Будь её лицо пазлом, многие спрятали бы его обратно в коробку.
Все бывает — самые безумные мотивы, причудливые сценарии, невероятные совпадения. И человек, не способный, казалось бы, нанести вред даже мухе, совершает жестокое убийство. Вечная любовь вдруг оборачивается ненавистью. Люди выстраивают цепочки событий, чтобы обеспечить себе алиби, и малейшее неверное звено переворачивает всю картину.
Коул и Ронан были правы. Спокойная сторона Эйдена гораздо страшнее, чем разъяренная.
Его спокойная сторона – это фасад, который он довел до совершенства, чтобы вы чувствовали себя в безопасности, прежде чем он набросится и сожрет вас заживо.
– Ты можешь бороться со мной сколько хочешь, но ты не можешь бороться с тем фактом, что ты моя.
– Быть моей – не выбор, – говорит он пугающе спокойным тоном. – Это гребаная реальность.
Держаться подальше от неприятностей мне не помогло, так что с таким же успехом я могла бы вляпаться в них головой вперед.
Быть моей – это больше не выбор и не игра.
Это ее единственная надежда на выживание.
Стальная кровь течет в моих жилах. Я была рождена не для того, чтобы меня топтали.
Рыская глазами по пассажирским лицам, она вдруг резко ощутила свою здесь чужеродность. Лица здесь присутствовали в основном отрешенные, отпускные, на праздник жизни настроенные. Не здесь они уже были, эти лица. Там уже были, где несется навстречу тугой морской ветер, где играет легкая танцевальная музыка, где ломятся от обильной еды шведские столы и щедро льется вино по бокалам. Где от магического словосочетания «все включено» колбасит бедного человека от желания не пропустить мимо себя ничего, в это самое «все включено» включенного, да еще при этом надо измудриться и отдохнуть как-то.
Вот странно – почему-то счастье никогда не объединяет людей так сильно, как горе. Особенно горе женское.