— А что ты здесь делаешь? Ты же собиралась домой. Я думал, ты уже уехала — нес муж, не особо, впрочем, чувствуя себя виноватым. — Костя, вся кровь не к тому органу прилила? — Влада сверлила взглядом супруга. — Ключи от квартиры твоей матери занесла, как ты сам же меня и просил. Но, смотрю, они вам уже без надобности. Здесь уже подписали договор на увольнение стажерки, да? — Влада, ты... — Всё не так поняла? Это не то, что я думаю? Это всё несерьёзно, и ты любишь только меня, да? — Влада...
Оставляя на ступенях кровавые следы, я надеялась лишь на то, что успею дойти до мужа и он быстро отвезет меня в больницу. Увидев свет из-под двери кабинета мужа, из последних сил направилась туда. Рыдая и вытирая ладонью слезы, я подошла ближе и услышала странные звуки. - Макар, - прошептала я, толкая дверь от себя и моментально впадая в ступор, - мне плохо… А вот, кажется, мужу, сейчас было очень даже хорошо. На его большом дубовом столе возлежала какая-то девица, и ее длинные, стройные ноги...
— У меня важное объявление! — заявляет мой муж на празднике в честь тридцатой годовщины нашего брака. — Света, я собираюсь с тобой развестись! — У тебя кто-то есть? — Даже если есть, тебя это не касается, — обрывает меня муж. — Это никак не связано с тем фактом, что я хочу разойтись. Во мне как будто что-то перещелкивается. Теряю самообладание напрочь. — Я имею право знать, если ты кого-то себе нашел! — где-то глубоко внутри себя понимаю, что Паша вряд ли просто так решился бы на развод. —...
Высокий уровень, сплоченная команда, знания и опыт. Виктор многого достиг, и стремится достигнуть еще больше. Однако вокруг скалят зубы порождения Катастрофы, набирают мощь старые враги и выходят на арену новые. Хватит ли Санитару и его союзникам сил для победы? Или хотя бы просто - для выживания?
СССР! Ленин! Партия! Комсомол! Ну же?! Кобзон, Зыкина, БАМ, Целина… … как это не хотите?! О попаданце в СССР я решил написать давно, так что это запланированная книга. Я хочу написать о реальной стране, где строили Коммунизм и давились в очередях, всем коллективом подписывали письма, осуждающие какого-нибудь невозвращенца и диссидента, и покупали «фирму́» у фарцовщиков. О стране, где был БАМ, Целина и дружба народов, и одновременно — партократия, цеховики, воры в законе. Получится ли...