Человек в строгом темно-синем костюме вошел в мою дверь боком. В руке у него была серая фетровая шляпа. Лицо его было длинным и бледным, глаза и брови — черными. На высоком лбу аккуратно зачесаны волосы, напоминавшие черные ленты. Только его галстук был цветным. Он висел на впалой груди, как задремавшая на время ярко-красная страсть.
Человек быстро осмотрел острыми черными глазами мой офис, потом выглянул в коридор. Его волосатые ноздри раздулись, принюхавшись, как бы почуяв утечку газа...
Где-то за толстыми стенами дома послышался скрежет мотора, стук дверцы и скрип колес по гравию. Я подошел к двери как раз вовремя, чтобы увидеть вишневого цвета кабриолет, удалявшийся от дома. Верх машины был опущен. Блондинка, сидевшая за рулем, казалась маленькой и очень сосредоточенной. Она объехала тело Ника и помчалась к воротам.
Я прицелился в правое заднее колесо, выстрелил, но промахнулся...
Самолет повернул в сторону побережья и начал снижаться. В голубом пространстве возникли горы. Потом между горами и морем появился город, маленький городок с домами, напоминавшими кусочки сахара. Постепенно кусочки стали больше размером, и между ними, как цветные тараканы, поползли машины, а фигурки людей, размером со спичку, поспешно задвигались по белым утренним тротуарам. Через несколько минут я стал одной из них...
Ночью в каньоне прошел дождь. Мир сверкал свежими и яркими красками бабочки, только что появившейся из кокона, крылышки которой трепещут в прозрачном солнечном воздухе. Настоящие бабочки танцевали меж ветвями деревьев, будто играя в пятнашки. До этой высоты вытянулись лишь гигантские секвойи и эвкалипты. Я припарковал свою машину как обычно, в тени каменного здания у ворот старой усадьбы. Как раз между столбами, сами ворота давно уже упали с проржавевших петель. Владелец загородного дома умер в...
Фэй Хупер позвонила мне рано утром следующего дня после того, как у нее пропала собака. Обычно голос ее звучал мелодично, как скрипки, в унисон игравшие вальс Штрауса, но сейчас ансамбль был явно расстроен. В голосе ее слышались слезы. — Отто пропал. — Отто был ее годовалой немецкой овчаркой. — Вчера днем он перепрыгнул через изгородь и убежал. Или его украли. — Почему вы так считаете? — Вы же знаете Отто, мистер Арчер, знаете, какой он верный... Он сам по своей воле ни за что не убежал бы и...
«Игра в оленей» — история традиционной северной семьи, ведущей кочевой образ жизни. Женщины в ней ставят чум и шепчутся с огнём, а мужчины выходят на охоту и заботятся о стаде. В тундре жизнь человека зависит от оленя, а жизнь оленя зависит от воли богов. «Тундра дала — тундра взяла», — так говорят на Севере. Так было испокон веков. Но что случится, если старший сын попытается спасти увязшего в болоте оленя? Если младший нарушит правила взрослой игры? Если дочь пойдёт наперекор вековым...
В данном рассказе судьба сводит вместе представителей трёх ремёсел по отъёму кровных денежек у зазевавшихся простаков: грабёж со взломом, жульничество и аферы с ценными бумагами. Встреча состоялась в момент, когда все трое оказались на мели, и теперь им предстоит продемонстрировать друг перед другом чего стоят умения каждого и какое из ремёсел в результате окажется прибыльнее.
Главный герой по просьбе знакомого нью-йоркского издателя приезжает в тихий южный городок, где ничего не происходит, чтобы заключить контракт с перспективным, но пока ещё никому не известным автором. И, сам того не подозревая, становится участником странных и интригующих событий...
Есть скучные городские жители, а есть те, кто бросается в омут с открытым забралом. Но даже кругосветные путешествия и охота на слонов меркнут перед настоящим приключением.
Янси Гори — опустившийся субъект. Он последовательно потерял наследство, родовую усадьбу, остатки самоуважение и собственного достоинства. Ещё ниже опуститься просто невозможно, однако Янси получает предложение о продаже... вендетты!
Аллену Слейтону очень хотелось добиться публикации своей повести именно в журнале «Домашний очаг». Однако, у редактора журнала весьма оригинальная система отбора произведений и Слейтону пришлось пойти на небывалое, в попытке добиться своего.