– Запомни, девушками, которые сами падают к ногам, парни пользуются. Не совершай этой ошибки.
– Ага. Вас там с первого курса учат вместе прыгать с отвесных скал, если старший по званию прикажет. Нас же на факультете предсказаний учат думать своей головой, а не равняться на остальных!
– Нам дракона привезли. Пятнадцать метров от кончика хвоста до гребешка на темечке. Крыло сломал. Летать не может. Лишай запущенный по всей чешуе. Лечебные зелья усваивает плохо. Весь загон загадил. Мыть не перемыть!
И столько счастья и умиления было на лице главного ветмага, будто он говорил о проказах милого котика, а не злобного ящера, чьи предки в свое время любили перекусить человечинкой.
Ну конечно, у боевиков все просто. Вывихнул, значит, надо вправить, сломал – срастить, потерял сознание – повезло, можно выспаться.
Он медленно, но верно разрушает любую стену, которую я долгое время воздвигала вокруг своего хрупкого сердца.
– Я лучше разобью свое сердце на куски и перешагну через его останки, чем буду с тобой.
Но в этом-то и фишка сердец, не так ли? Они не могут перестать биться, несмотря на боль.
Если я захочу, я поставлю под угрозу все, что ты любишь, и у тебя не будет другого выбора, кроме как упасть к моим ногам.
Каждое прикосновение его кожи к моей подобно обжигающему огню.
И, как и любой пожар, пепел – это единственное, что он оставит после себя.
Его молчание страшнее, чем его слова. На них я могу реагировать. Как я могу реагировать на… ничего?