Русская классическая проза
Георгий Иванович Чулков (1879–1939) – поэт, прозаик, литературный критик. В печати Георгий Чулков дебютировал в 1899 г.
Второй том шеститомного собрания сочинений, вышедшего в 1911 году в издательстве «Шиповник», составляет вторая книга рассказов писателя.
https://ruslit.traumlibrary.net
Георгий Иванович Чулков (1879–1939) – поэт, прозаик, литературный критик. В печати Георгий Чулков дебютировал в 1899 г.
Первый том шеститомного собрания сочинений, вышедшего в 1911 году в издательстве «Шиповник», составляет первая книга рассказов писателя.
https://ruslit.traumlibrary.net
Было 12 часов веселого солнечного дня. В большой комнате с двумя окнами, украшенными тюлевыми занавесками на золоченых карнизах, за столом, на котором кипел пузатый никелированный самовар, находился кофейник и все принадлежности завтрака, сидели вдова статского советника, Анфиса Кондратьевна Куцовеева, и ее дочь, Софочка.
«Через несколько часов после того, как я с великим трепетом в последний раз стояла перед строгим ареопагом институтских экзаменаторов, моя мать везла меня в дом своего родного брата Ивана Степановича Гонецкого и его жены Любовь Дмитриевны. Несколько офицеров, ежедневно обедавших у дядюшки, как у своего полкового командира, и другие гости – дамы и мужчины, все светское, исключительно военное общество – уже садились за стол…»
Был август. Стоял жаркий солнечный день. В открытые окна кабинета врывался порывами теплый душистый воздух; сквозь чащу листьев сверкало солнце и дрожало светлыми пятнами на полу и стенах. Павел Семенович Верстовский был немного поэт в душе, и в такой день ему особенно были ненавистны его обычные занятия. Ужасен закон борьбы за существование. Но к чему упоминают о нем, говоря о преступности? Отравляют, поджигают, насилуют... разве это в борьбе за существование? Это какая-то страшная,...
Наконец, он очнулся, открыл глаза и, услышав радостный возглас жены, слабо улыбнулся. Он лежал в постели; прямо перед ним стояла его жена, подле нее дети, а в ногах, в кресле, сидел его друг доктор. -- Очнулся! Жив! -- взволнованно проговорила жена и опустилась у его изголовья на колени, нежно рукою касаясь его лба.
"В 2010 году, т. е. ровно сто лет спустя после всего "этого" -- вы понимаете? -- в департаменте по продовольственным делам случилось редкое происшествие..."
Главная героиня рассказа «Бунт», проститутка Саша Козодоева, в доме терпимости встречается со студентом, который принимает в ней участие и устраивает ее в приют, откуда ее переводят в частную женскую лечебницу. Сюжет произведения перекликается с «Воскресением» Льва Толстого.
Наступил сквернейший осенний вечер, когда наши злополучные странники подъехали к уездному городишку, от которого ждали поживы. Все время с неба сыпался мелкий частый дождь, перемешанный со снегом, и дул холодный ветер. Когда он налетал внезапным шквалом, то словно из ведра выплескивал на бедных путников массу ледяной воды и обдавал их таким холодом, что от него дрожала даже несчастная кляча, с трудом волочившая телегу по грязи.
На Среднем проспекте в нижнем этаже громадного каменного дома, с незапамятных времен помещалась большая суровская лавка, под вывеской "Торговый дом Б. А. Архипова". Торговали в ней красным и суровским товаром; башмаками и галошами; галстуками и подтяжками; бельем монополь и разной галантерейной мелочью.
Пишу традиционную в этих случаях записку: -- "В смерти моей никого не винить", -- и прошу передать ее, мой дорогой друг, следователю, приставу или околоточному. Словом, кому надлежит.
«Когда я был мальчиком-гимназистом, то очень любил драться. Самая главная драка бывала у нас после окончания уроков. Мы тогда вели войну с маленькими евреями. Как только наша гурьба выбегала из гимназии, то слышался крик:
— Эй! Господа! Кто идет бить жидов?
И охотников набиралось всегда много.
…И вот раз привели к нам одного еврейчика и сказали, что это наш новый товарищ…»
Выпуск этой книги Е. Гуро в марте 1909 г. положил начало издательской деятельности М. Матюшина. Русские футуристы считали, что футуризм как движение впервые заявил о себе в литературе именно этой книгой. Однако и образно, и стилистически книга Е. Гуро находилась еще в сильной зависимости от идей символизма. Это влияние особенно проявилось в двух опубликованных в ней пьесах: «Нищий Арлекин» и «В закрытой чаше». Обложка и рисунки работы автора, кроме трех рисунков Н. Любавиной. Музыка к пьесе...
Если вы в афише цирка, балагана или просто заезжей труппы, обещающей "невиданное" представление в зале местной гостиницы, прочтете в числе артистов: "братьев", "сестер" или "семейство" таких-то, то знайте, что в большинстве случаев, эти артисты такие же братья, сестры, отцы и дети между собою, как и всякие случайно встретившиеся друг с другом люди. Роднит их обыкновенно нужда да знакомое дело, и кочуют названные братья и сестры из города в город до той поры, пока не надоедят друг другу до...
Если вы в афише цирка, балагана или просто заезжей труппы, обещающей "невиданное" представление в зале местной гостиницы, прочтете в числе артистов: "братьев", "сестер" или "семейство" таких-то, то знайте, что в большинстве случаев, эти артисты такие же братья, сестры, отцы и дети между собою, как и всякие случайно встретившиеся друг с другом люди. Роднит их обыкновенно нужда да знакомое дело, и кочуют названные братья и сестры из города в город до той поры, пока не надоедят друг другу до...
«Судьба как-то недавно забросила меня в Райское, и я провела целое лето в семье Стогунцевых. Это прелестная, дружная, симпатичная семья. Умная, добрая Нина Владимировна и её милые дети произвели на меня глубокое впечатление. Но больше всех меня очаровала Тася. Это была прелестная девочка, самоотверженная, готовая отдать себя на служение другим, с кротким нравом и чуткой душою…»
«Маленького тщедушного Иванова, с приплюснутым носом и большими чёрными глазами, точно гнало по пути всевозможных житейских невзгод: из одной беды он выкарабкивался только для того, чтобы попасть в другую…»
«Лесистая Волынь вся спряталась от глаз в своих обширных лесах. Где-то там ютятся белые домики, сверкнёт речка и опять леса и леса. Но не дикие леса Сибири, тайга, непроходимый склад стоячего и лежачего гнилья…»
«– Ничего подобного я не ожидал. Знал, конечно, что нужда есть, но чтоб до такой степени… После нашего расследования вот что оказалось: пятьсот, понимаете, пятьсот, учеников и учениц низших училищ живут кусочками…»
«Задавшись благими намерениями, я отправился в деревню хозяйничать, но потерпел фиаско. Несколько лет жизни, тяжёлый труд, дело, которое я горячо полюбил, десятки тысяч рублей, – всё это погибло, прахом пошло…»
«Жару летнего дня сменяла прохлада начинавшегося вечера.
За повалившейся далью реки садилось солнце, пронизывая последними лучами и нежный туман, уже встававший над рекой, и даль неба, всю в переливах с тревожно вспыхнувшими в ней и замершими облаками…»
Было шесть часов утра, когда у дверей зазвонил молочник. Луша, молодая девушка, вскочила с постели, на которой спала полураздетая, потом села и стала с недоумением протирать глаза. Второй, более энергичный, звонок заставил ее совсем очнуться, в темноте найти калоши, заменявшие ей туфли, и поспешить открыть двери. В кухню с бутылкою в руке вошел молодой, краснощекий парень. -- Ишь заспалась как! С пушки впору палить. Получайте свое! -- сказал он шутливо, ставя бутылку на стол в то время, как...
Анатолий Павлович Каменский (1876-1941) — русский беллетрист, драматург, киносценарист. Главный герой — Виноградов — вселяется в чужие квартиры и проводит своеобразные «психологические эксперименты» над их обитателями, пробуждая в их душах подсознательные желания и инстинкты. Они-то, по его мнению, и составляют сущность человеческой натуры. «Спасибо за „Людей“ — некоторые из них оказались очень интересны, и я побыла в их обществе с большим удовольствием. Факт „преодоления“ всяческих норм,...
«Предлагаемый сборник рассказов явился плодом „ума холодных наблюдений и сердца горестных замет“, как попытка воспроизвести безумие жизни и мудрость бытия, диссонансы житейских событий и гармонию во Вселенной». ***
Устаревшие буквы (ять и др.) удалены или заменены; написание некоторых слов изменено на современное.