Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал.
И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева.
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал.
И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева.
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал.
И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева.
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал.
И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева.
Очнувшись после неудачного эксперимента, я оказался в самом пекле сражений Великой Отечественной войны.
Мир сошёл с ума, но я ещё жив и сохраняю здравый рассудок.
И пока я пытаюсь выжить и применить знания XXI века на пользу Родине, где-то в других эпохах путешествует пилот мурманской эскадрильи, случайно поменявшийся со мной местами.
Но если уж судьба дала мне второй шанс, я готов им воспользоваться.
Я постараюсь приблизить нашу Победу! Она уже совсем близко...
Очнувшись после неудачного эксперимента, я оказался в самом пекле сражений Великой Отечественной войны.
Мир сошёл с ума, но я ещё жив и сохраняю здравый рассудок.
И пока я пытаюсь выжить и применить знания XXI века на пользу Родине, где-то в других эпохах путешествует пилот мурманской эскадрильи, случайно поменявшийся со мной местами.
Но если уж судьба дала мне второй шанс, я готов им воспользоваться.
Я постараюсь приблизить нашу Победу!
Очнувшись после неудачного эксперимента, я оказался в самом пекле сражений Великой Отечественной войны.
Мир сошёл с ума, но я ещё жив и сохраняю здравый рассудок.
И пока я пытаюсь выжить и применить знания XXI века на пользу Родине, где-то в других эпохах путешествует пилот мурманской эскадрильи, случайно поменявшийся со мной местами.
Но если уж судьба дала мне второй шанс, я готов им воспользоваться.
Я постараюсь приблизить нашу Победу!
Андрей
поделился мнением
о книге
«Красная Заря. Попаданец 1943. Том 1.»
4 месяца назад
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал.
И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева.
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал.
И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева.
Очнувшись после неудачного эксперимента, я оказался в самом пекле сражений Великой Отечественной войны.
Мир сошёл с ума, но я ещё жив и сохраняю здравый рассудок.
И пока я пытаюсь выжить и применить знания XXI века на пользу Родине, где-то в других эпохах путешествует пилот мурманской эскадрильи, случайно поменявшийся со мной местами.
Но если уж судьба дала мне второй шанс, я готов им воспользоваться.
Я постараюсь приблизить нашу Победу!
Очнувшись после неудачного эксперимента, я оказался в самом пекле сражений Великой Отечественной войны.
Мир сошёл с ума, но я ещё жив и сохраняю здравый рассудок.
И пока я пытаюсь выжить и применить знания XXI века на пользу Родине, где-то в других эпохах путешествует пилот мурманской эскадрильи, случайно поменявшийся со мной местами.
Но если уж судьба дала мне второй шанс, я готов им воспользоваться.
Я постараюсь приблизить нашу Победу!
Назад — в уютные восьмидесятые, где во дворе ждут старые друзья, а мама с папой ещё молоды и счастливы. Во времена газировки за три копейки, настоящих зим и первых влюблённостей. Хотите туда? Или, может, в дерзкие девяностые? Прямиком в студенческое общежитие, где всё было впервые — любовь, предательство, свобода… и драки по пьяной молодости. А если вы могли бы не просто вернуться — а изменить ход событий? Исправить ошибки. Сказать то, что тогда не успели. Поступить иначе. Теперь можно всё. ...