Современная проза
«Ночной маршрут».
Книга, которую немецкая критика восхищенно назвала «развлекательной прозой для эстетов и интеллектуалов».
Сборник изящных, озорных рассказов-«ужастиков», в которых классическая схема «ночных кошмаров, обращающихся в явь» сплошь и рядом доводится до логического абсурда, выворачивается наизнанку и приправляется изрядной долей чисто польской иронии…
Вы держите в руках необыкновенную книгу – это история о женщинах, которые не побоялись расставить точки над «i» и в своей жизни, и в чужой. Согласитесь, не каждая способна сохранить здравый смысл в ситуации, в какой оказались три подруги. Марта, Сара и Ромашка не очень-то счастливы: одна беременна, а отец ребенка неизвестен, другая пытается завоевать популярность в качестве клоунессы-комика, но ее карьера рушится к чертовой матери, а третья вдруг признается, что ее парень Билли периодически ее...
Вержилио Ферейра (1916–1997) — крупнейший португальский прозаик XX столетия, писатель с мировым именем, автор десятков романов, повестей, рассказов. Роман «Во имя земли» увидел свет в 1989 году. Герой книги, оказавшись в конце жизненного пути в приюте для престарелых, вспоминает прожитые годы. Избавленный от бытовых забот, он неторопливо восстанавливает в памяти каждый прожитый день. Размышления его сосредоточены не только на реальных событиях, но и на поисках истины и философском ее осмыслении.
«Меня не покидает странное предчувствие. Кончиками нервов, кожей и еще чем-то неведомым я ощущаю приближение новой жизни. И даже не новой, а просто жизни — потому что все, что случилось до мгновений, когда я пишу эти строки, было иллюзией, миражом, этюдом, написанным невидимыми красками. А жизнь настоящая, во плоти и в достоинстве, вот-вот начнется... ...Это предчувствие поселилось во мне давно, и в ожидании новой жизни я спешил запечатлеть, как умею, все, что было. А может быть, и не было»....
В своем первом воплощении книга эта была конторской тетрадью формата А4, исписанной аккуратным школьным почерком. Потом у нее появилось название: «Танцовщица из Хивы, или История простодушной». Это история женщины, родившейся в середине шестидесятых годов XX века в маленьком среднеазиатском кишлаке, на задворках великой тогда еще империи. Она и сейчас живет среди нас. Несмотря на многочисленные драматичные жизненные коллизии, «История простодушной», рассказанная маленькой смуглой женщиной по...
«Ночной маршрут».
Книга, которую немецкая критика восхищенно назвала «развлекательной прозой для эстетов и интеллектуалов».
Сборник изящных, озорных рассказов-«ужастиков», в которых классическая схема «ночных кошмаров, обращающихся в явь» сплошь и рядом доводится до логического абсурда, выворачивается наизнанку и приправляется изрядной долей чисто польской иронии…
Красота смерти…
Эстетика мрачного и изысканного стиля «Natura Morta» эпохи позднего маньеризма, перенесенная в наши дни…
Элегантная, изысканная, блистательно-циничная проза, концептуальная в самом высоком смысле слова.
Гибель ребенка…
Гибель Помпеи…
Заупокойные службы…
Гарри — абсолютный новичок: в школе, в городе, в стране, в жизни. Он приехал в Лондон из Ганы, где все иное, от неба над головой до отношений в семье. Гарри живет на девятом этаже, и самый верный друг у него — серый голубь, прилетающий подкормиться на балкон. Гарри — лучший бегун в школе, и он бежит через жизнь, с восторгом вбирая все хорошее и дурное, что попадается на пути, и только мелькают его белые кроссовки с нарисованными фломастером адидасовскими полосками. Он любит всех: и уставшую...
«Ночной маршрут».
Книга, которую немецкая критика восхищенно назвала «развлекательной прозой для эстетов и интеллектуалов».
Сборник изящных, озорных рассказов-«ужастиков», в которых классическая схема «ночных кошмаров, обращающихся в явь» сплошь и рядом доводится до логического абсурда, выворачивается наизнанку и приправляется изрядной долей чисто польской иронии…
Новая книга известного прозаика, эссеиста Александра Гольдштейна («Расставание с Нарциссом», НЛО, 1997, премии Малый Букер и Антибукер; «Аспекты духовного брака», НЛО, 2001, шорт-лист премии Андрея Белого) — затягивающий, необычный роман, в котором сталкиваются разновременные пространства, от Сергиева Посада до Закавказья, от Кипра до Палестины, а также фантасмагория и сатира, гладиаторский цирк и православный монастырь, толкование идей и исповедальные приключения плоти.
«Ночной маршрут».
Книга, которую немецкая критика восхищенно назвала «развлекательной прозой для эстетов и интеллектуалов».
Сборник изящных, озорных рассказов-«ужастиков», в которых классическая схема «ночных кошмаров, обращающихся в явь» сплошь и рядом доводится до логического абсурда, выворачивается наизнанку и приправляется изрядной долей чисто польской иронии…
Неожиданно, ярко, смело и в то же время с сильным, порой надрывным, чувством написано о том, о чем историки и политики повествуют скучно и назидательно. По темпераменту, силе эмоций эту прозу можно сравнить с симфонией. Картинки сюжета меняются так быстро, как звуки этого сложного музыкального произведения. О чем же все-таки книга? — спросите вы. Как всегда, о нашей с вами жизни. Тем более что Выборы становятся в ней уже обычным явлением. О политике, но не большой, а так — «на местном уровне»...
Чем отличается взрослый от ребенка? Насколько способен любить человек, не признающий никаких ограничений свободы? Способен ли услышать другого и любить эгоист, который присутствует в каждом из нас? «Для сопровождения ребёнка в длительном морском путешествии требуется компаньонка». Газетное объявление о работе стало началом тернистых взаимоотношений дерзкой двенадцатилетней девочки и молодой женщины, которая сумела растопить лед маленького сердца. «Она — зверек, дикий зверек без страха и...
Знакомьтесь — это Ламенты, безалаберное семейство. Их носит по миру в поисках идеальной страны, но находят они лишь тайны, беды и любовь. Говард — вечный мечтатель, у его жены Джулии пылкое сердце, старший сын Уилл — печальный мыслитель, а близнецы Маркус и Джулиус — ребята с буйной фантазией. Ламенты путешествуют с континента на континент, они — неприкаянные романтики, перекати-поле, и держаться на плаву им позволяют чувство юмора, стойкость и верность друг другу. Их жизнь — трагедия,...
Энн Ветемаа известен не только эстоноязычным читателям, но и русскоязычным. Широкую известность писателю принес в 1962 году роман «Монумент», за который Ветемаа получил всесоюзную Государственную премию. Режиссер Валерий Фокин поставил по книге спектакль в московском театре «Современник» (1978), в котором главную роль сыграл Константин Райкин. Другие романы: «Усталость» (1967), «Реквием для губной гармоники» (1968), «Яйца по-китайски» (1972).
Энн Ветемаа известен не только эстоноязычным читателям, но и русскоязычным. Широкую известность писателю принес в 1962 году роман «Монумент», за который Ветемаа получил всесоюзную Государственную премию. Режиссер Валерий Фокин поставил по книге спектакль в московском театре «Современник» (1978), в котором главную роль сыграл Константин Райкин. Другие романы: «Усталость» (1967), «Реквием для губной гармоники» (1968), «Яйца по-китайски» (1972).
Роман нидерландской писательницы Анны Энквист рассказывает о судьбе пианистки, решившей уже в зрелом возрасте во второй раз взяться за освоение баховских «Гольдберг-вариаций» — то, что до нее однажды проделал Гленн Гульд. Для каждой вариации пианистка подбирает сюжет из собственной жизни, уделяя особое внимание своим взаимоотношениям с дочерью.
Бывает в жизни момент, после которого все меняется и назад повернуть уже нельзя. Причем этот момент может показаться неярким и маловыразительным, его легко и вовсе не заметить, но если его прохлопаешь, последствия будут необратимыми. К сожалению, чаще всего так и происходит: мы спохватываемся, когда все страшное уже случилось. В этих сказках показаны несколько подобных ситуаций. Главное — чтобы еще не поздно было обернуться и все исправить.
Четырнадцатилетний Джерри Рено всего-то и сделал, что отказался продавать шоколадные конфеты, которыми по традиции торговали все ученики школы. Но с этого началась настоящая война. Война, в которую втянулись преподаватели, ученики и тайное школьное общество Стражей. Как обычные подростки превращаются в толпу и до чего могут дойти в травле белой вороны? Где находится грань между бездействием и соучастием в жестокости? Чем закончится шоколадная война и удастся ли Джерри отстоять себя и свой...
Обманчиво мирный психологический роман от «японского Ирвина Уэлша», записного скандалиста Сю Фудзисавы. Тридцатилетний герой романа «Вода камень точит» работает в газете. специализирующейся на материалах о домашних животных, раздумывает, не перейти ли в газету некрологов «Свастика», — и собирается жениться. Мысль о предстоящей свадьбе, о том. что придется менять весь уклад жизни, повергает его в ужас, испытывает его психику на прочность самым жестоким образом.
Любовные похождения молодой учительницы математики, вооруженной большим старым циркулем, мощным чувством юмора и необузданным оптимизмом.
Внимание — в конце поэмы вас ждет сюрприз.
История создания величайшего испанского романа «Дон Кихот» – под совершенно неожиданным углом!..
«Рыцарь Печального Образа» – не в гениальной прозе, но в суровой реальности!..
Интриги и свары «гениев пера» – или как минимум наглецов, считающих себя таковыми…
Фантасмагорически забавная картина быта и народов Испании XVII века!
Он ненавидел этот мир. Ненавидел и боялся. Боялся солнца над своей головой, извилистых улочек Копенгагена и его темных подворотен, боялся пустоты своей собственной квартиры, случайных прохожих, друзей, девушки, которую любил, – всего, что напоминало ему о том, что рядом с ним больше никого нет. Нет родителей, погибших в автокатастрофе, когда ему было всего тринадцать. Нет старшей сестры, которую он довел до самоубийства своей такой требовательной и такой эгоистичной любовью. Нет девушки Силье,...
«Братством народов» прожужжали уши всем. Но вот, что характерно: советскими стали преимущественно русские люди. Ни грузины, ни армяне, ни киргизы, ни иные народы не забывали своего исконного имени, не забывали ни на мгновение, что они — грузины, армяне, киргизы… Да, все национальные республики подчинялись советским законам, но оставались национальными. И понятие советский человек олицетворялось, в основном, русскими. За счёт русских строилось всё мифическое братство советских народов, которое...