Цитаты
283430
С человеком, который не любит «Касабланку», приятельствовать можно, но крепко дружить – никогда.
Казалось бы, что может объединять начинающего писателя, музыканта-бунтаря, плейбоя-миллиардера, примерного семьянина, комика, работающего в жанре комедии оскорблений, и любителя спорта, ведущего малоподвижный образ жизни? Конечно же общая любовь к кино! Они собираются раз в месяц, чтобы посмотреть какой-нибудь фильм. И этим встречам ничто не может помешать – даже самые фантастические жизненные ситуации, в которые они попадают и которые напоминают то комедию, то мелодраму, то детектив, а то и...
Весь конфликт между искусством и коммерцией сводится к одному простому вопросу: говорить то, что хочешь сказать, или то, что хотят услышать?
Казалось бы, что может объединять начинающего писателя, музыканта-бунтаря, плейбоя-миллиардера, примерного семьянина, комика, работающего в жанре комедии оскорблений, и любителя спорта, ведущего малоподвижный образ жизни? Конечно же общая любовь к кино! Они собираются раз в месяц, чтобы посмотреть какой-нибудь фильм. И этим встречам ничто не может помешать – даже самые фантастические жизненные ситуации, в которые они попадают и которые напоминают то комедию, то мелодраму, то детектив, а то и...
— И что это значит? — спросил Грач.
— Он показал, что они приняли то, что мы им выделили. Между нами нет ссоры, — ответил Толик. — У дикарей такой обычай.
— Мы теперь у волосатых почти что свои: вместе от гопников отмахивались, — добавил Киря. — Может, даже друзьями станем, будем бухать на одних полянах и вместе коптить соленую человечину.
Они сумели выжить и закрепиться в не самом дружелюбном месте нового мира. Сумели обеспечить себя крышей над головой и продовольствием. Сумели сберечь людей в суровую зиму. Не сумели лишь одного — и дальше развиваться, укреплять позиции на уже освоенных землях, расширять свою территорию. Увы, место оказалось куда недружелюбнее, чем полагали поначалу, и вопрос выживания требует непростых ответов. Так что бросай все, что нажито трудом последних месяцев, и отправляйся туда, где, возможно, обстановка...
– Откуда знаешь?
– Я гений, а гении знают все.
– Тогда сформулируй мне принцип неопределенности Гейзенберга, раз такой гений. Ну а если нет желания, я все еще готов послушать историю твоих познаний о золотодобыче.
– Ладно, уговорил, и правда нет настроения о химии болтать.
– Вообще-то эти принципы относятся к физике. Квантовой физике.
– Никогда не придирайся к гениям, от этого импотенция развивается.
Они сумели выжить и закрепиться в не самом дружелюбном месте нового мира. Сумели обеспечить себя крышей над головой и продовольствием. Сумели сберечь людей в суровую зиму. Не сумели лишь одного — и дальше развиваться, укреплять позиции на уже освоенных землях, расширять свою территорию. Увы, место оказалось куда недружелюбнее, чем полагали поначалу, и вопрос выживания требует непростых ответов. Так что бросай все, что нажито трудом последних месяцев, и отправляйся туда, где, возможно, обстановка...
– Я ведь тоже узкоглазый.
– Остынь, китаеза, я без расизма. Если напрягает, называй меня в ответ белой тварью или бледнолицым фашистом, мне вообще по барабану.
Они сумели выжить и закрепиться в не самом дружелюбном месте нового мира. Сумели обеспечить себя крышей над головой и продовольствием. Сумели сберечь людей в суровую зиму. Не сумели лишь одного — и дальше развиваться, укреплять позиции на уже освоенных землях, расширять свою территорию. Увы, место оказалось куда недружелюбнее, чем полагали поначалу, и вопрос выживания требует непростых ответов. Так что бросай все, что нажито трудом последних месяцев, и отправляйся туда, где, возможно, обстановка...
Первое, что предприняла Кэт при виде живого и на вид здорового Рогова - от всей души врезала ему по лицу. Вторым делом расплакалась. Третьим объяснила, что он не имел права пропадать дольше чем на пятнадцать минут даже в лавовом потоке, не говоря уже о каком-то жалком ручейке.
Они сумели выжить и закрепиться в не самом дружелюбном месте нового мира. Сумели обеспечить себя крышей над головой и продовольствием. Сумели сберечь людей в суровую зиму. Не сумели лишь одного — и дальше развиваться, укреплять позиции на уже освоенных землях, расширять свою территорию. Увы, место оказалось куда недружелюбнее, чем полагали поначалу, и вопрос выживания требует непростых ответов. Так что бросай все, что нажито трудом последних месяцев, и отправляйся туда, где, возможно, обстановка...
Усталость - первая причина травматизма после безалаберности.
Они сумели выжить и закрепиться в не самом дружелюбном месте нового мира. Сумели обеспечить себя крышей над головой и продовольствием. Сумели сберечь людей в суровую зиму. Не сумели лишь одного — и дальше развиваться, укреплять позиции на уже освоенных землях, расширять свою территорию. Увы, место оказалось куда недружелюбнее, чем полагали поначалу, и вопрос выживания требует непростых ответов. Так что бросай все, что нажито трудом последних месяцев, и отправляйся туда, где, возможно, обстановка...
Так уж вышло, что люди злы и завистливы, к тому же у них короткая память. Некоторые никогда не вспомнят, что ты за десятерых шкурой рисковал ради их благополучия, зато их будет сильно занимать вопрос, почему именно тебе достался один из лучших домов, к тому же выстроенный в числе первых.
Они сумели выжить и закрепиться в не самом дружелюбном месте нового мира. Сумели обеспечить себя крышей над головой и продовольствием. Сумели сберечь людей в суровую зиму. Не сумели лишь одного — и дальше развиваться, укреплять позиции на уже освоенных землях, расширять свою территорию. Увы, место оказалось куда недружелюбнее, чем полагали поначалу, и вопрос выживания требует непростых ответов. Так что бросай все, что нажито трудом последних месяцев, и отправляйся туда, где, возможно, обстановка...
– Если в аду все так же плохо, я хочу жить вечно.
– А праведником – никак? – уточнил Сусанин. – Чтобы потом в рай.
– Какой из меня праведник, не смеши.
– А ты попробуй исправиться.
– Да мне проще жить вечно, чем исправляться. Рогов, сколько мы там проторчали?
– Если верить часам, сорок две минуты.
– Выкинь свой ржавый будильник, моя гулящая жена, объясняя причину позднего возвращения домой, врала раз в сто меньше, чем он.
– Вообще-то мне тоже кажется, что проторчали в пустыне куда дольше, но часы в порядке. Да и по солнцу посмотри.
Они сумели выжить и закрепиться в не самом дружелюбном месте нового мира. Сумели обеспечить себя крышей над головой и продовольствием. Сумели сберечь людей в суровую зиму. Не сумели лишь одного — и дальше развиваться, укреплять позиции на уже освоенных землях, расширять свою территорию. Увы, место оказалось куда недружелюбнее, чем полагали поначалу, и вопрос выживания требует непростых ответов. Так что бросай все, что нажито трудом последних месяцев, и отправляйся туда, где, возможно, обстановка...
– По золоту ходите и ничего не замечаете. Чистый песок им подавай, ну конечно. Красиво бывает в женских ушах и на витринах, а геология – это прежде всего грязь, грязь и еще раз грязь. Все эти украшения от кутюр, императорские короны даже и ваши обручальные колечки свой путь начали из такой вот грязищи.
Они сумели выжить и закрепиться в не самом дружелюбном месте нового мира. Сумели обеспечить себя крышей над головой и продовольствием. Сумели сберечь людей в суровую зиму. Не сумели лишь одного — и дальше развиваться, укреплять позиции на уже освоенных землях, расширять свою территорию. Увы, место оказалось куда недружелюбнее, чем полагали поначалу, и вопрос выживания требует непростых ответов. Так что бросай все, что нажито трудом последних месяцев, и отправляйся туда, где, возможно, обстановка...
Вот ведь отмороженная, у нее точно не все дома. Кругом стоны и слезы, а она радуется вещам, отобранным у умирающего. Не первый раз поступки подруги коробят Рогова. Он и сам временами грубоват, но он же мужчина, ему простительно.
Они сумели выжить и закрепиться в не самом дружелюбном месте нового мира. Сумели обеспечить себя крышей над головой и продовольствием. Сумели сберечь людей в суровую зиму. Не сумели лишь одного — и дальше развиваться, укреплять позиции на уже освоенных землях, расширять свою территорию. Увы, место оказалось куда недружелюбнее, чем полагали поначалу, и вопрос выживания требует непростых ответов. Так что бросай все, что нажито трудом последних месяцев, и отправляйся туда, где, возможно, обстановка...
Когда человек узнаёт, что кому-то хуже, чем ему, это его ободряет. Паршивая человеческая сущность…
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
Если б невероятное происходило каждый день нашей жизни, если б мы всегда были готовы к нему, если б принимали как ожидаемое и привычное — что за смысл был бы в чудесах? Мы разучились бы видеть их — и чудеса Господни, и дьявольские козни стали бы обыденностью, не трогая нашу душу, а ведь в том и их смысл.
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
Наши миры мы творим сами, майстер инквизитор Курт Гессе, тебе ли не знать.
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
Ошибаются все. Непогрешимых не существует. И вопрос лишь один — ради чего все это. Что-то стоит и опасности ошибиться, что-то стоит и вероятия погибнуть…
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
...когда-то все проблемы мироздания зависели от того, что Господь позволил двум людям самим решить, как им быть с каким-то деревом… Нравится вам это или нет, но Создатель признает человечество достаточно взрослым для того, чтобы отвечать за последствия принятых им решений.
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
- Я Hexenhammer. Поверь мне, я знаю, что делаю.
— И для многих это были последние слова, что они слышали в жизни? Бог с тобой, Кувалда Ведьмина, хуже точно уже не станет…
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
Война никогда не кстати, и победителю зачастую достается израненный мир.
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
- Готтер, я не верю никому — ни старым друзьям, ни новым знакомцам, ни даже самому себе. Практика показала, что и это порой нелишне.
— Но почему-то веришь мне.
— И тебе не верю тоже. Но если в прочих, включая себя самого, я подозреваю злонамеренность и двуличие, то в тебе могу опасаться лишь невольного вреда по недомыслию.
— Так заумно меня дурой еще ни разу не называли.
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
Мир опасен. Случиться может, что угодно и когда угодно, но случается куда реже, чем могло бы.
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
Мы всегда подозреваем других в том, чем грешим сами…
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
Однажды идея начинает жить сама.
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
— Он мне не сослуживец, — ответил Курт, — а даже наоборот, я бы сказал… Это проверяющий из кураторского отделения — того, что следит за инквизиторами и контролирует добросовестность нашей работы. Чаще всего — назойливые, хамоватые, высокомерные самодуры…
— Странно в таком случае, что ты служишь не с ними, — почти серьезно заметил Ван Ален. — Ты б вписался.
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
То есть, в тот момент, когда оживший страж этого города, явившийся в наш мир Ангел Господень, ринулся на битву с древней нечистью, первое, что ты сделал - это хапнул кусок статуи на память?
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.
А Ульмер не обладает тем важным качеством, что имелось на вооружении самого Курта, - неизбывной наглостью и способностью перечить руководству...
Германия, 1401 А.D. Инквизитор Курт Гессе, лучший следователь Конгрегации, живая легенда, пример для подражания молодежи и гроза малефиков… Он уже устал это слышать и перестал с этим спорить, хоть и уверен в том, что славы своей не заслужил. Но разве начальству что-то докажешь? Поэтому, получив очередное задание, проще не возражать, а направиться, куда велено. Тем более, что на сей раз это дело принципа, дело чести: убит инквизитор. А такое нельзя оставить безнаказанным.