Я думала — это самый счастливый день в моей жизни. Но наша свадьба обернулась предательством. Второй раз я доверилась не тому человеку. И второй раз мои чувства растоптали самые близкие и родные люди.
Но я даже представить себе не могла, какие повороты судьбы приготовит мне жизнь. И в какие сети меня окутают тени прошлого.
– Клим, извините, но я вынуждена уволиться, – произнесла я как можно спокойнее. – Я знаю, что мне нужно отработать еще какое-то время, но позвольте мне сделать это удаленно. Я все равно пишу только тексты, мне не нужно физически быть в офисе. Пожалуйста, позвольте мне это. – Объясни причину, – он и бровью не повел на мою просьбу. – Причина личного характера, – выдохнула я. – Камила, ты думаешь в разговоре со мной можно отделаться парочкой общих фраз? – На этот раз он взглянул на меня. И так...
– Олеся, ты не должна сдаваться, да, это страшно, но не приговор! Его обнаружили не на последней стадии! Я сижу и смотрю в стену. Не верю ни ушам, ни глазам, ни диагнозу, который у меня на руках в этот момент. Господи, как мне страшно… У меня же дети. Двое детей… – Леська, ты это брось, все лечится, двадцать первый век, мать! Лучшая подруга, как сестра мне, Лена обнимает меня и подливает еще коньячку, а я смотрю на початую бутылку, понимаю, что мы выпили половину, а у меня ни в одном глазу....
Сквозь окно дорогого ресторана я наблюдаю, как Владик застегивает на шее красивой женщины потрясающее колье. А девочка-подросток, похожая на обоих взрослых, радостно хлопает в ладоши. Ну просто идиллия. Семейное торжество, как в добрых рождественских фильмах. Вот только Владик — МОЙ муж! — Мне нужна жена, которая будет создавать уют в доме, — говорил он. — Лучше приготовь что-нибудь вкусненькое, а карьеристок мне и на работе хватает. И вот теперь гнусный лжец ужинает с одной из них. Я...
— Развод. А на что ты рассчитывала? Скучная, старая, без магии. Мне надоело с тобой возиться. Я отшатнулась и едва устояла на ногах: все внутри до сих пор болело после очередного выкидыша. Я, истинная дракона, много лет не могла родить ему сына. — Это какая-то шутка? Мы ведь истинные. Мы ведь… мы любим друг друга. Ты обещал всегда меня любить и защищать. — У меня другая женщина. Если ты беспокоишься о деньгах — не стоит. Но в твоих интересах не устраивать истерик. *** После...
Это искренняя и трогательная история о счастье, которое может быть снова найдено даже после предательства жены и разрушения семьи. Главный герой — отец-одиночка, который прошел через многое, но не потерял надежду на новую любовь и семейное счастье. Его отношения со своим ребенком являются сердцем этой истории, подчеркивая важность семейных связей и взаимопонимания. Само произведение наполнено глубокими чувствами и истинными ценностями. Оно показывает, что даже в самых сложных ситуациях можно...
— Давай без истерик. — Без истерик?! — зашипела я. — Это ты девке своей говори, а со мной… Я не успела договорить. Он больно схватил меня за запястье, впервые в жизни, и процедил сквозь зубы: — Мне сейчас не до тебя. Успокойся и сделай мне кофе. — Обалдел? — воскликнула я, поражённая переменами в муже. Освободившись, я растирала запястье, на котором остались красные следы от пальцев. — У меня проблемы. Большие. Сначала разберусь с ними, потом ты мне пожалуешься на то, какое я дерьмо. — Ты...
— Это РАЗВОД! — шептала я, слушая стоны за дверью собственной спальни. Моя душа в щепки разлеталась, я умирала, еле держась на ногах, пока мой муж вместе с лучшей подругой развлекались на шелковых простынях. — Она ж робот, а не баба. Помешана на своей работе! Не останавливайся, а то времени мало… — Конечно, она ж пустая, бесполезная. А я тебе рожу, Гриша. А хочешь сразу двух? Вот кого ты хочешь? Мальчика? Девочку? Мы разменяем эту её шикарную квартирку и заживём припеваючи, да? — Да…Да…...
— Что это такое? — вместо приветствия нахожу силы открыть рот и помахать договором перед его лицом. — Я знал, что ты откажешься, подстраховался, — сразу понял, о чём речь. — Зачем? — голос предательски дрожит, выдавая меня с головой. — Не знаю, — отвечает, и вижу по глазам, что это честно. — Это подло, — в уголках глаз собралась влага, и я часто моргаю, но это не помогает, по щекам всё же текут влажные дорожки. — Знаю, — кивает с каменным выражением лица. — Я не буду работать… — Я тебя...
Стою на выходе из роддома. Внимательно смотрю на то, как муж заводит внутрь незнакомую беременную женщину. Собираюсь окликнуть его и вдруг слышу, как она говорит Родиону: – Радик, милый, ты только не уезжай, прошу тебя! Я боюсь здесь одна оставаться! Нет, вот интересно, да? Чего это мой муж должен караулить чьи-то роды? Пусть это делает ее благоверный! Если уж Бедаев согласился подвезти чью-то роженицу, то спасибо ему и на этом! Меня они не видят в упор! Просто вот проходят мимо буквально в...
На стол передо мной отпускается бархатная коробочка с кольцом. — Что это? — задаю самый глупый вопрос, который только можно задать в этой ситуации. — Я тебе помогу развестись с Максом, но после ты станешь моей женой. — Не понимаю, — шепчу пересохшими губами, — для чего? — У Пуговки будет папа, ты отомстишь бывшему. Всё просто. Мотаю головой. — Нет. В чём твоя выгода? — Я получу тебя и компанию. Поэтому тебе лучше согласиться. *** Муж выставил меня из дома с одной крохотной дочкой на...
— Дайте мне… полгода. Я что-нибудь… придумаю, — тихо проговорил мой муж. Арман в этот момент был как бездушная марионетка. — Нет. Так тоже не пойдет. Деньги мне нужны сейчас. — Ортанг похлопал моего мужа по плечу. — Но что тогда? — спросил Арман. — Отдай мне свою жену на ночь, и я, так и быть, прощу тебе половину долга. Мой муж проигрался и решил расплатиться нашей любовью. Только его друзья-аристократы на том не остановились и потребовали еще больше. И теперь муж просит прощения.
— Срок около восьми недель. — сообщает мне Елена Андреевна, присаживаясь на своё место. — Ребёнок от мужа? Поднимаю на неё грустные глаза. К сожалению, Орлов был первым и единственным человеком с которым у меня был секс. Я была бы рада узнать, что беременна от другого, но не сложилось. Вот тебе и сюрприз перед самым разводом. — От него самого. — вздыхаю я. — А чего грустная такая? Орлов между прочим мечта многих женщин. — напоминает она. — А ты не только его на себе женить смогла, но ещё...
- Прошу тебя, - мой голос срывается, по телу прокатывается ноющая боль. Я цепляюсь за ручки больничной кровати и опускаю взгляд на малыша в руках мужа. - Не забирай его. - Я сам решу, как распоряжаться собственным ребёнком, - холодно чеканит муж. Затем отдаёт крохотный свёрток ей и поднимает чуть выше чёрную папку. - Тут документы на развод. Если желаешь ему счастья, просто подпиши. Я оплачу твое лечение. - В обмен на моего сына? - в шоке шепчу. - В обмен на моего сына, Лера, - поправляет он...
— Где тебя носит? — навстречу от мангала шагает Борис. — Стол накрыть некому! — О том, что у нас будут гости, нужно заранее предупреждать, — отвечаю я. — У меня работа. Борис хмыкает и скептически закатывает глаза. Да, я знаю, конечно, как именно он относится к моей работе! Столько раз слышала, что если бы я сидела дома (по сути, если бы стала бесплатной горничной), то пользы от меня было бы больше. — У нас Руслан Алиев в гостях! — яростным шёпотом произносит, наклонившись к моему...
— Да пойми ты! Я влюбился! У меня чувства настоящие! — произносит муж, не понимая, какую боль причиняет своими словами. — А ко мне, значит, искусственные? — Настоящие! Были! Но столько лет прошло... Мы давно уже просто плывем по течению. Я был уверен, что это, — широким жестом обводит дом, — мой предел, но теперь...теперь я ожил! Он ожил, а я умирала. разве это справедливо? — Как же дочь? Ты о ней подумал, когда тащил в койку ее подругу. Представляешь каково ей? Знать, что любимый отец...
— Ты же говорил, что выбираешь кольцо для меня… Он даже не сразу отвечает. Только убирает руку с её талии. Поздно. Я уже увидела всё. Её улыбку. Его раздражение. Кольцо, которое должно было стать моим. — Ты всё неправильно поняла, — говорит муж. — Это сложная ситуация. Сложная? Десять лет брака. Ребёнок. Дом. Мои бессонные ночи, его поздние возвращения, мои «ничего страшного» и его «не начинай». А теперь — она. — Мы поговорим дома, — добавляет он. — Только не устраивай сцену. Я киваю. ...
Я стою у стола, сжимая в руке полотенце. Мне кажется, если я сейчас его не сожму, то просто швырну вазу в эту парочку. Их слова — «надёжная», «стабильно», «организатор быта» — это маленькие острые кинжалы, которые они методично втыкают мне в сердце. Они за секунды обесценили годы моих усилий, мою любовь, всю нашу совместную жизнь. Я не его жена, я — удобный бытовой прибор. — А ты, Кристин, молодец! — продолжает свекровь. — На себя время находишь. Посмотри, какая фигурка! Ева, ты бы тоже собой...
— Мы были с вами ранее знакомы? — задаю мучивший меня вопрос Максиму. Внутри засело острое чувство, что в моей прошлой жизни он был кем-то значимым для меня. — Еще как были, — эти слова звучат как пощечина. От его взгляда веет холодом. Затем добавляет то, что я вовсе не надеялась услышать: — Я твой бывший муж, Лера. Что?! Бывший муж? Не может быть… Он смотрит на меня так, будто я совершила что-то ужасное. Мне становится не по себе. Морщусь от внезапной боли в голове, которая вызвана...
— Скажи: ма-ма. Давай, Ариш. Ма-ма.
— Мама, — доверчиво улыбаясь, пролепетала моя дочка.
— Ты ж моя девочка, — рассмеялась незнакомка и поцеловала Арину в щеку, — радость моя любимая.
Со стороны и правда можно было подумать, что это мать с дочерью!
Кажется, меня парализовало.
Что это за женщина?! И где, черт побери, мой муж?!
«Спасибо за вечер, котик. Было божественно. Жду завтра в то же время». — Имя отправителя — «Дарья (работа)». Котик. Олег ненавидел, когда я называла его ласковыми именами. «Мне тридцать семь, а не семнадцать», — всегда огрызался муж, когда я в порыве нежности называла его солнышком или котёнком. А тут — котик. И это «божественно» обожгло меня, как кипяток. Я медленно опустилась на стул, почувствовав, как комната вдруг начинает кружиться вокруг меня в каком-то безумном вальсе. Стены словно...
История нашей с мужем любви была похожа на сказку. И я верила, что мы с ним идеальная пара…
«Лена, возьмите трубку, нам нужно поговорить. Я любовница вашего мужа. И сейчас я от него беременна».