Цитаты
284308
...Между двумя открытиями холодильника может появиться мороженое, верно?
– Между вторым и третьим часом дня – особенно часто!
– А у девушек между двумя переодеваниями одного и того же платья может измениться изображение в зеркале.
– Ерунда какая.
– Квантовая физика, – веско заявил Артем. – Состояние объекта изменяется в зависимости от того, наблюдают за ним или нет!
Слишком много силы в крови одаренных, их слово способно начать войну, остановить кровопролитие, быть гарантом мира и крепкого союза. Максим, потомок княжеского рода, ради исполнения пророчества преданный забвению и вычеркнутый из родовой записи, следует предначертанному. Грядет большой турнир на землях империи, собирая лучших из лучших представителей клановых школ и лицеев. Грандиозный приз и честь стать первыми заставят рискнуть немалым вступительным взносом, а запрет на использование дара...
– Наш подвал напоминает, – как-то уловил мои мысли Федор после того как мы прошли через комнату, заставленную огромными, затейливо украшенными вазами.
– Это коллекционная керамика! – тихонько возмутился Артем.
– Потому и выбросить жалко, – вздохнул брат.
Слишком много силы в крови одаренных, их слово способно начать войну, остановить кровопролитие, быть гарантом мира и крепкого союза. Максим, потомок княжеского рода, ради исполнения пророчества преданный забвению и вычеркнутый из родовой записи, следует предначертанному. Грядет большой турнир на землях империи, собирая лучших из лучших представителей клановых школ и лицеев. Грандиозный приз и честь стать первыми заставят рискнуть немалым вступительным взносом, а запрет на использование дара...
– Иногда нравимся не мы, а содержимое наших карманов, – философски заметил Федор, у которого та самая собака съела бутерброд вместе с куском фуфайки.
Слишком много силы в крови одаренных, их слово способно начать войну, остановить кровопролитие, быть гарантом мира и крепкого союза. Максим, потомок княжеского рода, ради исполнения пророчества преданный забвению и вычеркнутый из родовой записи, следует предначертанному. Грядет большой турнир на землях империи, собирая лучших из лучших представителей клановых школ и лицеев. Грандиозный приз и честь стать первыми заставят рискнуть немалым вступительным взносом, а запрет на использование дара...
Говорят, бегущий по коридорам начальник – плохая примета. Они даже не представляли насколько...
Слишком много силы в крови одаренных, их слово способно начать войну, остановить кровопролитие, быть гарантом мира и крепкого союза. Максим, потомок княжеского рода, ради исполнения пророчества преданный забвению и вычеркнутый из родовой записи, следует предначертанному. Грядет большой турнир на землях империи, собирая лучших из лучших представителей клановых школ и лицеев. Грандиозный приз и честь стать первыми заставят рискнуть немалым вступительным взносом, а запрет на использование дара...
В мире вообще не бывает ничего бесплатного, кроме ненависти и боли.
Слишком много силы в крови одаренных, их слово способно начать войну, остановить кровопролитие, быть гарантом мира и крепкого союза. Максим, потомок княжеского рода, ради исполнения пророчества преданный забвению и вычеркнутый из родовой записи, следует предначертанному. Грядет большой турнир на землях империи, собирая лучших из лучших представителей клановых школ и лицеев. Грандиозный приз и честь стать первыми заставят рискнуть немалым вступительным взносом, а запрет на использование дара...
– У меня просто пока кровать маленькая, – засмущался Федор. – И то, что под ней обитает, тоже. Вот когда я вырасту, никто не сможет нас обидеть!
– Послушай мудрого человека, дожившего до тринадцати лет. Всегда найдется кто-то, у кого кровать будет больше, а ужас под ней – опаснее.
Слишком много силы в крови одаренных, их слово способно начать войну, остановить кровопролитие, быть гарантом мира и крепкого союза. Максим, потомок княжеского рода, ради исполнения пророчества преданный забвению и вычеркнутый из родовой записи, следует предначертанному. Грядет большой турнир на землях империи, собирая лучших из лучших представителей клановых школ и лицеев. Грандиозный приз и честь стать первыми заставят рискнуть немалым вступительным взносом, а запрет на использование дара...
Ведь люди часто выглядят совсем не такими, какие они на самом деле, и за бравадой, гордостью и дорогим костюмом частенько скрывается ничего. Надо, чтобы хорошенько тряхнуло, чтобы все ненастоящее обвалилось нарядной облицовкой с дряхлого здания.
Слишком много силы в крови одаренных, их слово способно начать войну, остановить кровопролитие, быть гарантом мира и крепкого союза. Максим, потомок княжеского рода, ради исполнения пророчества преданный забвению и вычеркнутый из родовой записи, следует предначертанному. Грядет большой турнир на землях империи, собирая лучших из лучших представителей клановых школ и лицеев. Грандиозный приз и честь стать первыми заставят рискнуть немалым вступительным взносом, а запрет на использование дара...
– Школа необходима, – ввернул старик поучительный тоном. – Как и высшее учебное заведение. Они дают навыки общения и социализации, плюс знания.
– А морды бить – это общение или социализация?
– Скорее, второе, – осторожно произнес он.
– Так директору и скажу, – качнул я головой.
Слишком много силы в крови одаренных, их слово способно начать войну, остановить кровопролитие, быть гарантом мира и крепкого союза. Максим, потомок княжеского рода, ради исполнения пророчества преданный забвению и вычеркнутый из родовой записи, следует предначертанному. Грядет большой турнир на землях империи, собирая лучших из лучших представителей клановых школ и лицеев. Грандиозный приз и честь стать первыми заставят рискнуть немалым вступительным взносом, а запрет на использование дара...
– Одним словом, сэр, результатом исследований стал вывод, что изменения в организме происходят, однако они происходят в любом организме.
– Постой, это любой дурак знает. А что по научной части?
– Мезопотенциарность адекватного биоценоза объекта презиокомпоральна тиморексальной адаптации.
– Круто, – кивнул босс, поднимаясь с кресла. Карл тоже кивнул, но подняться не решился – они с боссом находились по разные стороны системы безопасности.
Таланты и инициативность Томаса Брейна смешивают планы высокого начальства. В результате – далекая ссылка, небольшая полицейская должность и невыполнимое задание нового руководства, пожелавшего преподать новичку урок. Но энтузиазм и активность Брейна на новом месте нарушают политический баланс между мафией и прикормленной полицией. За ним начинается слежка, он заводит отношения со сногсшибательной красавицей, на него готовят покушение, однако герою грозит кое-что пострашнее. Что же может...
– Ты что – на праздник с пушкой поедешь? – удивился лейтенант. – Но без ствола я не могу. Здесь без оружия – считай что голый. У вас городок специфический. – Но ты же там всех напугаешь. – Я полицейский, это нормально. Вот если бы был хирургом со стволом, это могло бы вызвать вопросы. – Да, хирургу больше подошел бы нож, – задумчиво произнес Григор.
Таланты и инициативность Томаса Брейна смешивают планы высокого начальства. В результате – далекая ссылка, небольшая полицейская должность и невыполнимое задание нового руководства, пожелавшего преподать новичку урок. Но энтузиазм и активность Брейна на новом месте нарушают политический баланс между мафией и прикормленной полицией. За ним начинается слежка, он заводит отношения со сногсшибательной красавицей, на него готовят покушение, однако герою грозит кое-что пострашнее. Что же может...
И не строй из себя цветочный бутон, Григор, я прекрасно осведомлен о твоих художествах в районе.
Таланты и инициативность Томаса Брейна смешивают планы высокого начальства. В результате – далекая ссылка, небольшая полицейская должность и невыполнимое задание нового руководства, пожелавшего преподать новичку урок. Но энтузиазм и активность Брейна на новом месте нарушают политический баланс между мафией и прикормленной полицией. За ним начинается слежка, он заводит отношения со сногсшибательной красавицей, на него готовят покушение, однако герою грозит кое-что пострашнее. Что же может...
Он ходит по земле, но душа неизменно зовёт его сюда, на берег моря. Когда он смотрит на эту голубую бесконечность и белые облака, уходящие за горизонт, все его печали мельчают и меркнут на фоне этой вечности. Море исцеляет своим простором и свежестью, не требуя ничего взамен.
Рашид Нагиев включил в свою книгу три новеллы. Три истории Любви. Любви, ради которой и стоит жить на земле. И в каждой истории – море. Море, на берегу которого в израильском городе Ашдод живет автор, море – зовущее, манящее, вечный символ любви и страсти…
Книга издается в авторской редакции.
А ведь всё очень просто – не хочешь боли, не пускай любовь в своё сердце. Те, кого мы полюбили, становятся незаменимыми. Случается, что они уходят, и тогда оставшуюся чёрную пустоту уже ни чем и ни кем не заполнить. Время не лечит – не надейся. Просто боль становится привычной. Вот и весь фокус.
Рашид Нагиев включил в свою книгу три новеллы. Три истории Любви. Любви, ради которой и стоит жить на земле. И в каждой истории – море. Море, на берегу которого в израильском городе Ашдод живет автор, море – зовущее, манящее, вечный символ любви и страсти…
Книга издается в авторской редакции.
Эта женщина могла смеяться, шутить, танцевать и даже кокетничать, но в глазах её было столько печали, сколько хватило бы и на сотню женщин.
Рашид Нагиев включил в свою книгу три новеллы. Три истории Любви. Любви, ради которой и стоит жить на земле. И в каждой истории – море. Море, на берегу которого в израильском городе Ашдод живет автор, море – зовущее, манящее, вечный символ любви и страсти…
Книга издается в авторской редакции.
Деловая суета приглушает душевную боль лучше любой водки. Когда голова и руки что-то делают, то там, в области сердца болит не так мучительно.
Рашид Нагиев включил в свою книгу три новеллы. Три истории Любви. Любви, ради которой и стоит жить на земле. И в каждой истории – море. Море, на берегу которого в израильском городе Ашдод живет автор, море – зовущее, манящее, вечный символ любви и страсти…
Книга издается в авторской редакции.
Лунный свет порой создает такие тени, какие никогда не случаются при свете солнечном.
По Калифорнии пронеслась череда странных и страшных вспышек насилия. Весьма уважаемые и богатые люди один за другим внезапно бросились убивать всех, кто попадал им под руку, начиная со своих семей. При этом они оставляли на местах преступления странные надписи на неизвестном языке, расшифровать которые не сумели лучшие лингвисты страны. Репортер газеты «Лос-Анджелес таймс» Брайан Хоуэлс понял, что в руки ему сама собой упала сенсация. Он рьяно принялся за журналистское расследование – и...
То, что настоящее было настоящим, а будущее уже стояло у порога, не значило, что с прошлым покончено на всегда. Иногда оно существовало в настоящем независимо от того, что человек предпринимал, чтобы забыть о нем.
По Калифорнии пронеслась череда странных и страшных вспышек насилия. Весьма уважаемые и богатые люди один за другим внезапно бросились убивать всех, кто попадал им под руку, начиная со своих семей. При этом они оставляли на местах преступления странные надписи на неизвестном языке, расшифровать которые не сумели лучшие лингвисты страны. Репортер газеты «Лос-Анджелес таймс» Брайан Хоуэлс понял, что в руки ему сама собой упала сенсация. Он рьяно принялся за журналистское расследование – и...
Все проходит. И это тоже пройдет.
По Калифорнии пронеслась череда странных и страшных вспышек насилия. Весьма уважаемые и богатые люди один за другим внезапно бросились убивать всех, кто попадал им под руку, начиная со своих семей. При этом они оставляли на местах преступления странные надписи на неизвестном языке, расшифровать которые не сумели лучшие лингвисты страны. Репортер газеты «Лос-Анджелес таймс» Брайан Хоуэлс понял, что в руки ему сама собой упала сенсация. Он рьяно принялся за журналистское расследование – и...
— Быстрее! – закричал Брайан. – Рифма к слову «член»? — «Тлен», – отозвалась Кэрри.
По Калифорнии пронеслась череда странных и страшных вспышек насилия. Весьма уважаемые и богатые люди один за другим внезапно бросились убивать всех, кто попадал им под руку, начиная со своих семей. При этом они оставляли на местах преступления странные надписи на неизвестном языке, расшифровать которые не сумели лучшие лингвисты страны. Репортер газеты «Лос-Анджелес таймс» Брайан Хоуэлс понял, что в руки ему сама собой упала сенсация. Он рьяно принялся за журналистское расследование – и...
Теперь неверие в эволюцию было не просто выходящей за рамки общепринятого точкой зрения. Антинаучные взгляды и отрицание способность разума в познании становились обычными у значительной части населения страны.
По Калифорнии пронеслась череда странных и страшных вспышек насилия. Весьма уважаемые и богатые люди один за другим внезапно бросились убивать всех, кто попадал им под руку, начиная со своих семей. При этом они оставляли на местах преступления странные надписи на неизвестном языке, расшифровать которые не сумели лучшие лингвисты страны. Репортер газеты «Лос-Анджелес таймс» Брайан Хоуэлс понял, что в руки ему сама собой упала сенсация. Он рьяно принялся за журналистское расследование – и...
Забавная штука эти ключи: по ним, имеющим тенденцию скапливаться на кольце, можно проследить жизнь.
Много лет назад Энди Макги и его будущая жена приняли участие в секретном эксперименте таинственной Конторы.
Позже у них родилась дочь. Маленькая девочка по имени Чарли, обладающая особым даром.
И теперь Контора хочет заполучить ее, чтобы использовать в собственных целях.
И Энди вынужден бежать – бежать, чтобы спасти единственную дочь…
Так начинается «Воспламеняющая» – один из лучших романов Стивена Кинга, положенный в основу культового фильма с Дрю Бэрримор и Дэвидом Китом в главных ролях.
Бог любит, когда человек нарушает клятву.
Много лет назад Энди Макги и его будущая жена приняли участие в секретном эксперименте таинственной Конторы.
Позже у них родилась дочь. Маленькая девочка по имени Чарли, обладающая особым даром.
И теперь Контора хочет заполучить ее, чтобы использовать в собственных целях.
И Энди вынужден бежать – бежать, чтобы спасти единственную дочь…
Так начинается «Воспламеняющая» – один из лучших романов Стивена Кинга, положенный в основу культового фильма с Дрю Бэрримор и Дэвидом Китом в главных ролях.
Ничего в мире нет прекраснее первой минуты под горячим душем.
Много лет назад Энди Макги и его будущая жена приняли участие в секретном эксперименте таинственной Конторы.
Позже у них родилась дочь. Маленькая девочка по имени Чарли, обладающая особым даром.
И теперь Контора хочет заполучить ее, чтобы использовать в собственных целях.
И Энди вынужден бежать – бежать, чтобы спасти единственную дочь…
Так начинается «Воспламеняющая» – один из лучших романов Стивена Кинга, положенный в основу культового фильма с Дрю Бэрримор и Дэвидом Китом в главных ролях.
Я люблю смотреть на свои часы по ночам. Секунда за секундой они показывают как я приближаюсь к смерти.
Много лет назад Энди Макги и его будущая жена приняли участие в секретном эксперименте таинственной Конторы.
Позже у них родилась дочь. Маленькая девочка по имени Чарли, обладающая особым даром.
И теперь Контора хочет заполучить ее, чтобы использовать в собственных целях.
И Энди вынужден бежать – бежать, чтобы спасти единственную дочь…
Так начинается «Воспламеняющая» – один из лучших романов Стивена Кинга, положенный в основу культового фильма с Дрю Бэрримор и Дэвидом Китом в главных ролях.
Учите своих детей, учите с пелёнок премудростям жизни... нам говорят: мы знаем, что делаем, и бывает, что знают, но чаще всего нам лгут.
Много лет назад Энди Макги и его будущая жена приняли участие в секретном эксперименте таинственной Конторы.
Позже у них родилась дочь. Маленькая девочка по имени Чарли, обладающая особым даром.
И теперь Контора хочет заполучить ее, чтобы использовать в собственных целях.
И Энди вынужден бежать – бежать, чтобы спасти единственную дочь…
Так начинается «Воспламеняющая» – один из лучших романов Стивена Кинга, положенный в основу культового фильма с Дрю Бэрримор и Дэвидом Китом в главных ролях.