Папа решил, что дипломатия в маленьком французском городке не так уж отличается от дипломатии в Бомбее: и там, и там колеса общественной жизни крутились благодаря денежной смазке. А потому в Люмьере он начал с того, что выдал адвокату, брату мэра, солидный предварительный гонорар - ход более тонкий, чем подарки по обычаям Малабарского холма, но ничуть не менее эффективный.
... мы, несчастные, обречены всегда ожидать, что произойдет самое худшее, именно потому, что так получается очень редко. Это дает возможность смириться с тем, что всего лишь паршиво, ведь тогда оно кажется сносным и даже хорошим.
В последнее время он вообще если и уезжал от семьи, то только в те места, где не было опасно и на поиски тех криптидов, которые не могли съесть ничего больше цыплёнка.
Когда я впервые тебе изменил, ты запретила к себе прикасаться. Ты пыталась уйти, сбежать от меня, но я тебя не пускал. Била меня в грудь и лицо, когда я тебя крепко сжимал, и называла меня тем, кем я был после этого. Когда ты достала нож, я впервые почувствовал,
насколько ты мне нужна и какой я... после этого поступка.
Глядя мне в глаза, она сделала резкое движение. Кровь медленно капала на пол из ее запястья. Как только я сделал шаг, она крикнула: «Не подходи!», затем приставила нож к шее. Я не знал, что делать, мои руки дрожали, а сердце выбивало ребра. Я настолько боялся
ее потерять. Она была настроена решительно. Безо всяких сомнений, она была готова к следующему шагу. Паника, дикий ужас охватили меня. Невнятно, дрожащими губами я выдавил из себя, чтобы она убрала нож, и мы спокойно все обсудили. В ответ я услышал
смех, громкий смех... Ее рука ослабела и, выпустив нож из рук, она упала. Подбежав к ней, я начал щупать ее пульс. Она потеряла сознание, но была жива. Представляете? Она была жива! Слезы бежали у меня по лицу. Капля за каплей. Задыхаясь от боли, что обжигала всю мою грудь, я нес ее на руках к кровати. Она была
жива...
Поутру я ожидал чего угодно, но только не того, что произошло. Она поцеловала меня в лоб и прижала к себе. В эти минуты я осознал, какая я тварь и ничтожество. И любой человек, посмотрев со стороны
на эту ситуацию, сказал бы про себя: «Какая же она влюбленная дура!»
– Обними меня, пожалуйста, покрепче, – шепотом попросила она.
После этих слов я понял, что никого в этом мире нет ближе ее. Людей всегда можно кем-то заменить, но ее я больше заменять не хотел никем и никогда. Да, она не была женщиной моей мечты, и отца я ее ненавидел, а за что мне, собственно, его любить? Каждый мой день мог оказаться последним, и это я знал не хуже ее, но меня всегда привлекало лезвие ножа. Особенно его острая грань. Но больше всего меня ранило то, что по этой грани ходила она, без страха в глазах. Вот это действительно было страшнее всего…»
Гибель нации начинается с разложения женщины.
Никогда не ведите мяч перед тем, как отдать пас. Никогда не прекращайте борьбы, даже если вы отстаёте на двадцать очков. И никогда не встречайтесь с женщинй, у которой больше одной кошки.
Публичную казнь человечество отменило якобы для того, чтобы не ожесточать людские сердца. Чушь собачья! Знаешь, какие благостные, оживленные лица были у тех, кто убирал трупы после бомбежек? Зрелище страданий и крови, предсмертные стоны ближнего учат человека смирению, делают его душу тоньше, светлее и мягче. Корни зверства и кровожадности надо искать не здесь. Жестокость рождается совсем в иные минуты – например, в такой вот славный весенний день, когда сидишь на подстриженном газончике и разглядываешь солнечные пятна на травке, а, как по-твоему? Все жутчайшие кошмары, произошедшие в истории человечества, начинались именно так.
Наш ум действительно способен на выдающиеся достижения, но утверждение, что 90 % человеческого мозга — нетронутый потенциал, ложное. Неосознанные процессы протекают в мозгу ежесекундно в течение всей жизни, почти всецело управляя человеческим поведением в режиме разумной адаптации. Сознание работает лишь в малой частице того, что человек делает час за часом. Но это не означает, что остальная часть человеческого мозга — неиспользуемый потенциал.
хорошие девочки никогда не кончают.
– Мадам Даррел, я показал вам все дома, какие знал, и вам ни один не подошел. Что же вам нужно, мадам? Скажите, какой у этих домов недостаток?
Мама посмотрела на него с удивлением.
– Неужели вы не заметили? – спросила она.– Ни в одном из них нет ванны.
Мистер Билер глядел на маму, вытаращив глаза. – Не понимаю, мадам,– проговорил он с истинной мукой,– для чего вам ванна? Разве тут нет моря?
Молчание заставляет умного открывать душу, а глупца-молоть языком...
На самом деле ему хотелось только одного: войти хоть в какую-нибудь дверь, не важно где, - и почувствовать себя своим.
Счастье в том, чтобы развивать оригинальность
в этом мире спасти себя можешь только ты сам
– Вы играете на флейте? - спросил я.
– Нежно и упоительно, – ответил он.
А потом показал.
Так оно и было – нежно и упоительно.
"В свое время счастье мимо каждого проплывает, да не каждый к нему руки протягивает. А одумается, обернется - уже далече оно, не достать..."
- Ты по голове гладить должен, - икнула я, опять чувствуя его руку на попе.
- Я по ней и глажу. Как раз по тому месту, которым ты думала.
Сила воли тут ни при чем. Остановиться, когда ты сыт, – это решение, которое мы принимаем. Ровно такое же, как решение, какие именно туфли купить, на какой фильм пойти и чему посвятить свободный день.
" – Не возражаешь, если я тоже затянусь?
Спенсер иронически усмехнулась.
– Ты только что просил меня не курить, – сказала она, протягивая ему сигарету.
– Это да. – Рен сделал глубокую затяжку."
Шторм передёрнул гладкой чёрной шкурой, но не отодвинулся, принимая осторожную ласку девушки.
— Ну что, дружище, покатаем Алису? — спросил я, предвкушая, как конь напугает девчонку ярким выражением своего несогласия, но этот предатель только закивал и положил увесистую голову на плечо жены. Странно. В первый раз вижу, чтобы Шторм согласился принять кого-то, кроме меня.
Женщине, в отличие от мужчины, важно, чтобы дело ей нравилось. Она никогда не будет работать только ради денег. Это мужчина может построить миллиардный бизнес исключительно ради денег. Женщина вкладывает в дело душу, и оно ей должно нравиться.
– Бабушка Джуэл, я только что сказала тебе, что наделена сверхспособностями, что мой нынешний парень – оракул, а бывший – более-менее приличный маг. А тебе вдруг приспичило прошвырнуться по магазинам? Я, конечно, надеялась, что ты не устроишь сцен и воспримешь все как надо, но чтоб настолько?..
Она вздохнула и, сунув под мышку клатч, ответила:
– Мне уже почти восемьдесят, Харпер Джейн. Я пережила войну и двоих мужей и в восемнадцать лет соврала родителям, что пойду на помазанье в церковь, а сама провела выходные в Билокси с гастролирующим торговцем. Иными словами, юная леди, я знаю, что в жизни бывает, прости господи, всякая попа. А теперь вылезай из машины и прекрати выдумывать лишнее.
Как жена Моронского, я бы пожелала тебе терпения. Как мать Моронского - смирения. Будь послушной, девочка, не спорь, он счастлив только, когда обладает. Но, как женщина я бы сказала: никогда не отдавай себя полностью, не растворяйся. Пусть у него всегда будет ощущение, что ты можешь упорхнуть в любой момент. Всегда рядом, но чуть в стороне. Покорность, приправленная легкой недоступностью - десерт для его демона. Усыпляй его бдительность сладким каждый день. Но смотри, не переборщи, а то врата ада слипнутся!
Низкая оценка материального достатка, неоднократно встречающаяся в «Речах Высокого», скорее может быть истолкована как моральное резонерство, а не как отражение воззрений определенного социального слоя
" Некто спросил :" Правильно ли говорят , что за зло нужно платить добром?" Учитель сказал :" А чем же тогда платить за добро? За зло надо платить по справедливости , а за добро- добром".
Из высказываний Конфуция.