Я ехала на свидание с парнем мечты, а застряла в доме с ненавистным одногруппником – хамом и последним мерзавцем, который не один раз за последнее время доводил меня до ручки…
▪️▪️▪️
Краткое пособие по тому, к чему приводит обоюдная незначительная ложь)
Мы были идеальной парой. Так говорили все. И я верила. Он — мужчина, которого я выбрала. Я — женщина, которая выбрала его. Любовь, свадьба, своя квартира… Всё как должно быть. Всё правильно. Всё навсегда. А потом между нами появилась тумбочка. Сначала — просто мебель. Потом — расстояние. Потом — граница, которую мы так и не смогли переступить. Теперь мы спим в одной комнате, но живём в разных мирах. И я больше не знаю, когда именно мы перестали быть «мы». ▪️▪️▪️ Эта история не о том, как...
— О! Я ещё и не такое скажу, ты же знаешь! — нисколько не смутилась Ксения. — Насть, нужно что-то делать! Хватит страдать по этому ушлёпку! — Но не спать же с незнакомцем ради этого! — возмутилась Вика. — А почему нет? Сейчас на дворе двадцать первый век, и женщина так же свободна в сексуальном поведении, как и мужчина! — Всё равно твой способ ну очень сомнительный! А если урод какой-нибудь попадется? Нафиг оно Насте надо? — Тут, конечно, нужен опыт или чуйка на мудаков. Настя вздохнула,...
Инга уезжает на Байкал не за приключениями и не за новыми знакомствами. Ей нужно тихое место, где можно пережить предательство и прийти в себя. Дом в тайге, древние кедры и одиночество кажутся идеальным лекарством после болезненного разрыва. Но даже в самом уединенном месте невозможно спрятаться от жизни — особенно если ты Инга. Куда бы она ни уехала, неприятности в лице опасных мужчин находят ее сами. В первый же вечер к ней врывается странный сосед — молчаливый, резкий, циничный и пугающе...
— Ты чудовище... — Под его пристальным взглядом я вжалась в постель. Меня пробил озноб. Я лежала, но мои руки и ноги тряслись, словно в лихорадке. — Ненавижу! — Осторожнее со словами, — усмехнулся Артур. — Нехорошо так говорить со своим спасителем. — За что? За что ты меня так ненавидишь? По щекам катились слёзы, его образ расплывался перед глазами, но я всё равно продолжала видеть эту дьявольскую ухмылку, блуждающую на его лице. — О нет! — воскликнул он. — Какая ненависть, о чём ты?! Всё!...
– ЭКО опять без результата, – в слезах протягиваю мужу тест с одной полоской. Его лицо облегченно разглаживается: – Да? Ну и хорошо. Так будет проще. – Проще? Проще что? – Развестись. Ведь моя любимая женщина беременна. *** Муж с легкостью растоптал годы нашего брака и заявил, что я никчемная раз никак не могу родить ему ребенка. А потом велел собирать вещи и уходить из дома – ведь он планирует жить здесь со своей любовницей. Он разрушил все своими руками, но я знаю – впереди у меня новая...
Я тихо зашла в квартиру. Свет в прихожей не горел. Замерла, прислушиваясь. Интересно, где Артем? На дворе, вообще-то, поздний вечер! Отчетливо пахло женскими духами. Последние пять лет мне было точно не до духов. Не помнила, когда пользовалась ими последний раз. Сердце тревожно подскочило в груди. Я быстро скинула туфли и бесшумно пошла по темному коридору. Свернула к спальне и остановилась, как вкопанная. Из чуть приоткрытой двери доносились приглушённые, просачивающиеся сквозь дверь...
— Каково быть уверенным, что владеешь мной? Зачем все эти годы была нужна такая безвольная слабохарактерная жена, неспособная даже достойно ответить?
— Заткнись, — рычит он.
— Правды боишься? Больше всего на свете боишься, что я смеюсь над тобой. Так вот: мне смешно. Ты — жалкий, Витюш. Никчёмный. И знаешь это.
Эрика избавилась от призраков прошлого и счастлива с тем, кто был рядом в трудные времена.
Но сбежать от себя непросто, и ее настоящее полно сомнений.
Любимый человек неискренен с ней и хранит темные секреты?
Как не потеряться в сложном новом мире и где теперь ее место под солнцем?
Эрика все чаще оглядывается назад — ведь в заданных рамках жить было проще.
— Пожалуйста… — шепот вырывается едва слышно, — пожалуйста… Сделай это быстро. Он молчит. Держит. И ладони на моей талии каменеют все больше. Сильный. При всем желании не вырваться… Только просить. Я не умею просить. Не умею прогибаться. От того и все беды мои. Но его не стыдно попросить. И я прошу снова: — Пожалуйста, — шепот срывается, облизываю губы, и мой убийца смотрит на них, но затем опять переводит взгляд к глазам, полным слез. Из-за этой пелены я вижу его нечетко, но, мне кажется,...
Падение самолёта, в результате которого погибает популярная группа, становится ударом. Именно тогда, когда София собиралась на их концерт. Девушка воспринимает эту катастрофу, как личную. Ее преследует апатия и мысли о том, что жизнь бессмысленна. Именно в этот момент она понимает, что видит призрак погибшего солиста. Он просит ее о помощи, и после долгих сопротивлений София едет в Лос-Анджелес... *** От автора: «Душа кумира» родилась из вопроса: что, если смерть не ставит точку? Каждый из...
- Мамочка лучшая! - шепчет моё сокровище, закидывая ягодку в рот. - А у меня мамы нет, - горько произносит новая подруга дочери, опустив взгляд. Да моя ты малышка... Так и хочется обнять, поддержать. Но она тут же вся расцветает прямо на глазах, ударив кулачками по покрывалу. - Но есть лучший на свете папочка! - О, у меня нет папы, но есть мама, - включается доченька. - А у тебя есть папа, но нет мамы! Давай их встр-речаться заставим, чтобы всё пор-ровну было? Присматриваюсь к двум малышкам....
- Рома, сынок! Помоги мне! Сейчас придет Владислав Игоревич. Мы все вместе идем в пиццерию. Пожалуйста, говори обо мне гадости! - Зачем, мам? - Так нужно! - О, Рома, ты уже готов? – подошел к нам Владислав Игоревич. – Идем в пиццерию? Рома смотрит на меня: - Ты что? Какая тебе пиццерия?! Опять хочешь до центнера растолстеть? А потом ныть будешь, что тебя никто не любит, и джинсы не налезают. Мужчина удивлен. Я в шоке. - Ром, мы можем взять твоей маме молочный коктейль, - предлагает наш...
Она — талантливый архитектор, похоронившая мечты в бетоне офисных центров. Он — хозяин ночного города, привыкший покупать всё, что пожелает. Их встреча — искра в душном клубе. Их «брак» — фикция, скреплённая поддельными документами и его непоколебимой волей. Он загнал её в золотую клетку пентхауса, считая это победой. Но не учёл одного: сломать можно что угодно, кроме живой души, которая, оказавшись в заточении, начинает строить планы не по его чертежам. План побега. А может, и план мести.
– Я не могу вернуться на работу, Виктор Павлович. Если вы не заметили, у меня маленький ребёнок. Лицо бывшего босса вытянулось от изумления, но он быстро попытался вернуть себе невозмутимый вид. – Так это твой ребёнок? – с каким-то разочарованием произнёс он. – Девочка? – заглядывал в коляску, сканируя глазами Вероничку. – Не думал, что она твоя. И твоя – так и подмывало сказать в ответ. Но ты не заслуживаешь знать правду. Два года назад босс соблазнил меня, навешав на уши лапши, а потом я...
– Вы кто такой? – интересуюсь у мужчины, бесцеремонно ворвавшегося в группу детского сада. – Кто вас сюда пустил? – Крёстный Елизаветы Аргандеевой. А ты воспитательница? Разбуди девочку и приведи её сюда! – приказывает он. Крёстный? В смысле отец? Судя по внешнему виду, речь идёт о мафии. Рожа у него натурально бандитская. – Я сейчас полицию вызову! – это первое, что мне приходит на ум. – Это лишнее, цыпа, – ухмыляется бандит, оттопыривая полу кожаной куртки, демонстрируя мне пистолет,...
Я всегда была проклятой дочерью. - Ты погибнешь от рук любимого! - с детства шептала мне мама. Приемная мать взяла меня из приюта не из милосердия, а в качестве «жертвы», чтобы смерть обошла стороной родных дочерей. Проклятие должно забрать меня первой. Мои родители искренне в это верили, ведь сами были грешны. В пятнадцать я узнала правду и сбежала из дома, но меня вернули и обрекли на брак с нелюбимым. Спустя три года я влюбилась, и тайно вышла замуж за Вадима - столичного парня, с которым...
Разбитое сердце, аппетит от стресса, бока и эти шрамы и внутри, и снаружи. Меня предали сразу двое. Пытаюсь забыться в работе, а новый директор – высокий и красивый – меня невзлюбил! Извёл меня, варвар, придирками! А потом я узнала, что у него тоже развод.
А потом он... Ой, без стыда и не вспомнишь...