я и растворилась в ребенке полностью. И за эти годы даже не заметила, как малыш подрос, как привык, что все лучшее – ему. Да и вообще все – только ему. И мама – его личная собственность
если мальчик не слышит мое – «нет» - то нужно гнать в шею.
Я посчитала сложным прошлое испытание. Как оказалось, была не права. Очень сложно удержаться на лошади с дурным нравом, но еще сложнее проиграть, когда ты точно знаешь, что твой путь короче и включает намного меньше ловушек, чем у девушки, которая хоть и зашла в лабиринт раньше, да двигалась раза в три медленнее соперниц.
Он не зря открылся мне сейчас, а не после долгих ухаживаний. Потому что девушку легче приручить после того, как основательно запудришь ей мозги.
Я всегда считала, что моя семья идеальна. Что меня поддержат во всех начинаниях, помогут в трудную минуту и никогда не введут в заблуждение. И была разочарована и разбита свалившейся на мою бедную голову информацией.
– По-вашему, наследники престолов не имеют права на любовь?
– Мечтать и хотеть – имеют, а подчиняться должны воле своего короля. Как и благородные леди – воле своих отцов. Чаще всего браки заключаются по расчету, только вашей семье повезло с артефактами.
Любая должна лучиться счастьем и довольством, а мне горько, и я бы предпочла не сближаться.
Обиженные принцессы – страшная сила.
Мне неимоверно совестно, и в то же время внутри будто усмехнулся кто-то: «Ты его столько лет ждала, теперь его очередь».
Но ведь от мечты так просто не отказываются? Не рушат стены, если узнали всего лишь что-то новое, доселе неизведанное.
– Будь с ним осторожна, – прошептала мне на ухо леди Альеси, – мальчик – коллекционер.
– Мальчик? Коллекционер? – повторила я.
– Конечно, мальчик. Мужчину красят его поступки, а этот… только с виду мужчина, – фыркнул кутюрье.