Наверняка каждый хоть раз подсчитывал, какое количество времени он ежедневно тратит на поездки в метро. Чем это место так особенно? Что можно понять, находясь "внутри"? Или же не понять. "Внутри" – это состояние сопровождает большинство людей до самого конца, везде, где бы они ни находились, какие выходы ни искали. А что внутри? – открой и узнаешь.
Здесь собраны все мои произведения. Этот сборник будет пополнятся, каждый раз что-то новое! Здесь вы увидите стихи и статьи. И это еще не все! Заглядывайте в описание книги, я напишу когда будет что-то новое.
Публикуется в авторской редакции с сохранением авторских орфографии и пунктуации.
Подземный мир полон чудесных и удивительных историй. И об одной из таких повествует Рома – парень, которому посчастливилось встретить девушку, которой так и хочется любоваться.
В школе все кричат, бегаю и ведут себя крайне странно. Даже более чем обычно. Так начинается самый плохой, и в тоже время самый хороший день в жизни Георгины Олгуд. У нее нет друзей, парня и понимающих родителей. Зато у нее есть лишний вес, тонкое чувство юмора и отцовский нож!
За 1000 лет до событий GreedFall.
Из Гакана на Малин, континент на другой стороне океана, вышла разведывательная экспедиция. Ее путь лежит через проклятую акваторию Треугольника Дьявола.
Но Озарённый отвернулся от экспедиции...
Жестокость 18+
Голова заболела внезапно и страшно. Как всегда к перемене погоды. Похоже, завтра вместо ясна солнышка дождь зарядит. Он попытался усмехнуться. "Завтра". Его это точно волновать не будет...
Артём вяло ворочал ложкой в тарелке. Soup a l'oignon! Со вкусом луковой икры из какой-нибудь вшивой "Семёрочки". Настроение было супу подстать, таким же мерзким. Артём откинулся на плетёную спинку и тоскливо огляделся. Народа в "Тенях" было мало, но троица, однозначно - американцев, сидевших у стеклянной стены, аккурат на фоне опостылевшего Эйфеля, выбешивала до изжоги. Педики крашеные... Мля... Американы скалились и угощали друг друга с ложечек каким-то шоколадным десертом. Словно мухи...
Всем известно, что летать лётчики любят, куда тут денешься. А вот прыгать с парашютом - совсем нет. Конечно, говорят, что кто-то однажды где-то слышал о героическом авиаторе, это дело обожавшем. Инструкторы ПДС-ники даже бережно передают из уст в уста историю этого супермена, чьё имя и номер части они поклялись хранить в тайне. Во избежание.
- Сигареты ещё остались у кого? Вопрос был риторическим. Потому и в ответ раздалось только протяжное, негодующие мычание на пять голосов. Хреново! Зябко поёжившись в вечерних сумерках, Эванс натянул каску на нос, попытался сесть поудобнее и закрыл глаза. - Погодите-ка!
- Тук-тук-тук! Дома есть кто?! Ау-у-у! - дракон легонько постучал когтем по гулкому железу. Из помятого нагрудника показалась макушка вихрастой головы. Кое-как обкорнанные ножницами волосы мелко дрожали. - О, ты тут! - дракон оскалился, блеснув двумя рядами безупречных белых зубов, - А я-то стучу-стучу... Давай, вылезай целиком! Клацающая зубами физиономия, как выяснилось, принадлежала лопоухому парнишке с пушком на бледных щеках. - Боишься?
Он достал его на пикировании, зайдя сверху и сзади-слева, и почти в упор жахнул изо всех стволов. Строенные трассы хлестнули по жёлтому капоту и плоскости, аккурат по паучьей свастике (1). Проскочив над финном, Стас собрался уйти на вираж, как вдруг по машине снизу заколотило. "Киттигавк" (2) затрясся, словно на булыжной мостовой, и Стас, опрокинув машину, по широкой дуге пошёл вниз.
Днём в село неожиданно въехали казаки и навели такого шороху, что последняя собака теперь боялась высунуть из конуры нос. Семейство, посолиднее прочих, настойчиво попросили сидеть до утра по сродственникам. Пришлось согласиться, уж больно был убедителен казачий командир, поблёскивавший четырьмя звёздочками на погонах. После чего сотня степенной колонной убралась назад. Через пару часов в притихшее село приехали четверо. Коней не рассёдлывали, лишь ослабили им подпруги и загнали под крышу....
Уже стемнело. Пыльный "пазик" из райцентра приехал с большим опозданием, высадил немногочисленных пассажиров, хрустнул передачей и, фыркнув, укатил. Тётки, вернувшиеся с рынка, привычно обматюгали вслед шофёра и звякая пустыми бидонами растворились в сумерках, оставив под ржавой табличкой на столбе одинокого высокого мужчину, явно городского вида.
Иван посмотрел на американца и внезапно ухмыльнулся. И тут же зашипел. Сухие, горячие губы от этой улыбки снова треснули. Астронавт очнулся от забытия и, тяжело дыша, произнёс: - Ты... чего?.. Потихонечку... сходишь... с ума? - Нет, - Иван слизнул капли крови, - У вас в Хьюстоне, похоже, много юмористов. - Можешь... объяснить... по-человечески?
- Стоять! Кряжистый монах с шевроном в виде двойных ангельских крыл на рукаве оттолкнул Марка к стене. В коридоре, выкрашенном в два цвета убогой краской, было тихо, душно и противно пахло дымком. Вовсе и не похожим на дым от ладана. Монах перекрестился перед облупленной дверью с жестянкой, на которой было выдавлено почему-то "1-1" и осторожно постучал. За дверью буркнули. Монах, угодливо согнувшись, сунул голову в щель и что-то пробормотал. В ответ буркнули снова, начальственно...
Жизнь Файяд висит на волоске. Сегодня она умрет — и это неизбежно. Вопрос в том, как уйти из жизни на проклятой и заколдованной земле, где смерть не принесет избавления. Здесь смерть только начало. И каким будет решающий поединок станет известно прямо сейчас. На арене Колизея будет написана новая история вечной жизни.