...принца на белом коне она уже не ждала, но к цокоту копыт ещё прислушивалась...
Птицы, как известно, сбиваются в стаи, рыбы — в косяки, и дураки, как не раз замечал Торнадо, тоже тянутся друг к другу. Природу не обманешь.
...а напуганный шас - как напуганный скунс, не только убегает, но ещё и гадит.
Пахнет помойкой, морем, сигаретным дымом, счастьем... - Внеция, - сказала Вика и зажмурилась.
Она понимала, когда можно болтать, а когда лучше прикусить язык. Доменико держал её в своём заведении не столько потому,что она варила вкуснейший кофе, сколько за эту удивительную для женщины способность.
Они налетали как саранча: прожорливые, стремительные, жадные до впечатлений. Они пытались запихнуть в себя весь город целиком, давились им, но не сдавались! На первое - Сан-Марко, на второе - Риальто, на десерт - Дворец дожей, и закусить это всё Кампанилой.
Она вывернула из-за угла, и серая улица вспыхнула, будто швырнули охапку осенних листьев.
Женщина в безумном шарфе.
Вика с детства знала: у каждого места есть свой неповторимый аромат. Прага пахнет мокрой собачьей шерстью, Стокгольм - вафельным рожком от мороженого, Москва - навсегда трамваями: старыми, с тупыми носами, как у ласковых дворняг.
Венеция пахла кофе и болотными кувшинками.
Снова молчание, тяжелое, почти осязаемое. Его можно бросить, как камень, и что-нибудь разбить.
Например, чью-нибудь семейную жизнь.
Вика знала, что счастье разбивается не разговорами, а молчанием. Ей было тринадцать, когда папа с мамой перестали разговаривать друг с другом. Потом у них нашлись слова, даже слишком много слов, но было уже поздно: молчание разъело их брак, точно кислота.
Абсолютная уверенность свекрови в своём праве распоряжаться чужой жизнью гипнотизировала.
Они неисправимы, эти женщины! Если провидение лишит их дара речи, они отыщут иной способ, чтобы поболтать!
Счастье разбивается не разговорами, а молчанием.
память, как холодильник – протухшие продукты там долго не хранятся.
чем дальше ты от человека, тем интереснее идти к нему навстречу.
Будь добр к незнакомцам -
Ведь никогда не знаешь,
Вдруг, это ангел пришёл
И стучит в твою дверь,
И стучит в твою дверь.
Ах, эта волшебная сила алкоголя: превращать слабаков и трусов в пьяных слабаков и трусов.
Кто спасает одну жизнь, спасает целый мир
Информация бывает неактуальной, но никогда бесполезной.
– Лазарь, – холодные пальцы сомкнулись на его запястье, и он обернулся. – Мне тебя бог послал?Это было нечто среднее между вопросом и утверждением.– Ага, – подмывало съехидничать, но она смотрела так искренне, что язык не повернулся. – Спецдоставка с небес.
Нет, мне не холодно. И не жарко. Мне никак.
– У тебя отмычка? Откуда? – С рождения. – Лазарь отступил от двери на два шага. – Называется... таран-нога!
Обещания вперёд дают только дети и идиоты. Причём вторые происходят из тех, кто застрял в первых.
Банальность зла…
Бабка как-то озвучила ей питерскую формулу взаимоисключающих понятий: либо истинный питерец с плохими зубами, либо не питерец, но с хорошими.
Мертвый подозреваемый – неправильный подозреваемый.