Но наравне с откровенной притягательностью зашкаливала и не менее откровенная опасность. Вот только я почему-то воспринимала ее не как угрозу, а больше как нерушимую гарантию, что рядом с ним можно никого и ничего не бояться. Кроме него самого.
Секты возникают там, где частичное знание умножается на слепость веры.
Меня вновь ударило понимание, что существуют температуры, при которых плавится прежнее понимание жизни, рушатся ценности и из тумана возникает что-то еще, пока не осознанное… У меня вдруг наступил момент, когда в голове стало не хватать оперативной памяти.
Любые названия – только оболочки. Суть заключается в поиске себя в этом мире, а пути, ведущие к себе, неисповедимы. У каждого – свой.
Будь гибким, как трава, умей ко всему приспосабливаться! Отправь к черту твое ограниченное европейское мышление. Расширяй сознание, а то пропадешь!
Ты уж или крест сними, или трусы надень.
Индия – страна, где профанация повсеместно граничит со святостью.
...все в жизни преходяще. Даже самая совершенная красота.
Одиночество очищает!
Вот что значит, американцы! Масоны проклятые! Страна непроработанного ментала! Царство золотого тельца! Циники хреновы, вы будете первыми, кого смоет новый потоп!
А ты и не ожидай, все само придет – это закон.
"Надо сказать, что крушение и распад Советского Союза оказались для Китая личной трагедией… Ведь политическая система в Китае была аналогична советской. И если советская империя рухнула, значит, что-то было в ней не так….
И что нужно сделать, чтобы Китаю не повторить его печальный опыт? Ответ оказался до обидного простым. Советский Союз погубил принцип несменяемости элиты, когда из Политбюро выносили только на кладбище, когда партийная номенклатура была несменяема...
Китай сделал вывод. И сегодня ротация партийной элиты в Китае-главный и основополагающий принцип существования современного Китая… Другими словами: сделал- не сделал- слазь. Партийная элита обновляется каждые 20 лет. Эта смена носит характер плановый и неизбежный, и ни одна партийно-финансовая группировка не может претендовать на власть бесконечно."
– Ты что, занимался Камасутрой? – восхищенным шепотом спросила Дина под утро.
– Я?! Не знаю… Наверное.
У ее ног мурлыкала серая пушистая кошка. Марина взяла ее на руки и погладила. В свете луны глаза женщины и кошки полыхнули одинаковым зеленым огнем.
– И рай существует, и ад, и еще много-много всего, великая иерархия. Наш мир считается одним из первых райских. Такое пограничное пространство. Люди находятся в колесе кармы. Они совершают поступки, которые потом определяют их будущие жизни. Если человек совершает плохие поступки – он может запросто провалиться в адские миры. Постоянно работая над собой, можно двинуться выше. Примеры есть.
– Ты сказала про Россию. А в Индии кто воплощается?
– А можно умным людям тупой вопрос задать?
– Давай. Может, что и заострим!
– Марин! Почему в Индии кошек практически нет? Собак, коров, баранов, обезьян – полно… А обычных кошек буквально несколько раз видел…
– Просто кошки умнее индусов, – Марина загадочно улыбнулась, – и еще они могут легко ходить между мирами….
— Кефирчику ей захотелось, видите ли, ни свет, ни заря! А где он кефирчик? Откуда ему взяться? С вечера все вылакала и упаковку в мусор выбросила. Колбасу она искала, чайную. Я недавно батон купила. Смотрю, никто не ест, а колбаса убывает…
— Скажешь тоже, Зоя, — удивлялась Лиза. — Зачем ей тайком колбасу есть? Она же здесь хозяйка.
— Хозяйка! — Фыркала сердито Зоя. — Хотелось бы ей стать хозяйкой, но поезд да-авно ушел! Ты не думай, колбасу мне не жалко. Только зачем она зудит постоянно: «Зоя, ты толстеешь, потому что ешь все подряд! Надо переходить на овощи и кефир! Посмотри, сзади меня до сих пор принимают за девушку!». Я не выдержала и спросила как-то: «А спереди вас за кого принимают? За пионерку двадцатых годов?» Так она неделю со мной не разговаривала, счастье-то какое!
Катя поднялась из кресла. Отец заметил ее, подошел и попытался обнять. Но она оттолкнула его, и глянула ему в глаза с такой беспощадной ненавистью, на которую способны только дети, очень любящие своих родителей.
– Ничего не хочешь мне сказать? – наконец нарушил напряженное молчание император.
– Ландыши, – брякнул я.
– Что? – озадаченно переспросил Карриан.
– Я ландыши люблю. На похоронах они смотрятся особенно мило.
Его величество озадачился еще больше.
– На чьих похоронах?
– А у нас что, много вариантов?
– Все будет хорошо, твое величество, – тихо сказал я, с наслаждением впитывая чужую магию, как божественный нектар. – Вот увидишь: мы их всех убьем. Если хочешь – даже с особой жестокостью.
– Умеешь ты успокоить
– Не отдавайте меня им, ваше величество! – тут же занервничал я. – Я вам еще пригожусь. И, честное слово, больше никогда не буду рисовать про вас всякие гадости!
Карриан, когда в комнате раздались новые смешки, одарил меня откровенно скептическим взглядом.
– Что-то в это слабо верится…
– Я хоро-оший, – заныл я, всем видом изображая побитого пса. – Готовить умею. Историй много знаю. Вам, кстати, нравятся сказки на ночь? Нет? Ну, не страшно. Меня даже всяким умным вещам учить пытались… правда, недолго. Пока дядюшка не сказал, что это бесполезно, и не отдал меня вам в услужение.
Тизар демонстративно возвел глаза к потолку, а император снисходительно усмехнулся.
– Посмотрим.
– Я исправлюсь, – с жаром пообещал я, глядя на него честными-пречестными глазами. – Не обещаю, что к лучшему, но ведь это не главное, да?
" Волны-убийцы здесь появляются с пугающей реальностью. Они достигают высоты 40 метров. Причём возникают буквально из ниоткуда - посреди океана в полный штиль поднимается волна, способная затопить даже самый большой танкер.
Пропадает она также внезапно, как и появляется. Понять причину возникновения таких волн учёные не могут уже несколько десятилетий."
Домашнее животное? — поинтересовался маг.
— Мяу, — невинно выдал Счастливчик.
Селиус прищурил прозрачные глаза, и хрипло произнес:
— Да брось, нормального кота в потусторонний мир не затащишь!
Мой кот печально вздохнул, бросил на меня грустный взор и ответил магу:
— Мяу.
И почему- то выглядело это «Мяу» форменным издевательством.
Селий пристально посмотрел на меня, я едва не выдала то же «мяу», но сдержалась.
Человек, — заорал Нурх, — осторожно, чистокровный человек! Осторожно!
Медленно краснею, глядя, как удивленно оглядываются гномы, но в то же время понятливо отступают кентавры.
— Все перебежцы, — догадалась я.
— Ага, — не стал скрывать Нурх, — я ж говорю, у нас люди охраняются законом, братья наши меньшие и все такое.