Аглая помнила долгие разговоры об истории России, об утраченном и специально уничтоженном её наследии. О том, что сто семнадцать лет от основания в России Академии наук в тысяча семьсот двадцать четвертом году ею руководили и работали в ней только немцы, исключение составляли всего трое русских. И немцы имели все эти сто семнадцать лет полный и бесконтрольный доступ кл всем архивам, библиотекам, летописям и вот кроили их по своему усмотрению.
... большой спорт - это не оздоровительно-профилактическая физкультура! И не фитнес с качалкой ради красоты тела! Это опасная травмирующая и калечащая работа! Это красиво, легко и прекрасно смотреть зрителям и болельщикам, и это каторжный и опасный каждодневный труд! Каждая медаль оплачена во стократ потом, слезами поражений и кровью заранее -годами изматывающих тренировок!
Тебе не надо прощать людей, ты на них просто не обижаешься.
Чувство вины кольнуло глубоко внутри, сделало кульбит и ищезло.
Ей казалось, что гармония не в том, чтобы быть примерно одинаковое время счастливым и несчастливым. А в том, чтобы научится быть счастливым и не вмешиваться в счастье других. Как минимум намеренно.
Мне вспомнился тот день из детства, когда по пути домой из кружка скалолазания я случайно наткнулся взглядом на маленькое солнце, выбившее себе место в асфальте. Потрясающая сила воли. Как красив был этот сильный цветок. Как жаль, что его уже не увидеть.
- Если мужчины нет на работе, у него отключен мобильный , и его нет вообще нигде, то, значит, он не хочет, чтобы его нашли. Понимаете?
- Чего уж тут не понять, - вздохнула я, - впрочем, вы развеяли мои последние сомнения. До свидания.
- Подождите, - мужчина остановил меня, - может быть ему передать, что вы звонили?
- Нет, не нужно. Вы абсолютно правы: если Александр Игоревич, не хочет, чтобы его нашли, зачем портить ему игру в прятки. Всего доброго.
Фигура требовала жертв, и я прекрасно знала - каких именно. Борьба с лишними килограммами, которую мне приходилось вести всю сознательную жизнь, неизбежно заканчивалась их безоговорочной победой.
Перебирая одну за другой все ситуации, в которых можно было бы познакомиться с солидным, состоятельным и одиноким джентельменом, я поняла, что в моей рационально мыслящей голове слова "состоятельный" и "одинокий" как-то не сочетаются. Однозначно и совершенно. Такие мужчины обычно не находятся, так сказать, в свободном доступе. Причем в борьбе за них женщины моей внешности и моего социального статуса отпадают уже в четвертьфинале. Может быть даже раньше.
Верность довольно относительное понятие. Можно подпускать к своему телу сотню других женщин, но любить лишь одну. А можно делить свою постель лишь с одной, но каждую ночь на ее месте представляя другую.