Если я когда-нибудь покину этот дом, то только в наручниках. Надо было убежать, пока имелся шанс, я его упустила. Сейчас, когда полицейские уже в доме и обнаружили кое-что там, наверху, обратного пути нет.
Я не должна осуждать её [Нину Уинчестер]. Ведь я ничего не знаю о её жизни. Из того, что она богата, ещё не следует, что она избалованная и испорченная. Но готова поставить сто долларов, если бы они у меня были, что Нина Уинчестер избалована и испорчена до последней степени.
Только один раз я примеряю одно из безукоризненно белых платьев Нины, чтобы понять, каково это — жить её жизнью. Но она вскоре узнает об этом… и к тому моменту, когда я осознаю, что дверь в мою чердачную комнатку запирается только снаружи, уже слишком поздно.
Если отвечать злом на зло, добра в мире больше не будет.
ББИ — бездомная безработная иномирянка.
Сила есть в каждом, вот только привыкли люди, что камни нам её дарят, оттого и не чувствуют ничего внутри.
Ну не могут люди с чувством юмора произвести на свет такого мрачного типа, чей взгляд, как погоны из чугуна, шмякнулся на мои плечи немыслимой тяжестью.
Люди так мало значения придают улыбкам и добрым словам, хотя ими поддержать и приободрить порой очень просто.
— Судьбу прочесть невозможно, — фыркнула она. — И не верь тем, кто говорит иначе. Судьбу свою ты сама создаёшь каждый день, каждую минуту перекраиваешь любым новым решением, даже взглядом или улыбкой. Нельзя прочитать то, что находится в постоянном движении.
— Когда окажешься в другом мире, будь осторожней со знакомствами и чувствами.
— С чувствами?
— Да, первый или первая, кто вызовет сильные эмоции, станет для тебя в новом мире якорем…