Однажды, еще дошкольником, Ян пошел с мамой на каток и там довольно сильно грохнулся. Он тогда уже знал, что мужчины не плачут, героически терпел молча, но когда мама рассмеялась, заявил с невыразимым укором «тебе смешно, а мне больно».
Мама взяла его на руки, расцеловала и сказала, что как бы ни складывалась жизнь, а умножать печаль не стоит. Когда тебе плохо, совсем не обязательно делать так, чтобы близким было еще хуже, хотя бы из тех соображений, что тогда они не смогут ничем тебе помочь. Ян был маленький, но как-то уловил, что мамины слова значили не «страдай в одиночестве», а «не вымещай боль на близких».
С тех пор это для него разумелось само собой, но, видимо, не у всех людей есть такая мама, которая нашла нужные слова в нужный момент.
Странный ты. А знаешь, мне даже нравится, что ты такой - очень печальный. Производишь впечатление, будто живешь и просишь прощения за это.
Но я слышал, что любовь сильнее тех законов,по которым гаснут звёзды,и люди, и острова.
Some extra, special prayers had been added to the service. At one point, where there is a communal atonement, of the form ‘We have done this, we have done that; we have sinned through doing this, we have sinned through doing that…‘ an extra ‘sin’ was added: ‘We have sinned through being impatient with the hearing when they failed to understand us.’ And an extra prayer of thanksgiving was thrown in: ‘Thou hast given us hands, that we might create language.’
Ибо весь мир не стоит одной души, потому что мир преходит, а душа нетленна и пребывает вовеки.
В случае с критикой программы «Аполлон» никакие придирки к представленным материалам не могут служить доказательством фальсификации высадки на Луну – таким доказательством может стать только надежная улика: например, подлинная ведомость на оплату киногруппы, участвовавшей в «фальсификации», или соответствующая инструкция «лжеастронавту». Но ничего подобного за десятилетия дискуссии и поисков представлено не было – все ограничивается несправедливыми обвинениями, конспирологическими теориями и пустыми перебранками. Если мы откажемся от презумпции невиновности, то докажем что угодно – вплоть до того, что в космос вообще никто никогда не летал, а Земля имеет форму чемодана. О чем тут вообще говорить?..
Что сказать? Только одно — мало кто из людей знает, что таится в его собственных душевных подземельях, какие демоны ждут там своего часа и найдутся ли силы их побороть.
Выпей. Так будущее проходит легче.
Дайте понять умалишенному,что вы полагаетесь на его благоразумие и сообразительность,-и он ваш телом и душой.
Стрелу можно выпустить из лука, только оттянув тетиву назад. Так что, когда жизнь тянет тебя назад, это означает, что она собирается выпустить тебя в нечто потрясающее!
Мы думаем, что пользуемся только одним чувством зараз: уши слышат музыку, глаза видят картину, но это совсем не так. Почему мы видим в голове прелестное лицо, когда слышим любовную песню? Почему слышим толпу у Мазаччо? Еда, господа, ничем не хуже – мы ощущаем вкус не только языком.
"В своем деле толк знают, больных на ноги ставят, а все равно полные козлы. "
За счастьем не надо бежать. Надо выбрать свою дорогу, и счастье будет идти вместе с тобой.
Если боль ненадолго заглушить, она станет еще невыносимей, когда ты почувствуешь ее вновь.
Люди боятся животных, но сами они куда более кровожадны, чем дикие звери. Даже самые свирепые львы и крокодилы не могут сравниться с людьми в жестокости.
Всегда непросто возвращаться в место,где вырос.
«...Жизнь, как огонёк, – сильна, но задуть её ничего не стоит...»
Смотри туда, где боль заканчивается. Услышь те звуки, что начинаются за звуками. Ведь боль всегда в итоге отступает, и остается только красота.
Есть волшебство, которое исчезает вместе с волшебником.
Существует поверье, что когда-то давно мы были просто капельками, плавающими в море, затем стали рыбами, затем ящерами, крысами и обезьянами, а между ними побывали сотнями разных существ. Когда-то давно эта рука была плавником, а затем на ней появились когти! В моем человеческом рту есть острые зубы волка, резцы зайца и жевательные зубы коровы. Наша кровь солона как море, в котором мы когда-то жили! При испуге наши волосы встают дыбом, точно также, как встает дыбом шерсть. Мы сами - история! Все, чем мы становились на своем пути к человеку, все еще существует в нас.
– Смотри, – Кира выпучила глаза, придав лицу преувеличенно «удивленное» выражение, но ответа Сэмма не получила. – Ты видел?
– Что?
– Я только что очень широко раскрыла глаза.
– Но ты все время так делаешь, – пожаловался Сэмм. – Когда ты говоришь, разные части твоего лица и тела постоянно двигаются. Герои тоже так делает. Я одно время думал, у нее лицевой тремор.
Она может просыпаться когда захочет, а не когда нужно. Она никогда больше не будет замерзать, никогда не будет голодать, никогда не будет беспокоиться о платье, не будет уставать.
- Que ha sido asombrosamente útil.
—Todos los recuerdos lo son… Todo lo vivido aprovecha, de una u otra forma. Excepto para los fanáticos y los imbéciles.
Клод говорил мне, что я не должна все время вести себя с сыном «по-взрослому», что должна чаще забывать о возрасте, действовать с ним как бы заодно, становясь на время соучастницей его проделок и игр.
-Ты хорошая. Ты не умрешь в полном одиночестве, - попытался он утешить ее.
-Да, но разве то, что я хорошая, может гарантировать мне мужа, детей и друзей-долгожителей?
-Во всяком случае, это облегчает тебе жизнь.