Книги Александра Стрельникова

Они не должны были встретиться, но это произошло. Лесной эльф, воин из свиты истинного короля Великого леса Ангрода Завоевателя Эристор Дориат из Дома Красного дуба и эльф снежный, северный варвар по прозванию Тир… Вот только варвар ли он? Да и эльф ли?..

Парень внутри перевернутой машины — мертвее не бывает. Лицо — страшная черно-красная маска. Окровавленная и какая-то смятая рука вывалилась через разбитое боковое стекло на асфальт. Не верится, что он жив — в таком виде живыми не бывают. Но он стонет. А после открывает глаза. Самые обычные глаза. Но на лице, залитом черно-красной кровью, они — серые, живые — выглядят так, что я вздрагиваю. Словно на грязном стекле кто-то два чистых окошка протер. А там свет. И боль. И ярость.  

Я заторможенно соображала, что теперь делать мне. С мужем. Кажется, уже бывшим. И вообще со всей своей внезапно сломавшейся жизнью… Значит, эта девка от него еще и беременна… Поймала на старом, как мир? На залете? Или?.. — Презик с дыркой попался? А, Макс? И тут он принялся орать. Вопил, что с другой от безысходности, что ему со мной тесно и душно, а он натура творческая, ему воздуха надо и полета: — Ты все время только о работе и говоришь, а мне скучен твой бизнес, эти твои торгаши,...

В прошлом сыщик полицейского ведомства, а теперь судебный следователь при Императорском суде Иван Чемесов по прозвищу Лихо одноглазое — гроза преступного мира столицы. В огромном запутанном и многоярусном городе, раскинувшемся на десяток летающих островов, его знают, уважают и боятся многие… Но только не здесь, не в доме графа Орлова, где Чемесову — обычному человеку, лишенному магического дара, не только предстоит раскрыть убийство, но и встретить любовь.

Их встреча была невозможна. Но она произошла. Любовь казалась нереальной. Но она свалилась, как снег на голову. Рыцарь из ближнего круга Ричарда Львиное сердце и викинг. Или викинг… да не совсем? Англия времен Ричарда Львиное Сердце. Приключения и любовь.

Когда родился - не знаю, где учился - не помню. Четыре года назад очнулся в больнице небольшого городка на Лене и выяснил, что в памяти осталось все, кроме меня самого. Все детали прошлой жизни ушли безвозвратно. Попытались установить личность - не вышло. Лицо обезображено, отпечатков пальцев нет… - Как нет? - тоненько пискнула я. - А вот так. Нет и все тут...

— Рыжая, гибкая, тростиночка… Мечта! Девушка, а как вы относитесь к одноразовому сексу? — Как к готовым котлетам с вышедшим сроком годности — невкусно и приболеть после можно. Это третья часть трилогии про троих друзей — Коршуна, Кондрата и Стрелка. И здесь опять любовная линия тесно переплетена с линией детективной, а главная героиня Маша — жена Егора Стрельцова, вдруг оказывается совсем не тем человеком, которым ее считают в компании…

— Я не могу поверить, что меня только что бросила нянька... — пролепетала я, глядя на Перфильева. — И это была последняя нянька! Больше нет! Где этот потенциальный клиент детской комнаты полиции? Я созрела для расправы. Васька, который бесстыдно подслушивал за кухонной дверью, появился тут же и сразил наповал: — Мамусечка, не волнуйся! Я нашел ей отличную замену! *** У Маши на носу важная командировка, но прямо накануне отъезда от ее сорванца-сына отказывается очередная нянька. Она просит...

Бытует легенда, что клады барона Унгерна — заговоренные. А тут в архивах обнаружили документ, из которого выяснилось, что предки легендарного барона все свои подвалы и лари заговаривали на кровь рода. Вот и подумал кто-то: а что как сам барон Унгерн, пряча свое золото, сделал так же? Кладоискатели бросились искать его прямых потомков… И обнаружили, что их почти не осталось. Всего несколько человек по всей Европе. А у нас в России и вовсе один. Я. Это вторая часть трилогии про троих друзей:...

Мы прожили вместе двадцать семь лет. Родили детей, ждали внуков. А потом он сообщил, что разводится со мной. На мое ошеломленное: «Почему?!» ответил кратко: «Я не хочу быть дедом. Я еще хочу и могу быть отцом…» Сказал и ушел. Просто перевернул страницу жизни и все. Мы с мужем одногодки. Но если он в свои сорок пять — все еще завидный жених, то я в те же годы — лишь женщина, перешагнувшая порог старости… Или я все-таки ошибаюсь?