Цитаты

..он определил цивилизацию, как «искусство сделать доступным всему обществу то довольство и покой, которым пользуется добродетельный и благоустроенный семейный дом».

"Разве ты не видишь, что первое условие счастья для смертных заключается в прекращении всеобщей борьбы и соревнования, только разрушающих тот покой жизни, без которого немыслимо достижение счастья, как нравственного, так и физического?"

...дар поэзии может быть прирожденный, но он требует такой же тщательной обработки, как и масса металла, из которой вы строите свои машины.

- Если есть впереди дорога, то мы пройдем ее. Но ведь она есть, не так ли?
- Дорога, имя которой - неизвестность.

Аквитанская львица

Дмитрий Агалаков

Новый исторический роман Дмитрия Агалакова посвящен самой известной и блистательной королеве западноевропейского Средневековья — Алиеноре Аквитанской. Вся жизнь этой королевы — одно большое приключение. Благодаря пылкому нраву и двум замужествам она умудрилась дать наследников и французской, и английской короне. Ее сыном был легендарный король Англии Ричард Львиное Сердце, а правнуком — самый почитаемый король Франции, Людовик Святой. Роман охватывает ранний и самый яркий период жизни Алиеноры,...

Путешественница Европа отходила ко сну, чтобы с зарей возобновить свой путь с Святой земле. И далекие звезды, сплетясь в созвездия, смотрели вниз. Смотрели с печалью и скорбью, как взирает любой, кому уготована вечность, на иных, срок которых - мгновения.

Аквитанская львица

Дмитрий Агалаков

Новый исторический роман Дмитрия Агалакова посвящен самой известной и блистательной королеве западноевропейского Средневековья — Алиеноре Аквитанской. Вся жизнь этой королевы — одно большое приключение. Благодаря пылкому нраву и двум замужествам она умудрилась дать наследников и французской, и английской короне. Ее сыном был легендарный король Англии Ричард Львиное Сердце, а правнуком — самый почитаемый король Франции, Людовик Святой. Роман охватывает ранний и самый яркий период жизни Алиеноры,...

"В тебе - весь этот мир - отныне и вовек..." - неслышно прошепчу, когда случится утро, и мрак, оставив нас, от губ твоих и век бесшумно поплывет на лодке утлой...

Аквитанская львица

Дмитрий Агалаков

Новый исторический роман Дмитрия Агалакова посвящен самой известной и блистательной королеве западноевропейского Средневековья — Алиеноре Аквитанской. Вся жизнь этой королевы — одно большое приключение. Благодаря пылкому нраву и двум замужествам она умудрилась дать наследников и французской, и английской короне. Ее сыном был легендарный король Англии Ричард Львиное Сердце, а правнуком — самый почитаемый король Франции, Людовик Святой. Роман охватывает ранний и самый яркий период жизни Алиеноры,...

Молодая, полуварварская Европа, заточив мечи и настроив музыкальные инструменты, искала великое приключение.

Аквитанская львица

Дмитрий Агалаков

Новый исторический роман Дмитрия Агалакова посвящен самой известной и блистательной королеве западноевропейского Средневековья — Алиеноре Аквитанской. Вся жизнь этой королевы — одно большое приключение. Благодаря пылкому нраву и двум замужествам она умудрилась дать наследников и французской, и английской короне. Ее сыном был легендарный король Англии Ричард Львиное Сердце, а правнуком — самый почитаемый король Франции, Людовик Святой. Роман охватывает ранний и самый яркий период жизни Алиеноры,...

Такова уж была порода герцогов Аквитанских. Истые южане, они славились буйным и веселым темпераментом, но страх Божий порой одолевал их. Они от души грешили и не менее искренне каялись.

Аквитанская львица

Дмитрий Агалаков

Новый исторический роман Дмитрия Агалакова посвящен самой известной и блистательной королеве западноевропейского Средневековья — Алиеноре Аквитанской. Вся жизнь этой королевы — одно большое приключение. Благодаря пылкому нраву и двум замужествам она умудрилась дать наследников и французской, и английской короне. Ее сыном был легендарный король Англии Ричард Львиное Сердце, а правнуком — самый почитаемый король Франции, Людовик Святой. Роман охватывает ранний и самый яркий период жизни Алиеноры,...

Владетель огромных земель, один из богатейших людей Европы, всесильный герцог ушел в мир иной паломником, в одежде странника, идущего на покаяние.

Аквитанская львица

Дмитрий Агалаков

Новый исторический роман Дмитрия Агалакова посвящен самой известной и блистательной королеве западноевропейского Средневековья — Алиеноре Аквитанской. Вся жизнь этой королевы — одно большое приключение. Благодаря пылкому нраву и двум замужествам она умудрилась дать наследников и французской, и английской короне. Ее сыном был легендарный король Англии Ричард Львиное Сердце, а правнуком — самый почитаемый король Франции, Людовик Святой. Роман охватывает ранний и самый яркий период жизни Алиеноры,...

Если это называется цивилизация, то значит, уже совсем близок конец света.

Властелин молний

Улисс Мур

Анита, Рик и Джейсон втайне отправляются на поиски Умирающего города. В Килморской бухте тем временем Джулия срочно ищет записную книжку Мориса Моро, чтобы связаться с друзьями и помочь им. Ребята и в самом деле оказались в трудном положении. Поджигатели и их главарь Маляриус Войнич хотят уничтожить страну, описанную Муром, используя самое опасное оружие, — огонь…

В творческом процессе нередко очень важен и беспорядок.

Затерянный город

Улисс Мур

Новая череда загадок ждет обитателей Килморской бухты… Венеция. В реставрируемом доме Анита Блум находит тетрадь с загадочными рисунками, перемежающимися непонятными записями. Что это за таинственный шифр, столь схожий с записями в секретных дневниках Улисса Мура? Есть только один способ узнать это — отправиться в спрятанный город в Корнуолле, а для этого обратиться за помощью к отважным путешественникам во времени Джейсону, Джулии и Рику.

— Мы ненавидим Кавенантов! Они приезжие. — Мы тоже приезжие. — Но у вас есть «астон-мартин»!

Затерянный город

Улисс Мур

Новая череда загадок ждет обитателей Килморской бухты… Венеция. В реставрируемом доме Анита Блум находит тетрадь с загадочными рисунками, перемежающимися непонятными записями. Что это за таинственный шифр, столь схожий с записями в секретных дневниках Улисса Мура? Есть только один способ узнать это — отправиться в спрятанный город в Корнуолле, а для этого обратиться за помощью к отважным путешественникам во времени Джейсону, Джулии и Рику.

Он покачал головой. -Если это называется цивилизация, то значит, уже совсем близок конец света.

Затерянный город

Улисс Мур

Новая череда загадок ждет обитателей Килморской бухты… Венеция. В реставрируемом доме Анита Блум находит тетрадь с загадочными рисунками, перемежающимися непонятными записями. Что это за таинственный шифр, столь схожий с записями в секретных дневниках Улисса Мура? Есть только один способ узнать это — отправиться в спрятанный город в Корнуолле, а для этого обратиться за помощью к отважным путешественникам во времени Джейсону, Джулии и Рику.

Чтобы отправиться в путешествие, Путешественник-фантазер должен привести в движение что-то такое, что находится… в нем самом.

Затерянный город

Улисс Мур

Новая череда загадок ждет обитателей Килморской бухты… Венеция. В реставрируемом доме Анита Блум находит тетрадь с загадочными рисунками, перемежающимися непонятными записями. Что это за таинственный шифр, столь схожий с записями в секретных дневниках Улисса Мура? Есть только один способ узнать это — отправиться в спрятанный город в Корнуолле, а для этого обратиться за помощью к отважным путешественникам во времени Джейсону, Джулии и Рику.

Воображение — это действующие образы.

Затерянный город

Улисс Мур

Новая череда загадок ждет обитателей Килморской бухты… Венеция. В реставрируемом доме Анита Блум находит тетрадь с загадочными рисунками, перемежающимися непонятными записями. Что это за таинственный шифр, столь схожий с записями в секретных дневниках Улисса Мура? Есть только один способ узнать это — отправиться в спрятанный город в Корнуолле, а для этого обратиться за помощью к отважным путешественникам во времени Джейсону, Джулии и Рику.

– Кто напал? Много? – Побьем – посчитаем, – пообещал Духарев.

Государь

Александр Мазин

Седьмая книга «Варяжской» исторической серии Александра Мазина. Крещение Руси, становление Государства, войны, политика, приключения воеводы киевского Сергея Духарева, его сыновей и, главное, подлинная история великого князя и государя Владимира Святославовича.

Переговоры на чужой земле - это не мечом рубать. Тут соображать надо.

Государь

Александр Мазин

Седьмая книга «Варяжской» исторической серии Александра Мазина. Крещение Руси, становление Государства, войны, политика, приключения воеводы киевского Сергея Духарева, его сыновей и, главное, подлинная история великого князя и государя Владимира Святославовича.

Сколько на тренировках гридь не гоняй, а настоящего боя учебный не заменит. Опять-таки отроки-волчата должны крови попробовать. Почувствовать, что не зря они стрелами по мишеням били да мечами намахивались так, что за ужином чашку до рта не донести. Вот, когда брызнет из-под клинка настоящая вражья кровь и гадина, пришедшая грабить твою землю, убивать и насиловать, захлебнется криком и хряпнется оземь, тогда и понимаешь - не зря! Есть силушка. И можешь ты платить отныне за обиду железом. Сполна. Сдачи не требуется.

Государь

Александр Мазин

Седьмая книга «Варяжской» исторической серии Александра Мазина. Крещение Руси, становление Государства, войны, политика, приключения воеводы киевского Сергея Духарева, его сыновей и, главное, подлинная история великого князя и государя Владимира Святославовича.

... главное волшебство меча – это его способность превращать чужое в своё.

Государь

Александр Мазин

Седьмая книга «Варяжской» исторической серии Александра Мазина. Крещение Руси, становление Государства, войны, политика, приключения воеводы киевского Сергея Духарева, его сыновей и, главное, подлинная история великого князя и государя Владимира Святославовича.

Свойство человеческого ума таково, что он уверенно собирает из фактов-кубиков именно тот игрушечный домик, который ему привычен.

Государь

Александр Мазин

Седьмая книга «Варяжской» исторической серии Александра Мазина. Крещение Руси, становление Государства, войны, политика, приключения воеводы киевского Сергея Духарева, его сыновей и, главное, подлинная история великого князя и государя Владимира Святославовича.

Когда человек вступает в ту жизнь, он сначала принимается ангелами, которые оказывают ему всевозможные услуги, говорят с ним о Господе, о небесах, об ангельской жизни и научают его истинам и благам. Но если человек, тогда уже ставший духом, таков, что он еще в мире слыхал о том же, но сердцем отрицал или презирал это, то, несколько поговорив с ним, он желает оставить их и ищет, как бы уйти; когда ангелы замечают это, они оставляют его. Он наконец присоединяется к тем, которые живут в одинаковом с ним зле. Когда это свершается, он и тогда отвращается от Господа и обращается лицом к аду, с которым он был соединен еще на земле и в котором находятся все живущие в одинаковом с ним аде; они сами и по доброй воле, а не по воле Господа, ввергаются в ад.

-Есть тысяча способов впасть в ересь, - заметил я, и сердце вдруг сжалось от мучительного сострадания, - Это может случиться с человеком самой невинной души, притом когда угодно, даже в час его рождения.
-О ком это ты толкуешь?
-О себе, Сеньор, о моем противоестественном случае. Мне очень повезло, что у нас не так высоко чтут природное совершенство, как то делали в старину норвежские воины.
-Почему? - удивился он.
-Они бы меня не оставили в живых.
-Природа не знает несовершенства.
-И, однако, кто решился бы отрицать, что мой братец-нетопырь от совершенства весьма далек?
-От природы не удаляется никто.
-Да разве в моем уродстве она сама не терпит искажения? Разве я не отрешен от всего доброго и прекрасного, не обделен духом Господним?
-Божественный закон не может быть внеприродным. Ничего противоестественного не существует. Твоя наружность не менее божественна, чем у самого Аполлона.
-Сам Джордано Бруно согласился бы с этим! - вскрикнул я, вполне удовлетворенный.
Тут он понял, что я, желая их объединить, уподобляюсь ослу Меркурия, одолеваю пропасти.
-Да кто ты такой? - вопросил он. -Мой мертвый брат? Демон? Христов посланец?
-Господь присутствует во мне, как и во всех прочих вещах, вы же сами это только что сказали!
Тут и разразилась гроза. В кронах зашумели дождевые струи.
-Я хотел бросить тебя на острове, а ты всё равно привязан ко мне. Почему? Почему ты не возненавидел меня, как все?
Ища, что ответить, я вспомнил об очках, подаренных мне когда-то его гостем Филиппом Ротманом. Я сказал ему спасибо за то, что он их у меня не отобрал, тем самым позволив мне прочесть столько книг из его библиотеки.
-Ты же знаешь, что чтение я тебе запретил.
-Но и вы знаете, что я все-таки читал.

Властелин Урании

Кристиан Комбаз

…Замок Ураниборг датского астронома и астролога (или астронома-астролога?) Тихо Браге. Своеобразный «мир в миниатюре», в котором начинается «крестный путь к высшей истине» не только самого Браге, но и его «ангела-хранителя» – мудрого и смешного уродца Йеппе. …Своеобразная попытка создания нового «Имени Розы»? Или – попытка воссоздания на литературном уровне новой «Седьмой печати»?

Мысль, что я, стало быть, без ведома своего хозяина оказался его спасителем, сильно взволновала меня, заставив понять, что во мне живет глубокая преданность этому человеку. С тех пор дурное обхождение, которому он меня подвергал, перестало что-нибудь значить, и хотя Ливэ не раз пыталась меня убедить, сколь чувствительны претерпеваемые мною унижения, они представлялись мне лишь следствием его благодушной шутливости, ведь у меня совсем не было гордости. Когда по его приказу мне приходилось раздеваться перед собранием студентов, английским пастором, пьяными шотландцами или каким-нибудь заезжим дворянином из центральной Европы, я повиновался с радостным терпением; когда он допрашивал меня о движении звезд, чтобы дать гостям повод посмеяться над моим невежеством, когда он использовал мою ошибку, чтобы от противного доказать перед всеми справедливость своей теории устройства вселенной, суровость его нрава не могла оттолкнуть меня (хотя, сказать по чести, у этого правила было одно исключение - когда он приказал музыкантам замолчать, я сердился, он ведь заявлял, что этот шум ему осточертел, меня же, наоборот, ничто так не пленяло, как мелодии Вербуа, а за то, чтобы выучиться играть на лютне, я бы отдал жизнь).

Властелин Урании

Кристиан Комбаз

…Замок Ураниборг датского астронома и астролога (или астронома-астролога?) Тихо Браге. Своеобразный «мир в миниатюре», в котором начинается «крестный путь к высшей истине» не только самого Браге, но и его «ангела-хранителя» – мудрого и смешного уродца Йеппе. …Своеобразная попытка создания нового «Имени Розы»? Или – попытка воссоздания на литературном уровне новой «Седьмой печати»?

В ночь лунного затмения душу мою объял транс воспоминаний. Мои видения были столь ярки и многочисленны, что я ощутил признательность к Джордано Бруно, опередившему меня на путях такого познания. К немалому моему изумлению, каждое слово итальянца запечатлелось во мне с такой точностью, словно это были мои собственные речи. Благодаря ему я постиг важную истину: те представления, что мы сохраняем о прошлом, являются единственным средством обрести власть над грядущим, каковое вмещается в них полностью. Так дух Господень и судьбы царствия небесного запечатлены на малейшем осколке материи, утверждал он.

Властелин Урании

Кристиан Комбаз

…Замок Ураниборг датского астронома и астролога (или астронома-астролога?) Тихо Браге. Своеобразный «мир в миниатюре», в котором начинается «крестный путь к высшей истине» не только самого Браге, но и его «ангела-хранителя» – мудрого и смешного уродца Йеппе. …Своеобразная попытка создания нового «Имени Розы»? Или – попытка воссоздания на литературном уровне новой «Седьмой печати»?

У жены хозяина дома Вильгельма Хесселя были две маленькие собачки турецкой породы, из тех, что богатые дамы из северной Германии целыми днями таскают на руках, прижимая к груди. С недавних пор эта мода достигла и здешних мест. Бруно стал насмехаться над такой призрачной заменой любви. Он, только что отпускавший хозяйке комплименты по поводу её красоты, теперь, напротив, осыпал её колкостями столь оскорбительными, что я подумал: "Эта женщина искренно, всем сердцем любит своих собак, зато мужчина вроде него таких чувств не испытает даже к родным детям".

Властелин Урании

Кристиан Комбаз

…Замок Ураниборг датского астронома и астролога (или астронома-астролога?) Тихо Браге. Своеобразный «мир в миниатюре», в котором начинается «крестный путь к высшей истине» не только самого Браге, но и его «ангела-хранителя» – мудрого и смешного уродца Йеппе. …Своеобразная попытка создания нового «Имени Розы»? Или – попытка воссоздания на литературном уровне новой «Седьмой печати»?