Все книги
Люди склонны от бессилия, имея разные пороки, предаваться пьянству или праздному веселью в моменты отчаяния. Они думают, что жизнь к ним несправедлива и они стали жертвами чьей-то воли. И это все никак не изменить. В их собственных силах только повиноваться воле собственного разума, не способного преодолеть эти временные невзгоды, чтобы вернуться к праведной жизни. Это была его работа – исцелять заблудшие души.
Царствование императора Николая Павловича современники оценивали по-разному. Для одних это была блестящая эпоха русских побед на поле брани (Кавказ, усмирение Польши и Венгрии), идиллии «дворянских гнёзд». Для других – время «позорного рабства», «жестокой тирании», закономерно завершившееся поражением в Крымской войне. Так или иначе, это был сложный период русской истории, звучащий в нас не только эхом «кандального звона», но и отголосками «золотого века» нашей литературы. Оттуда же остались нам...
Легенды о Николае I (1796-1855) начинаются с тайны его рождения и множатся вплоть до смерти. Один из самых мужественных и красивых русских императоров надолго вошёл в ряд «антигероев» отечественной истории. Старым и новым ниспровергателям удобно было сваливать на самодержца грехи казнокрадов, бюрократов, бездарностей. Ради этого, правда, приходилось замалчивать водружение русского флага над устьем Амура, освобождение Греции и значительной части Армении от османского гнёта, подготовку...
Николай I – Ника, Незабвенный, Палкин… По правде, уникальная личность Российской истории. Столь многогранный человек, оставивший о себе память консерватора и тирана. Таким ли он был на самом деле?
Вы держите в руках книгу, способную посвятить вас в тайны императора Николая, раскрыв его личность. Забудьте то, что вы помнили о Николае Павловиче из школьных учебников, окунитесь в мир интриг российского императорского двора!
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
«Преподавателям слово дано не для того, чтобы усыплять свою мысль, а чтобы будить чужую» – в этом афоризме выдающегося русского историка Василия Осиповича Ключевского выразилось его собственное научное кредо. Ключевский был замечательным лектором: чеканность его формулировок, интонационное богатство, лаконичность определений завораживали студентов. Литографии его лекций студенты зачитывали в буквальном смысле до дыр. «Исторические портреты» В.О.Ключевского – это блестящие характеристики русских...
«Николай Палкин», «коронованный барабанщик», «жандарм Европы» — эти и подобные им эпитеты в отношении «несимпатичного монарха», по выражению одного из историков, прочно закрепились как в массовом сознании, так и в исторической науке. Между тем император Николай Павлович был далеко не ограниченным человеком и незаурядным государственным деятелем, любящим, по его словам, «нашу матушку Россию». Да, он с гордостью называл себя «государем-консерватором», но не был реакционером, каким его часто...
ШЕЛЛЕР, Александр Константинович, псевдоним — А. Михайлов (30.VII(11.VIII).1838, Петербург — 21.XI(4.XII). 1900, там же) — прозаик, поэт. Отец — родом из эстонских крестьян, был театральным оркестрантом, затем придворным служителем. Мать — из обедневшего аристократического рода. Ш. вошел в историю русской литературы как достаточно скромный в своих идейно-эстетических возможностях труженик-литератор, подвижник-публицист, пользовавшийся тем не менее горячей симпатией и признательностью...
Что было бы с Россией, если бы не было тридцати «потерянных» лет царствия Николая I, если бы вместо Александра II Освободителя, был бы Николай I Освободитель, и крестьянская реформа действительно бы дала землю крестьянам, а промышленная революция началась в России на полвека ранее. Это и есть главная мысль романа. А так как «что было бы если» подразумевает альтернативную историю, то жанр попаданцев подходит тут как нельзя более. Попаданец в этом романе - обычный человек, без особых навыков,...
Что было бы с Россией, если бы не было тридцати "потерянных" лет царствия Николая I, если бы вместо Александра II Освободителя, был бы Николай I Освободитель, и крестьянская реформа действительно бы дала землю крестьянам, а промышленная революция началась в России на полвека ранее. Это и есть главная мысль романа. А так как "что было бы если" подразумевает альтернативную историю, то жанр попаданцев подходит тут как нельзя более. Попаданец в этом романе - обычный человек, без особых навыков,...
Продолжение книги Николай I - попаданец. Калифорния остается русской. Революции 1848 года в Европе. Продолжение реформ. Действие происходит с начала 1840хх. и до 1858 года.
Светало. Первые лучи восходящего солнца подсветили горизонт и образовали мерцающую дорожку на зеленоватой поверхности моря. С обеих сторон от корабля вырисовывались холмистые берега, покрытые редким кустарником. Капитан Кручинский, откинув крышку люка, рассматривал незнакомые, угрюмые места в бинокль. Но горизонт оставался безжизненным, лишь гребни холмов слегка отвечивали красным, отражая солнечный свет. Броненосец класа "Альбатрос", благодаря низкой осадке и серому цвету, был едва заметен...
Группа самых крутых «подселенцев» из 20-го века переносится в 1826 год в Россию сразу после восстания декабристов. Перед ними ставится задача в максимально короткие сроки создать на планете Земля единое федеративное государство. На основе Российской империи, конечно же. Сознание вождя мирового пролетариата Владимира Ильича Ленина подселяется в мозг императора Российской империи Николая I. Подселенцы начинают круто менять историю России. Меняют государственное устройство и идеологию Российской...
«Время наружного рабства и внутреннего освобождения» — нельзя вернее Герцена определить эту эпоху… Николай не был тем тупым и бездушным деспотом, каким его обыкновенно изображают. Отличительной чертой его характера, от природы вовсе не дурного, была непоколебимая верность раз и навсегда усвоенным им принципам… Доктринер по натуре, он упрямо гнул жизнь под свои формулы, и когда жизнь уходила из-под его рук, он обвинял в этом людское непослушание… и неуклонно шел по прежнему пути. Он считал себя...
Если обернуться назад и посмотреть на историю любого государства, всегда можно найти целую кучу моментов, в которых можно было сделать лучше. Проигранные по глупости войны, оказавшиеся неудачными законы, поставленные не на свое место чиновники, да мало ли… Мне всегда казалось, что Николаевская эпоха — это самая настоящая эпоха упущенных возможностей. Как буквально за три-четыре десятка лет можно было докатиться от страны взявшей Париж, до Парижского же (вот ведь хохма) трактата как итога...
Последняя книга про попаданца в императора Николая I. С 1853 года и до конца его жизни + эпилог.
Продолжение истории будущего императора Всероссийского Николая I. 1816-1822 годы. Внутренняя и внешняя политика, прогрессорство, изменение истории.
Продолжение истории будущего императора Всероссийского Николая I. Том 5 1829-1833 годы.
Главный герой наконец получил себе на голову монарший венец а с ним и всю полноту власти в империи. Теперь настало время проводить давно задуманные и откровенно назревшие к этому моменту реформы. Великие Реформы.
Шестой том альтернативы про Николая 1. Временные рамки 1833-1837 годы.
Продолжение истории о попаданце в Николая I. Настало время с оружием в руках доказать, что все предыдущие 20 лет реформ не были проделаны зря. Временной период 1837-1839.
Продолжение истории о попаданце в Николая I. Большая война перекроила Европу, настало время вновь возвращаться к мирной жизни. Временные рамки книги 1839-1844.
Продолжение истории о попаданце в Николая I. Временные рамки: 1845-1852 годы
Продолжение истории будущего императора Всероссийского Николая I. 1822-1828 годы. Попаданец наконец получает власть в стране в свои руки и начинает готовить Великие Реформы.
В Европе меж тем разгорается новая война Седьмой коалиции по разделу оставшегося после Наполеона Бонапарта наследства.
Царствование императора Николая Павловича современники оценивали по-разному. Для одних это была блестящая эпоха русских побед на поле брани (Кавказ, усмирение Польши и Венгрии), идиллии «дворянских гнёзд». Для других – время «позорного рабства», «жестокой тирании», закономерно завершившееся поражением в Крымской войне. Так или иначе, это был сложный период русской истории, звучащий в нас не только эхом «кандального звона», но и отголосками «золотого века» нашей литературы. Оттуда же остались нам...