Посвящается Кире Фелис
Была заслуженной артисткой Советского Союза — стала попаданкой в Серебряный век. Ничего, я и здесь буду служить в театре. Но почему меня не хотят принимать в труппу?
Подумаешь, сбежала с гусаром. Да, мы тайно обвенчались, а моя семья отвернулась от меня. Ну и что? Давайте забудем прошлое и будем жить дальше.
Да, и заберите уже от меня этого ребенка. Ну и что с того, что она дочь покойного мужа? Так не от меня же — от любовницы.
Карибский кризис 1962 года закончился глобальной ядерной войной, и нейлоновые рубашки, чёрно-белые телевизоры и песни Майи Кристалинской навсегда остались высшими достижениями цивилизации... Не слыхали о подобном? Я тоже не слыхал, пока не угодил в параллельный мир, где именно так и произошло. Делать нечего: придётся выживать в разрушенной радиоактивной Москве среди лысых мутантов! Кстати, местные девушки относятся ко мне совсем иначе, чем те, что остались в моём родном мире...
Создано с помощью нейросети. -- А он попал, или они попали? И это Россия, 18 век… Момент когда, того и гляди, пресечется линия Великого Петра Елизавета Петровна на престоле, последняя прямая наследница Петра 1 Что странное начало происходить в стране после странного Прутского похода. После поражения, которого не было, когда зачем то взрывали крепости, ушли с юга… Почему, что случилось там, в 1711 году, что Петр был в такой панике. А потом началось что-то совершенно...
Создано с помощью нейросети.
Гражданин Романов,расстреляный в 1918 году,оболганный и проклятый,вернулся в февраль 1917 года.Когда знаешь финал и нечего терять.....Все становится очень просто и однозначно.
Полковник ГРУ Романова Александра Федоровна после смерти оказалась в теле последней русской императрицы Александры Федоровны. Ради России она готова на близость с бородатым мудаком Николаем Вторым, задумав перехватить управление страной.
Весной девяносто шестого года советский генерал-лейтенант запаса Сергей Михайлович Лопатин засыпает в кресле над книгой о русско-японской войне — и просыпается приамурским генерал-губернатором Николаем Ивановичем Гродековым в Хабаровске второго мая тысяча девятисотого года. В голове — атеист, коммунист, ребёнок войны, потерявший отца под Курском и брата под Витебском. В теле — генерал от инфантерии, востоковед, наказной атаман трёх казачьих войск. Под рукой — округ от Шилки до Камчатки,...
Создано с помощью нейросети. Весной девяносто шестого года советский генерал-лейтенант запаса Сергей Михайлович Лопатин засыпает в кресле над книгой о русско-японской войне — и просыпается приамурским генерал-губернатором Николаем Ивановичем Гродековым в Хабаровске второго мая тысяча девятисотого года. В голове — атеист, коммунист, ребёнок войны, потерявший отца под Курском и брата под Витебском. В теле — генерал от инфантерии, востоковед, наказной атаман трёх казачьих войск. Под рукой —...
Они летели на международный фестиваль реконструкции, но судьба сыграла с ними злую шутку. Самолет рухнул не в Тихий океан, а сквозь время. Виктор Волков, инструктор спецназа из 2024 года, приходит в себя в ледяной воде у берегов Одессы. На дворе сентябрь 1941-го. У него нет документов, зато есть современная экипировка и смертоносные навыки, которым еще не учат в РККА. Чтобы выжить, ему придется пройти через подозрения НКВД, стать своим среди «черных бушлатов» морской пехоты и встать на защиту...
Январь 2025 года. Сергей Волков, контуженный сержант из Сирии, засыпает в ростовском госпитале под капельницей. Просыпается он утром 1 мая 1936 года — в теле Сталина. Через несколько часов ему стоять на трибуне Мавзолея. Рядом — люди, которые знают вождя всю жизнь. Любая ошибка — смерть. Сергей не историк. Он помнит только школьный курс: репрессии, война, миллионы жертв. Он знает, что через год начнётся Большой террор, через пять — придут немцы. Можно ли изменить историю, если ты...
В этой книге причудливо переплетаются поэзия и правда, история и фантасмагория. Увлекательные очерки реальных отношений России и Финляндии, отношений, в которых эпохи сотрудничества сменялись эпохами противостояния, составляют парадоксальный ансамбль с романом-утопией, предлагающим способ раз и навсегда покончить с войнами. Утопия, как всегда, оборачивается антиутопией, предостережением. Но к этому итогу читателя приводят страницы увлекательнейшего чтения. Начиная с того, что во время...