Круто нанимать молодых и зеленых, а не опытных, как это принято в традиционных банках. Человек без опыта не понимает сложна ли порученная задача. Он не говорит: "Это невозможно. Рынок так не работает. Клиенты не поймут", а садится искать решение.
Второй важный фактор: безусловно, давление Олега на всех. Оно привело к тому, что менеджеры, которые не способны с ним справляться – даже я в какой-то момент, – в итоге ушли.Остались люди, способные выдерживать высокий уровень накала. Это приводит к тому, что многие вещи можно говорить прямо. Тут постоянно все ссорятся, но система продолжает работать. Культура прямоты очень важна. Тебе не надо тратить время на то, чтобы никого не обидеть. Политкорректность сжирает много энергии в организациях. Возможность говорить спорные, провокационные вещи ведет к инновациям.
У меня серьезные вопросы не к конкретным людям, а в целом к системе, действующей в западном мире. Решения по вложениям принимают управляющие фондами, для которых эти деньги не свои. Они стараются избавиться от личной ответственности. Поэтому многие сделки проводятся автоматически, как прописано в правилах риск-менеджмента.
Кто-то может сказать глупость, но она наведет другого на озарение.
Культура прямоты очень важна. Тебе не надо тратит время на то, чтобы никого не обидеть. Политкорректность сжимает много энергии в организациях.
Знать и делать- разные вещи.
Если человек не обретёт счастье и спокойствие внутри себя, его не спасут ни деньги, ни жизнь в шикарных городах.
Одиночество - твой самый сильный страх.
Будь собой, зачем изображать из себя кого-то, кем ты не являешься? Зачем мучить себя занятиями по французскому только для того, чтобы написать об этом в соцсетях? Зачем с таким трудом и зевотой читать интеллектуальную книгу, чтобы потом выложить фотографию в «Инстаграм» и написать рецензию? Слизанную, кстати.Почему нельзя написать правду: я люблю желтые халатики, жирную пиццу, енотов, кровавые ужастики и чтобы не учили жизни. И больше в этой жизни меня ничего не интересует. Ты думаешь, что за правду тебя посчитают глупой и не будут любить? Ты не права.
Почему любовь может быть такой? Почему это может быть так странно и так… Низко.
Я хочу либо вернуться на землю, либо улететь в небо.
Ты - мощный наркотик, который я пускаю по проводам в свой мозг.
Любовь делает нас слепыми и жалкими, она связывает нас по рукам и ногам.
Любовь – обманщица. Она протягивает руку и зовёт тебя куда-то. Ты сомневаешься, но любовь умеет убеждать, она обещает тебе мир из розовой сахарной ваты. И когда ты доверчиво даёшь свою руку в ответ, бросает тебя в сточную канаву.
Любовь – наша единственная константа в жизни. Она не дает нам забыть, кем мы были.
Я всегда считал, что на любовь способны только слабаки. Я всегда считал себя сильнее других. Считал, что никакие человеческие слабости не властны надо мной, я выше этого. А тут - какая-то жалкая любовь? Сначала я не верил самому себе. Не верил, что способен на такую низость. Разве это не низость - любовь? Любовь делает нас слепыми и жалкими, она связывает нас по рукам и ногам.
Льюис много читал и знал истории о королях, которые сражались и убивали друг друга из-за таких вот мелочей. Из-за корон, драгоценностей и кусочков золота.
Семья не природный организм, запрограммированный на успешное для всех ее членов развитие. Это структура, основанная на традициях, вымысле и надеждах. Так что учтите, что биологической потребности в семье у нас нет. Независимость от некоторых родственников или всей семьи так же естественна, как и нуклеарная (партнерская) семья, все члены которой ограничиваются светскими отношения и встречаются только за обедом по выходным и праздникам.
Страх и смущение не должны мешать заботиться о себе. Вы ничем не поможете другим, если сами неуверенно стоите на ногах.
Заботиться о себе не тоже самое, что баловать себя. Это не потакание, а способность принимать здравые решения.
В первую очередь надо заботиться о себе, а потом уже решать, как и в каком объеме вы можете позаботиться об окружающих. Это не эгоизм и тем более не самовлюбленность. Вспомните, как в самолете инструктируют перед полетом: сначала наденьте кислородную маску на себя, а потом на других.
Так как мы можем рассказать очень многое, нам приходится отбрасывать все лишнее и отбирать самые важные идеи, которые лягут в основу объяснения. Это фактическая часть нашего сюжета — мы определяем, какие факты будем объяснять. После отбора фактов мы начинаем рассматривать историю и спрашиваем себя:
— Можно ли сделать из этого историю?
— Если да, то кто будет героем и каковы его потребности?
— Каков его опыт работы с этим предметом?
— Улучшит ли это объяснение?
Мы живем в мире фактов и представления фактов. Идея использовать рассказ в объяснении — это способ представить факты в форме, которая включает человеческий опыт, даже если мы очень мало знаем об описываемых людях. Простое добавление человеческого персонажа или олицетворение может сыграть большую роль — позволит людям увидеть ваши идеи с новой, более естественной точки зрения. Далее мы рассмотрим связи и то, как они помогают использовать идеи, которые ваша аудитория уже понимает.
В 1970-х команда кинематографистов разрабатывала идею фильма, в котором должен был действовать грозный инопланетянин. Над историей работали Дэн О’Бэннон и Рон Шасетт, и им, как и большинству кинематографистов, требовался способ заинтересовать студию. Они добились этого при помощи трех слов: « челюсти в космосе». Фильм «Челюсти» режиссера Стивена Спилберга вышел в 1975 году и стал настоящим хитом. Его посмотрели миллионы зрителей, даже те, кто не знали этой истории. Включив в название слово «челюсти», О’Бэннон и Шасетт подготовили почву для своей идеи. Видимо, это сработало. Их фильм «Чужой», снятый режиссером Ридли Скоттом, с Сигурни Уивер в главной роли получил премию «Оскар». Вышедший в прокат в 1979 году, он собрал более $100 млн по всему миру. Любой, кто видел этот фильм, понимает: формулировка «челюсти в космосе» была удачным подходом к главной идее фильма.
Создание связей не новая идея, хотя о них часто забывают в контексте объяснений. Когда нас просят что-то объяснить, мы можем предположить, что эта идея нова для аудитории, и объяснять ее именно как новшество. Это может привести нас к стремлению описывать детально, вместо того чтобы искать связь.