашей маршрутки... Вот именно об этом данное произведение.

"Все 100% населения нашей планеты имеют выход в Интернет, об этом красноречиво свидетельствуют результаты опроса на сайте компании Google".

Задача выжить

Михаил Атаманов

Представьте, что по дороге на работу вы задремали в маршрутке. Вас разбудили крики ужаса, а вокруг творится невесть что - одна за другой врываются машины на проспекте, люди сгорают словно свечки. А над всем этим хаосом и смертью в небе кружит таинственный боевой корабль треугольной формы. И вот очередь взлететь на воздух доходит и до вашей маршрутки... Вот именно об этом данное произведение.

Когда была жива мама, всё было тёплым и спокойным...

Задача выжить

Михаил Атаманов

Представьте, что по дороге на работу вы задремали в маршрутке. Вас разбудили крики ужаса, а вокруг творится невесть что - одна за другой врываются машины на проспекте, люди сгорают словно свечки. А над всем этим хаосом и смертью в небе кружит таинственный боевой корабль треугольной формы. И вот очередь взлететь на воздух доходит и до вашей маршрутки... Вот именно об этом данное произведение.

Жаль, душа у парня озлобилась. Но душа ведь, как птаха: приласкай, обогрей — и затрепещет. Найдется красивая, стройная, с очами ясными — оживет его сын, как иные, жизнью битые, оживали.

Кто же виноват, что живут - всяк свой срок? И умирают в страшной для себя и близких внезапности.

Действительно, жизнь — это сплошные неприятности. Поэтому единственное, чего мы можем в ней добиться, это возможности выбирать между большей и меньшей неприятностью.

Мы всегда больше гордимся своим везением, чем своими достоинствами. Как же - улыбка Фортуны!

Вулф не обращал на меня никакого внимания. Впрочем, я и не рассчитывал, что он будет отвлекаться во время своих упражнений. Лечебная физкультура - дело серьезное. Кстати, в распорядке дня она появилась недавно - после того как он решил, что весит чересчур много (Тихому океану, видите ли, показалось, что нельзя быть таким полноводным).

Мы ведь всегда больше гордимся своим везением, чем своими достоинствами.

— Прекрасно! — одобрил Вульф. — Полиция заслуживает нашей общей благодарности. Если бы не полиция, мистер Фольц, мы, частные сыщики, сидели бы сложа руки и напрасно ждали клиентов.
— Спасибо за комплимент, — Слим [Фольц] поднялся. — Хотя, кроме комплимента, я почти ничего у вас не раздобыл. Никакой информации...

Я сел за машинку, открыл свой блокнот и отстучал письмо. Слова «Уважаемый господин Клайверс» вызвали у меня улыбку, но должен признаться: если бы Вульф предоставил мне право самому выбирать обращение, я бы немножко растерялся и, возможно, написал бы что-нибудь вроде: «Любезный маркиз!»

Гудвин:У полицейских и репортёров есть один общий недостаток: и те, и другие не выносят, когда кто-то знает больше, чем они.

Вульф, уткнув нос в средний ящик стола, подсчитывал пробки от пивных бутылок, чтобы знать, сколько он выпил с воскресенья.
— Ну нет, этого не может быть… Статистика всегда врёт, — проворчал он, закрывая наконец ящик…