Книги Ольга Дашкова
Значит, слушайте. Приехал к нам один. Красивый, богатый, в дорогих туфлях. Привез юриста и план снести нашу деревню к чертовой бабушке и построить гольф-клуб. Я вышла его встречать с самоваром и в лучшем кокошнике. Со мной был петух. Мы были готовы. Он, если честно, нет. Думал, купит землю и уедет. Не учел одного: в Малых Петушках все идет не по плану. Особенно когда план составляла не я. Война началась сразу. Куры во дворе, пироги с сюрпризом, дядя Петя с самогоном под окном в два часа...
Мне 36 лет и я давно научилась быть сильной и холодной.
Но однажды подруга уговорила меня надеть маску и шагнуть в мир, где нет имен — только желания.
Там, в полумраке, я встретила мужчину.
Одна ночь. Одна сессия. И я впервые полностью сдалась.
Но вскоре маски упали. Он оказался моим новым инвестором.
Он прижал меня к стене и тихо сказал: «Ты все еще моя, Лилия. Даже без маски».
Я знаю, что это опасно. Я знаю, что это может меня уничтожить.
И все же… я уже не хочу притворяться.
Мне сорок пять, и по документам я за нее отвечаю. Она живет у меня и познает дом на ощупь: узнает голоса, шаги, прикосновение чужой руки. Ей неведом мой возраст. Ей неведомо, что так нельзя. Мое имя она выговаривает с такой легкостью, будто оно всегда звучало для нее. Через шесть месяцев я обязан буду ее отпустить. Но до того мне следует держать между нами границу. А пока я лишь затаиваю дыхание, когда она идет мимо. Грех уже поселился в этом доме. Она стала моим падением, а я — ее...
Она снимает все подряд и живет без плана. Он не делает ничего без плана и смотрит на хаос как на личное оскорбление. Два соседних дома, шесть гусей, деревня Комарово и баба Клава, которая давно все про всех знает. — Раечка, они опять у забора стоят и разговаривают. — Клавдия Петровна, это называется «ругаются». — Это называется «не могут друг без друга». Я уже всем рассказала. Ну до чего красивая пара! * * * Капитан думает — это просто отпуск. Вероника думает — это просто сосед. Гуси...
Я Любочка Зайцева. 108 килограммов, красный автомобиль и три чемодана проблем, которые я везу в деревню закрывать так называемый гештальт. Психолог сказала — надо. Я согласилась. Временное помешательство, бывает. Пятнадцать лет я строила жизнь, в которой не было места ни этой деревне, ни человеку, который когда-то называл меня Жирным Зайцем и при этом умудрялся быть моей первой любовью. Одновременно! Да, я знаю, как это звучит. Сергей Латышев никуда не уехал. Он остался и въехал в мою...
Я вернулся в Кедровск с одной целью — убедиться что она живет. Что я принял правильное решение 15 лет назад, и она счастлива, и значит все было не зря. Она жила хорошо. Через две недели свадьба. Я смотрел на фото с помолвочным кольцом и понимал что пятнадцать лет — это не срок для того чтобы отпустить. Это срок для того чтобы понять: не отпустишь никогда. Нормальный человек позвонил бы. Написал. Пришел к двери. Я разведчик. Я действую иначе. Она стояла на крыльце ресторана в красном...
Тридцать лет на границе. Ни одного прорыва. Комарово должно было стать заслуженным покоем. Тишина, порядок, никаких людей. Особенно никаких женщин. План рухнул в шесть утра первого же дня. Вместе с забором.Теперь у меня за забором живет противник. Она смеется там, где должна отступать. Стоит там, где должна уходить. И смотрит так, что хочется проверить, не мина ли это. Мина. Я это уже понял. Поздно. ▪️▪️▪️ После развода я твердо усвоила одно правило: не открывать двери тем, кому удобно...
Я увидела их случайно. В окне ресторана. За нашим столиком. С тем же взглядом, который когда-то принадлежал мне. Не закричала. Не бросилась с обвинениями. Просто развернулась и пошла домой, заваривать чай, улыбаться за ужином. Как всегда. Но кое-что изменилось навсегда. Потому что правда, когда начинает раскрываться, не ограничивается изменой. Она проникает глубже. До самого дна. И на дне я обнаружила не только ложь, но и кое-что о себе. О восьми годах, в течение которых я собирала себя по...
Детские прозвища имеют свойство прилипать навсегда. Особенно когда тебе семнадцать, ты влюблена в лучшего друга, а он до сих пор не замечает, что ты выросла. Рома знает её всю жизнь. Знает, как она лазает по деревьям, играет в футбол и никогда не плачет. Но он не знает, как у неё перехватывает дыхание, когда он улыбается. Как она засыпает, думая о нём. Как больно ей слышать рассказы о его новых увлечениях. Майя готова на всё, чтобы он увидел в ней не просто друга. Но готова ли она к тому, что...
- Как ты мог?! - Как я мог что? Жить полноценной жизнью? Получать то, чего мне не хватало дома? Ты об этом спрашиваешь? - Пятнадцать лет я верила тебе. Любила тебя. Думала, мы семья, мы одно целое. - Мы были одним целым, пока ты не помешалась на детях, - ответил муж равнодушно. - А потом ты стала невыносимой и неадекватной. - Невыносимой? Я хотела продолжить наш род! Мы же хотели детей... Ты сам говорил... - Хочешь знать правду? Мне не нужны дети. Мне не нужны эти бесконечные походы по...
Я опоздала на яхту на семь минут. Потеряла туфлю в Средиземном море. Облила кофе капитана. Капитан был высокий, темноволосый, с такими скулами которые лепят не для обычных людей, для каких-то других, специальных. Суровый. Немногословный. Совершенно невозможный. – Ваша туфля уплыла. – Вижу. – Второй остался. – Тоже вижу. Туфлю он принес сам. Вечером. Молча. И ушел. Это была моя первая ошибка: решить что это ничего не значит. ▪️▪️▪️ Круиз. Средиземное море. Красавчик в белой форме. ...
Я вернулась домой после смерти отца и узнала, что ничем не владею.
Рауль и Франко Витторио ждали меня пять лет.
По завещанию я должна жить с ними два года и выполнять их «разумные требования».
Один брат соблазняет нежно, целует так, будто я его единственное сокровище.
Другой брат берет жестко, властно, и тело предает меня каждый раз.
Я ненавижу их. Я боюсь их.
Но все чаще думаю: а что, если я всегда была их?
Что, если я уже хочу принадлежать им обоим?
Теперь я в их руках.
И выхода нет.
Мне 34 года, и я вешу 100 кг. Да, это почти приговор, согласна. После развода я набрала 25 лишних килограммов, которые стали моими комплексами и моей тюрьмой. Я прятала живот под мешковатыми кофтами, ненавидела, как грудь колышется при ходьбе, как бёдра трутся друг о друга. Думала: «Кто захочет такую?» Каждый взгляд в зеркало был как приговор. Каждый комплимент казался жалостью. Я верила, что любовь возможна только для худых, идеальных, тех, кого не стыдно показать миру. Но потом...
Моя цель — Амина Богаева. Непокорная и гордая принцесса одной из влиятельных семей в регионе. Она думает, что ее фамилия делает ее неприкасаемой. Но я сломаю ее непокорность. Покажу, каково это — потерять все в одночасье. Она станет инструментом моей мести против брата, который носит имя моего врага. — Ты думаешь, твоя фамилия защитит тебя? — Думаю, ты не представляешь, с кем связался! Посмотрим, как долго продержится ее гордость, когда месть горца обрушится на дом Богаевых. На этот раз...
Я влюбилась в него в четырнадцать и восемь лет делала вид, что это прошло. Артем Гайдаров – друг старшего брата, офицер, человек из другого мира. Он приходил по пятницам и не знал, что я считаю его шаги на лестнице. Призналась, что люблю в восемнадцать, он сказал: «нет». Я научилась жить рядом с этим «нет». Как осторожно, не трогая, живут рядом с незаживающей раной. Потом выбрала другого. Правильного. Надежного. Сказала «да» и… почти поверила себе. А потом он вернулся. С тростью, с...
Когда стена между квартирами рухнула в пятницу вечером, Мария Юрьевна Зайцева стояла без полотенца, а подполковник Макаров – без лишних слов. Так начинается история о том, как два совершенно разных человека оказались по разные стороны цветастого пледа на гвоздях – и обнаружили, что стены вообще-то необязательны. Она учит детей истории и встаёт с третьего будильника. Он пережил три командировки и ведёт блокнот с правилами, которые сам же нарушает. Ирония, страсть, война стикерами и один...
Я – строгая заведующая хирургическим отделением, которая после предательства мужа три года не подпускала к себе ни одного мужчину. Пока ко мне не попал капитан Николаев, позывной Лис. Сорокадвухлетний спецназовец, огромный, грубый и крайне опасный. Тяжелораненый пациент, которого я вытащила с того света. С первого дня он нарушал все правила: смотрел на меня так, будто я уже его, называл «Пышка» и медленно, но уверенно ломал мою защиту. Он не принимает отказов. Он видит во мне то, что я...
Я только что осталась без мужчины и без карьерных перспектив. И в качестве «бонуса» меня отправили на две недели в глухую деревню Зеленые Петушки делать контент для умирающего бренда. А потом я встретила ЕГО! Высокого, сурового и чертовски опасного мужчину со взглядом, от которого у меня мгновенно пересыхает во рту. Он холоден, недоверчив и точно знает, чего хочет. Я, кстати тоже. Между нами жара, искры и старые раны. Он не верит красивым женщинам, а я больше не верю обещаниям. Но когда он...