Все книги
Это были обычные демонологи, которые хотели призвать обычного демона... Но что-то в момент призыва пошло не так. Да и, впрочем, какая им разница - Демон или Демонолог? Результат для них, в любом случае, будет веселым. Ведь меня зовут Константин, и я не рядовой демонолог... Если обычно людей пугают демонами, то здесь ситуация другая. Это демонов пугают мной...
Дан вернулся, в жизнь и в футбол. В футболе все оказалось проще. Там все ровно и понятно. Есть партнеры, есть соперники, есть мяч и есть ворота. Остается забивать, побеждать, выигрывать. И он это с успехом делает. У него есть Цель, выиграть все и он к этому идет. А впереди уже маячат: Золото Чемпионата, Кубок Страны Еврокубки Евро-88. Целей много и он приложит все силы, чтобы их достичь. Но еще есть Жизнь и есть Любовь, а вот тут оказалось все не так просто, накатилось Старое, не совсем его, но...
Религиоведение, Советские издания, Для широкого круга читателей, Научно-популярная и научно-познавательная литература
В этой работе известного теоретика немецкой социал-демократии основное внимание уделяется социальным предпосылкам возникновения христианства. Автор анализирует экономические, политические и духовные предпосылки, вызвавшие потребность в новой религии, показывает, на какой исторической почве и под влиянием каких внешних воздействий развивался иудейский монотеизм и как на его основе возникла христианская церковь. К. Каутский объясняет, почему память об основателе первоначальной христианской общины...
Дан все еще в новом мире, таком похоже на наш, но другом. И Дан реализует тут свою старую мечту - стать футболистам и привести свою страну к вершинам футбольной славы. И неважно, как она называется, СССР, Россия или Империя. Страна одна, названия разные. И у Дана пока все получается - взяты первые барьеры. Команда с ним стала Чемпионом мира, переигран злополучный матч с Бельгией и дальше повержены Испания, Аргентина и Германия. И теперь чемпионат страны и задача, подняться как можно выше,...
Красавец маг, да еще и капитан полиции?! Как тут не влюбиться? А если он обнаруживается в твоей постели...
Алиса даже не надеялась на взаимные чувства. Разве между ведьмой и магом может быть что-то, кроме работы? Но, одна роковая случайность, и что тут началось....
Однотомник. ХЭ.
Если твой начальник красив, умён - грех не влюбиться. Я тоже так подумала, когда увидела его, но... Самовлюбленный маг оказался непрошибаемым эгоистом, а уволиться совсем не так просто.
Одно условие: последняя совместная командировка. И столько проблем...
Когда вопрос стоит в выживании, иногда приходится объединиться с врагом, но что будет, если узнать его поближе?
Не все ведьмы терпят отказы — об этом на собственной шкуре узнал Мердок, ведь одна из них превратила его в волка. И как же ему вновь стать человеком? Может сестра-близнец тёмной ведьмы, Астра, спасёт его? Но несмотря на ангельскую внешность, характер у неё просто дьявольский. Как убедить эту несносную ведьму помочь ему?
Стася потомственная ведьма, и родители уже распланировали счастливую жизнь дочери на долгие годы вперед. Ради мечты стать ветеринаром Стася готова пойти против их воли. Но что делать, если выпускной экзамен провален, родители грозят выдать замуж за навязанного жениха, а экзаменаторам подавай новый проект к пересдаче? Конечно же, ввязаться в авантюру с кофе! В мире любимый всеми бодрящий напиток потерял свой чарующий вкус. Стасе предстоит разгадать загадку этого происшествия, расколдовать...
Попаданцы, Самиздат, сетевая литература, Боевое фэнтези, Магическое фэнтези, Приключенческое фэнтези, Бояръ-аниме
Я - псион, и я родом не отсюда. Это единственное, что знаю точно.
Но… какая Магия? Что за Российская Империя? Какие аристо и дирижабли?
И где мои способности?!
Ладно, этот путь я уже проходил. Пройду и ещё.
Цугцванг - это особая ситуация в шахматах, где тебе либо цуг, либо цванг, то есть ничего хорошего. Урал встречает меня своими странностями. Круг спящих, места силы, артефакты ушедшей эпохи и местный этнический паноптикум, явно не любящий гостей издалека.
Что бы делали вы, если оказались в прошлом? Да только вот это прошлое - оно не совсем ваше. К чему приведут героя его стремление применить знания 21го века - тот еще вопрос.
В общем, шел, упал, проснулся - гипс... нет - 1807 год. Да и не шел, а ехал в метро...
«Москва, Адонай!» – беспрецедентный художественный эксперимент над самой реальностью и художественной литературой; деконструкция жанра романа, в основе которой – полное выворачивание мира и утверждение новых законов литературной эстетики. Герои вслед за читателями проходят путь расщепления реальности в попытке дойти до самой ее сути. На страницах романа плеяда достаточно заурядных, на первый взгляд, персонажей, архетипичных московских жителей, играющих отведенную им роль в современной Москве со...
«Большая луна плыла вдоль разорванных облак. То здесь, то там подымались возвышения, поросшие молодыми березками. Виднелись лысые холмы, усеянные пнями. Иногда попадались сосны, прижимавшиеся друг к другу в одинокой кучке…»
«Метель выдувала с крыш бледные вихри. Прыснули вверх снега и, как лилии, закачались над городом. Певучие ленты серебра налетали – пролетали, обволакивали. Сталкивались, дробясь снегом…»
«Цель этой книги дать несколько картинок из жизни и быта огромного африканского континента, которого жизнь я подслушивал из всего двух-трех пунктов; и, как мне кажется, – все же подслушал я кое-что. Пребывание в тихой арабской деревне, в Радесе мне было огромнейшим откровением, расширяющим горизонты; отсюда я мысленно путешествовал в недра Африки, в глубь столетий, слагавших ее современную жизнь; эту жизнь мы уже чувствуем, тысячи нитей связуют нас с Африкой. Будучи в 1911 году с женою в Тунисии...
«Балти́йский альмана́х» — журнал под редакцией Евгения Шкляра. Первых два номера вышли в Берлине (декабрь 1923 года, январь 1924 года). Четвёртый под названием «Балтийский альманах Аргус» летом 1924 года в Риге. Возобновлён в мае 1928 года в Каунасе. В 1930-х годах выходил с большими перерывами, от случая к случаю. Первоначальная цель — содействие культурному сближению балтийских стран. Публиковались произведения Людаса Гиры, Майрониса, Пятраса Лауринайтиса, Пятраса Вайчюнаса, переводы поэзии и...
«Блок – один из виднейших современных русских поэтов. Поклонники могут его восхвалять. Враги – бранить. Верно – одно: с ним необходимо считаться. Рядом с именами Мережковского, Бальмонта, Брюсова, Гиппиус и Сологуба в поэзии мы неизменно присоединяем теперь имя Александра Блока. Первый сборник стихов поэта появился только в 1905 году. Тем не менее есть уже школа Блока. Недавно хлынула на нас волна бальмонтистов. Большинство молодых подражает ныне Валерию Брюсову. Тем не менее есть у нас и...
«По поводу столетия со дня смерти Канта. 12 февраля 1804 года умер Кант. Он подвел философию к тому рубежу, за которым начинается ее быстрое и плодотворное перерождение. Если в настоящую минуту возможно говорить об освобождении духа от вековых кошмаров, то, кончено, этим мы обязаны Канту. Установлен рубеж между бесконечными проявлениями догматизма и истинным мистицизмом. Открыта дорога к золотому горизонту счастья. Века бы мы еще плутали во тьме, если бы не было Канта: и по сю пору смутные...
«Общественный строй, определенно складываясь, должен отчетливо наметить основные принципы; эти принципы должны лежать в его основе. Основные принципы общественности должны иметь свои отвлеченные основоположения. Эти основоположения должны соединять вопросы социальной техники с общими вопросами, волнующими человеческий дух…»
«Покойный Владимир Сергеевич Соловьев выставил когда-то лозунг самоопределения русской философской мысли: вопрос о том, быть ли ей национальной или вненациональной, русской или западной, – он решил в сторону Запада. Западноевропейская мысль развивалась в борьбе со схоластическим догматизмом; в такой догматизм впала, естественно, религиозная философия; лозунг философии Запада есть мысль об ее автономном развитии…»
«„Огненный Ангел“ останется навсегда образцом высокой литературы для небольшого круга истинных ценителей изящного; „Огненный Ангел“ – избранная книга для людей, умеющих мыслить образами истории; история – объект художественного творчества; и только немногие умеют вводить исторические образы в поле своего творчества…»
«Пробежав эту малую книжечку, чувствуешь все же удовлетворение: сквозь техническое неумение, как трава, пробиваются пульсы самовольного капризного ритма; и сквозь рои слов, заимствованных из брошюр абстрактных, как сквозь скорлупу, проступают ищущие своего выражений образы; мироощущение пролетария выявляется и в играх ритма, и в самом способе воспринимать природу и город…»
«Нет никакой раздельности. Жизнь едина. Возникновение многого только иллюзия. Какие бы мы ни устанавливали перегородки между явлениями мира – эти перегородки невещественны и немыслимы прямо. Их создают различные виды отношений чего-то единого к самому себе. Множественность возникает как опосредование единства, – как различие складок все той же ткани, все тем же оформленной. Сорвана вуаль с мира, – и эти фабрики, люди, растения исчезнут; мир, как спящая красавица, проснется к цельности, тряхнет...
«Поэзия К. Д. Бальмонта имеет несколько стадий. «В безбрежности» и «Тишина» вводят нас в мистицизм туманов, камышей и затонов, затерянных в необъятности северных равнин как угрюмый кошмар, пронизывают мировые пространства эти равнины, собирая туманы. Это взывания Вечности к усмиренным, это – воздушно золотая дымка над пропастью или сладкоонемелые цветы, гаснущие в сумерки вечеров. Это – золотая звезда, это – серая чайка. Это – песня северных лебедей…»