– Я видела достаточно для того, чтобы разорвать всё, что нас с тобой связывает! – кричу мужу, давясь слезами. – Ты всё не так поняла, – взгляд Руслана наполняется яростью, а голос мужчины становится угрожающе низким, – Езжай домой. Я приеду позже и мы всё обсудим. – Что?! – я перехожу на крик, – Ты сам слышишь, что ты говоришь? Не так поняла?! Скажи, пожалуйста, как можно неправильно понять картину, в которой твой муж лапает пациентку и целует её! Скажи мне, что именно из этого я не так...
—Я ухожу. —Куда? У нас же семья… Он усмехнулся. —Семья? Нет, Олесь. Семья—это когда домой хочется возвращаться. А я еле ноги сюда тащу. Меня пробило холодом, руки затряслись. —Что я сделала не так? Он посмотрел безразлично, с жалостью даже. Будто я какая-то грязь, прилипшая к ботинку. —Ты клуша. Понимаешь? Клуша домашняя. Вечно в халате, с мешками под глазами. Борщом от тебя несёт и тоской. Я устал. —Но я же…я…—голос сорвался, в груди сжало. —Ты—никакая, Олесь. И рядом с тобой я тоже...
Он клялся любить меня вечно... пока не изменил. Мне всегда казалось, что мы идеальная пара. Пятнадцать лет брака, общая дочь, успешная карьера. Но однажды я решила сделать мужу сюрприз — и застала его в объятиях молодой секретарши.
***
Героиня 35+
Второй шанс
Переосмысление жизни
– Ты требуешь развод? – Муж с жалостью смотрит на меня, – Катя, тебе за сорок, ты домохозяйка, ты ни дня не работала. Что ты будешь без меня делать? – Я не намерена терпеть твои измены. Пару минут назад я застала своего мужа с любовницей, они кувыркались в нашей постели. – Раньше терпела и сейчас будешь. Успокойся и иди готовить ужин, дети скоро приедут. Не порти мне настроение. – Я звоню адвокату. – Давай! Звони. Разводись и я посмотрю через сколько дней ты приползешь ко мне и будешь...
– Я беременна от твоего мужа! Горский любит меня, а тебя скоро бросит! Ты пустоцвет и никогда не сможешь иметь детей! – произносит незнакомка. – В-вы, наверное, ошиблись, – отвечаю дрожащим голосом. – Нет, мне нужна именно ты! – самодовольно ухмыляется. Взгляд невольно скользит по её внешности. Белокурые прямые волосы, голубые глаза, миловидные черты лица и скромная на объёмы фигурка. Чёрт возьми, да она же моя копия. Она даже одета приблизительно в такую же одежду, как и я. – Да, во многом...
– Зачем ты снял квартиру? Да еще и такую дорогую. У нас же своя... Муж медленно поднимает глаза от ноутбука. – Для моего заместителя. Ты знаешь Веронику, – произносит спокойно. – Заместителю? Серьёзно? Почему ты лично снимаешь ей жилье? Ты, а не компания? – Потому что у неё сложная ситуация. И… она ждёт ребёнка. У меня подкашиваются ноги. Воздуха не хватает. – А как это касается тебя, Натан? Он долго молчит, потом бросает веско: – Раз уж тебе так интересно – потому что она беременна от...
— Амелия, нам нужно расстаться, — холодно сообщил муж, застыв напротив меня ледяным изваянием. — За пять лет брака ты так и не родила мне сына. А мне нужен наследник. Сильный дракон. — Но я… — хотела открыть мужу важную новость, только он перебил меня: — Не нужно оправданий. За тебя это сделает другая… — Ты изменил мне? — севшим голосом спросила я. — И что в этом такого? Думаешь, стоило ждать вечно, пока ты родишь? *** Муж изменил и выгнал меня из замка, забрав маленькую дочь. А я унесла с...
Я безмолвно кричу. То, что сейчас испытываю, не передать словами. Не пожелать врагу. Хотя враг совсем рядом. «Метр с кепкой» торжествует за дверью, пока муж советует, как мне дальше жить. — Жалко тебя. Не унижайся, Лиза! Уходи. Ещё найдёшь своё счастье! Зря он так. Ненавижу жалость! Выпрямляю спину. Собираю в кулак остатки гордости. Из последних сил сдерживаю слёзы. Твёрдо верю в то, что произношу: — Яковлев, себя пожалей. Своё я верну! — онемевшие губы с трудом растягиваются в ухмылке....
— Даша… Я ухожу от тебя,— говорит любимый тихо, но слова раздаются как выстрелы. — Что?.. — только это и выходит. Невозможно дышать. — Как это — “уходишь”? Антон, ты о чём вообще? Рука дрожит. Я не успеваю среагировать — чашка с кофе соскальзывает с пальцев и падает. Обжигающий кофе льётся прямо на его ноги. Антон отскакивает назад, хватает полотенце и начинает вытирать брюки. — Я ухожу к другой женщине… Мы ждём ребёнка. Я... я соберу вещи. К обеду меня уже не будет. Он роняет эти слова...
Он вернулся, когда я совсем не ждала. Жизнь потрепала моего бывшего мужа и теперь ему нужна помощь. А у меня новая семья, которую я люблю больше жизни. Только призраки прошлого туманят голову, ставят перед сложным выбором. Смогу ли я сделать правильный?
— Марина беременна от меня. У нас будет ребёнок. В ушах звенит. Марина? Секретарша моего мужа? — Разведёмся тихо, без скандала. Имущественный спор решим, как ты хочешь. А я ничего не хочу. Ноги подкашиваются, меня ведет. — Глеб, ты шутишь? — хмурюсь и поднимаю взгляд. — Нет. Вась, у меня другая женщина. Прими это. Качаю головой. — Ты врешь. Я не узнаю свой голос. Он надламывается. — Прекрати. Истерику. Да, у меня другая женщина. Это не повод для криков. Заметь, я не унижаю тебя...
– Ася и Серёжа не твои дети! Они только мои. Не смей к нам приближаться! – отступаю, держа за руку своих двойняшек. – А я так не думаю, у них мои глаза, нос, губы и даже цвет волос, – не отрывая взгляда от детей, наступает бывший муж. – Это ни о чём не говорит, – отвечаю, заикаясь от страха. Ведь если он узнает правду, то мне ему не противостоять. – Это говорит о том, что ты немедленно переезжаешь ко мне. Мои дети будут жить со мной! *** Воронцов Глеб Владиславович – мой бывший муж....
– Олеся, ты не должна сдаваться, да, это страшно, но не приговор! Его обнаружили не на последней стадии! Я сижу и смотрю в стену. Не верю ни ушам, ни глазам, ни диагнозу, который у меня на руках в этот момент. Господи, как мне страшно… У меня же дети. Двое детей… – Леська, ты это брось, все лечится, двадцать первый век, мать! Лучшая подруга, как сестра мне, Лена обнимает меня и подливает еще коньячку, а я смотрю на початую бутылку, понимаю, что мы выпили половину, а у меня ни в одном глазу....
– Ты всё, Антон? – произношу громко. А вот и букет, от которого аромат по всей квартире. Стоит в вазе у кровати. Не мне букет. Конечно, не мне. Антон резко замирает. Как будто даже дышать перестает. Поворачивает голову и я вижу его круглые глаза и открытый от удивления рот. – Ллллена? – заикается он. Он буквально спрыгивает с кровати и судорожно хватает свои трусы с прикроватной тумбочки. А меня ждет еще одно потрясение, которое окончательно добивает меня. Этого я уже стерпеть не смогу. Не...
— Ты переспал с лучшей подругой нашей дочери! Как ты мог, Игорь?! – я смотрела на мужа, отказываясь верить. — Это ничего не значит. Лиза мне прохода не давала, и я… Само собой вышло. — Ты не безмозглый пацан, Игорь, ты взрослый мужик, и само собой тут быть не может. Да ты… Ты всё предал. – Я зло качнула головой. – Не хочу даже разговаривать с тобой. Всё. Я ухожу. На развод сама подам. — Какой ещё развод? Ты с ума сошла? Отвечать ему я не стала. Только в глаза посмотрела – прямо и уверенно....
Мой муж привел беременную любовницу в дом, в канун нашей "серебряной свадьбы". А меня выгнал, оставив ни с чем.
Ненавижу! Ну, ничего... Кажется, я получила второй шанс на счастье. В моем случае — право на месть. И поможет мне в этом фиктивный брак с одним бандитом.
Однотомник
– Вот, Полина, познакомься. – Муж отходит чуть в сторону, и я вижу стоящего около двери маленького мальчика. Ему, наверное, годик или чуть больше. – Это Миша. – Здравствуй, Мишенька, – ласково произношу я, боясь напугать ребёнка ещё больше, а потом поворачиваюсь к мужу. – Это сын кого-то из твоих друзей? Тебя попросили за ним присмотреть? Во сколько его заберут? – Нет, – отрицательно качает головой муж. – Мишу никто не заберёт, он теперь будет у нас жить. – Как это? Что это за ребёнок? –...
— Мамочка! — дочка обняла меня. — Даша с папой в кабинете. Они там важные дела решают. — Какие дела, солнышко? — Ну, папа сказал, что Даша нашкодила, — Соня пожала плечами, как будто это объясняло все на свете. — И ее надо наказать. Он сказал, чтобы я тут посидела, пока они разберутся. Мам, а мы сегодня будем лепить из пластилина? — Посиди пока тут, хорошо? Мама сейчас вернется. *** Вадим никогда не разговаривал с персоналом сам, тем более с няней дочери, это всегда была моя территория. Я...