Серия «Грозные»

— Далеко собралась, Хрустальная? — насмешливо спрашивает жуткий хриплый голос. — Пусти! — кричу, ногами в воздухе махаю, руками пытаюсь отцепить его лапу от себя, а ему всё нипочём. — Отпусти! — повторяю дрожащим голосом. От отчаяния хочется выть в голос, и, как назло, вокруг ни души, да и вряд ли кто-то рискнул бы прийти мне на помощь. — Отпустить? — удивлённо спрашивает и заднюю дверь открывает. — Как отпустить? Нет, Хрустальная, ты мне задолжала, — добавляет и бросает меня на кожаное...

— Даня, — выдыхаю, сердце замирает. — Я люблю тебя, — выпаливаю а он смотрит спокойно, без эмоций. — И я тебя люблю, мелкая, — мир вокруг меня резко светлеет, сердце бешено колотится. — Как сестру, — добавляет он, треплет меня по голове. — Пошли к костру. — Я люблю тебя не как брата! — упрямо топаю ногой. Даня вздыхает. — Ксюша, это просто привязанность. Ты забудешь обо мне, — вздыхает устало. — Не забуду! — восклицаю и чувствую, как по щекам стекают слёзы. Он разбил моё сердечко, и я не...

— Ты… ты предал меня, — мой голос дрожит, когда я наконец произношу эти слова вслух. Смотрю на него, словно передо мной стоит совсем чужой человек. — Я доверяла тебе. Верила каждому твоему слову. Он лишь усмехается, не пытаясь даже оправдаться, и в этом равнодушии что-то ужасающее. — Может, тебе не стоило быть такой доверчивой, — говорит он холодно, без тени сожаления. — Я ведь никогда не обещал тебе быть другим. — Значит, всё это было просто ложью? — горечь сдавливает мне горло, и я...

— Давай поговорим, — прошу дрожащим голосом. — Наговорилась уже, на год хватило, — отвечает Давид и, впившись в мой локоть до будущих синяков, тянет к трапу. — Ты должен меня выслушать, я… — Ты сейчас сядешь на указанное место и рта не откроешь, пока я не скажу его открыть, для другого дела, — проговаривает со злобой и достаточно громко, привлекая внимание людей вокруг. — Зачем ты так? — едва не всхлипываю, краснея как спелый помидор от стыда перед незнакомцами. — А что ты ожидала,...

— Садись, — приказал он, кивнув на стул. Я села, колени подогнулись. Он молча смотрел, затем сделал глоток кофе и заговорил: — Думаю, ты уже задаёшься вопросом, зачем здесь. Я кивнула, сжав кулаки. — Всё просто. Мы поженимся. Мир качнулся. — Что?.. — голос сорвался. Он поставил чашку, откинулся в кресле. — Это не обсуждается. Ты будешь жить со мной, мы появимся вместе на публике. Все поверят в наш брак. — Но зачем?.. — я шумно сглотнула. — Не твоя забота, — голос стал жёстче. — Тебе...