Лале игнорирует это, спрашивая его, прочитал ли он за последнее время какие-нибудь хорошие книги.
- Книги? - бурчит Барецки. - Я не читаю книг.
- А стоило бы.
- Зачем? Какой толк в книгах?
- Из них можно многое узнать, и девушкам нравится, когда цитируешь что-то из книги или читаешь стихи.
- Мне нет нужды цитировать книги. У меня есть военная форма - это все, что нужно, чтобы заполучить девчонок. Они любят форму.
правота сама себя защитит
Жизнь - не луковица, чтобы снимать с нее одежки, и не палимпсест, чтобы продираться сквозь него к исконному, более правильному смыслу. Жизнь - это бесконечная выдумка.
Ты можешь любого творческого человека сделать своей командой или предложить разово поработать над проектом, если вам обоим это интересно.
Неприятно, когда твои подруги за спиной говорят о тебе всякие гадости. Но когда они втихаря беспокоятся о тебе, это просто бесит.
Один из видов голода, который испытывает человек, находящийся в одиночестве, это отсутствие информации, получаемой со стороны. И даже короткая надпись на стенке заброшенного сортира или несчастный обрывок газеты, случайно попавший в руки, может поразить энциклопедичностью.
Нет сил? Ну так ползи! Болят ноги? Помогай себе руками!
Анекдот.
Жена неожиданно приходит к благоверному в офис и застаёт его с любовницей.
Они прямо там. В кабинете.
Он с ней. Он на ней.
На столе.
Реально анекдот.
Зачем на столе-то? Диван же есть в офисе?
Или на столе прикольнее?
Наверное, просто трахать секретаршу на столе это классика.
и теперь я понимала, как именно и с кем он там его оканчивал и почему приходил домой без желания от слова совсем. Мы, женщины, привыкли списывать всё на стрессы, на загруженность. Ничерта подобного. В 98 % случаев это всё другие бабы.
Ведь именно вождь делает толпу – народом. Вернее, в том числе и вождь. Он поддерживает уровень индивидуальности: если личностей мало, народ становится толпой.
...демонстрировала магические знания, в частности вот, сотворила из пола зыбучие пески. Теперь все неосведомленные или же не осторожные проваливаются на первый этаж.
Держаться за настоящее так важно. Настоящее – как подвесной мост. Оно не может быть крепким и бетонным, как прошлое, которое уже не пугает, потому что пройдено. В настоящем нет никаких гарантий – тебя может раскачивать из стороны в сторону, у тебя может кружиться голова, но главное – то, что ты стоишь на ногах и имеешь возможность сделать шаг вперед. И это надо ценить, хотя разумеется, быть на мосту, да еще и подвесном, не самая приятная из ситуаций.
Желанием защитить всех да вся от него за версту разило. Как и благочестием.
Он, по-моему, из тех людей, которые превращают жизнь в приключение. Прямо как дети, ну и что с того? Это – расплата за Кортекс-Джэммерс; они просто хотят опять стать детьми.
Мы все уже умерли.
Тем, кто читает это послание, моя последняя просьба. Представьте:
Допустим, мы выпустили джинна из бутылки.
И нам не загнать его обратно. Теперь нам придется загадывать желание.
Мы загадываем желание.
Тысячи, миллионы наших желаний исполняются одновременно.
Какое было самое заветное, самое сильное и самое не эгоистичное из них? Хочу, чтобы этот мир просто исчез.
Сгорел в ядерном огне.
Вымер от чумы.
Захлебнулся в отбросах.
Теперь мы все получили.
Все разом. …Пожалуй, это единственное из человеческих желаний, которое действительно могло исполниться. Аминь. И покойся с миром. «…счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженным»
Высшим благом является счастье, а счастье состоит в совершенной деятельности и применении добродетели.
– Скоро конец света, баба Зина, – сказал Вася, – плюньте.
– Вести себя надо прилично, – сказала баба Зина, – тогда и конца света не будет.
Литература и есть - сгущение жизни до размеров страницы.
(Речь идёт о колорадском жуке)А вот любопытно, в штате Колорадо есть эти жуки? И если они там есть, то как их там называют - "Наш жук", что ли? Интересно было бы узнать.
невозможно украсть чужой опыт. Те, кто советует учиться на чужих ошибках, лукавят. Ни один младенец не начал ходить, понаблюдав за ошибками других детей. И ни один не встал на ноги, кидаясь грязными подгузниками и пачкая окружающих.
Если слишком часто выяснять отношения, это входит в привычку.
Стыд принял новую форму — форму любовных страданий, которые, как оказалось, были главной бедой турецкой нации в частности и мира — в целом.
Иногда правда выходит сама, если не мешать ей спасаться красивыми словами.
..там, где начинается страх, кончается догадливость.
— Вот я свел Куку с девушкой, — продолжал Свистонов, гладя руку глухой. — Я потом перенесу их в другой мир, более реальный и долговечный, чем эта минутная жизнь. Они будут жить в нем, и, находясь уже в гробу, они ещё только начнут переживать свой расцвет и изменяться до бесконечности. Искусство — это извлечение людей из одного мира и вовлечение их в другую сферу. Литература более реальна, чем этот распадающийся ежеминутно мир.
Немного в мире настоящих ловцов душ. Нет ничего страшнее настоящего ловца. Они тихи, настоящие ловцы, они вежливы, потому что только вежливость связывает их с внешним миром, у них, конечно, нет ни рожек, ни копытец. Они, конечно, делают вид, что они любят жизнь, но любят они одно только искусство. Поймите, — продолжал Свистонов, он знал, что глухая ничего не поймет, — искусство — это совсем не празднество, совсем не труд. Это — борьба за население другого мира, чтобы и тот мир был плотно населен, чтобы было в нем разнообразие, чтобы была и там полнота жизни, литературу можно сравнить с загробным существованием. Литература по-настоящему и есть загробное существование.