Цитаты
285783
В начале тысячелетия мы думали, что лайки - это такие собаки. Теперь мы уже не можем прожить и дня не заглянув в чудесный мир Сети.
Книга рассказывает об одной из самых популярных компьютерных игр, чья история полна революционных прорывов и болезненный падений.
– Ничуть в этом не сомңеваюсь. А еще у вас на втором курсе учится мальчик по имени Тиен. Попроси его показать тебе заклинания-регуляторы двиҗения. Он хороший мальчик, он поможет. И твои зомби не только будут выглядеть как люди, но и ходить станут нормально
«Будьте осторожны с экспериментальными зельями. И не швыряйтесь ими в кого попало, потому что последствия могут быть катастрофическими. Особенно, если вам при этом удастся одновременно проклясть могущественного мага, обзавестись кровным врагом и встретить мужчину своей мечты. Хотя и это не самое страшное. Главное не перепутать, кого из пострадавших расколдовать, кого поцеловать, а от кого держаться подальше! Ну а если все-таки перепутаете... впрочем, обо всем по порядку.»
I look out the window, the night sky and plane`s interior lights turning it onto an oval mirror. I barely recognize the reflection staring back at me.
I can`t remember the last time I did.
Десять лет назад Куинси Карпентер поехала отдыхать в «Сосновый коттедж» с пятью однокурсниками, а вернулась одна. Ее друзья погибли под ножом жестокого маньяка. Журналисты тут же окрестили ее Последней Девушкой и записали третьей к двум выжившим в похожих бойнях: Лайзе и Саманте. Вот только, в отличие от них, Куинси не помнит, что произошло в том коттедже. Ее мозг будто бы спрятал от нее воспоминания обо всех кровавых ужасах. Куинси изо всех сил старается стать обычным человеком, и ей это...
Мир больше того, что видят люди. А смерть - значительно меньше того, чего они боятся.
«История в некотором смысле есть священная книга народов; главная, необходимая, зерцало их бытия и деятельности; скрижаль откровений и правил, завет предков к потомству; дополнение, изъяснение настоящего и пример будущего», — писал в предисловии к «Истории государства Российского» Н.М. Карамзин. В своем новом романе «Роза ветров» известный российский писатель Андрей Геласимов, лауреат премии «Национальный бестселлер» и многих других, обращается к героическим страницам этой «священной книги...
Слова, <…> это — как листья на дереве, и, чтобы понять, почему лист таков, а не иной, нужно знать, как растёт дерево, — нужно учиться!
Знаменитая автобиографическая трилогия Максима Горького — одно из сокровищ русской литературы. Три сюжетно связанные повести: «Детство», «В людях» и «Мои университеты » — рассказывают о трудностях начала самостоятельной жизни писателя, формировании его характера и мировоззрения. Многочисленные испытания, непрестанная борьба за существование, описанные в книге, показывают, как сложно жить простому народу на Руси, из чего и при каких условиях постепенно складывался нравственный образ русского...
Я всегда говорю, что в провалах нет ничего плохого, потому что кроме как вверх идти больше некуда, так что в каком-то роде провал освобождает. Успех может навредить человеку, потому что он начнет переживать, что может провалиться. Вот так все и устроено.
Дэвид Линч – один из самых аутентичных режиссеров современности, которого авторитетные источники в свое время называли «самым важным кинорежиссером нынешней эпохи» и «человеком Возрождения в современном американском независимом кино». За годы своей творческой жизни он разработал свой собственный уникальный кинематографический стиль, названный «Линчизмом». Именно это слово первым придет вам на ум при описании первой автобиографии Дэвида Линча, написанной им в соавторстве с журналисткой Кристиной...
Я не знаю тренера, который был бы таким же либеральным, как Моуринью.
Автобиография Месута – история мальчика из турецкой семьи, которому удалось вырваться из иммигрантского гетто. Озил рассказывает, как он сумел стать лучшим ассистентом английской Премьер-лиги и достичь успеха не только в европейских грандах, в «Реале» и «Арсенале», но и на международной арене.
постарайся найти женщину, которую ты полюбишь в достаточной степени, чтобы захотеть иметь от нее детей, но при этом не настолько сильно, чтобы ее потеря стала для тебя невыносимой
Ему не верили соотечественники. Венецианцы считали, что экзотические рассказы Марко Поло о дальних странствиях – преувеличение, если не полная ложь. Когда он лежал при смерти, священник, родственники и друзья предоставили ему последний шанс покаяться в криводушии, и Марко Поло ответил: «Я не рассказал и половины того, что видел». Этому и посвящен роман «Путешественник» – рассказать читателям то, что осталось недосказанным Марко Поло, и, поверьте, диковин и приключений в книге Гэри Дженнингса...
Вера – это не боги и их служители, господин барон. Вера – это стремление найти свой путь среди узких и кривых тропинок, петляющих во тьме и тумане. Вера придаёт сил и смелости совершить то, над чем будут смеяться ваши друзья спокойными вечерами, попивая охлаждённое слугами вино. Вера – свет, к которому ты стремишься вопреки здравому смыслу и жизненному опыту. Вера – это смерть, которую ты не замечаешь, потому что смотришь гораздо дальше.
"Люди часто тянутся к прошлому, если недовольны настоящим и не верят в будущее".
Три года спустя после предыдущей войны в Сканналии снова кипят страсти и льётся кровь. Мая бессильно наблюдает, как нити тайного заговора оплетают тела и души людей, но как ей быть, если самые близкие люди окажутся на краю гибели?
Суд вынес мятежникам суровый приговор: отсечение головы и правой руки. В последний момент, впрочем, император проявил снисхождение - руки мятежникам оставили.
Балканы всегда были и остаются непонятным для европейского ума мифологическим пространством. Здесь зарождалась античная цивилизация, в Средневековье возникали и гибли греко-славянские княжества и царства, Византия тысячу лет стояла на страже Европы, пока ее не поглотила османская лавина. Идея объединения южных славян веками боролась здесь, на окраинах великих империй, с концепциями самостоятельного государственного развития каждого народа. На Балканах сошлись главные цивилизационные швы и...
Использование общественного пространства - самой ценной недвижимости на планете - в личных корыстных целях - для хранения наименее эффективных и наиболее опасных средств передвижения в городе - входит в фундаментальное противоречие с реальными потребностями и привычками жителей Нью-Йорка, большинство из которых автомобилей не имеют.
Каждое утро архитектор и писатель Майкл Соркин идет из своей квартиры в Гринвич-Виллидж через Вашингтон-сквер в свою мастерскую в Трайбеке. Соркин не спешит; и он никогда не пренебрегает тем, что его окружает. Напротив, он уделяет всему вокруг самое пристальное внимание. В «Двадцати минутах на Манхэттене» он объясняет, что видит, что представляет, что знает. При этом перед нами раскрываются невероятные слои истории, инженерного дела, искусства и насыщенной социальной драмы – и все это за время...
<...один из сотрудников, отвечавших за подготовку «Энциклопедии Einaudi», однажды предложил мне написать статью «Тело». Я сказал ему, что я польщен и растерян, и как-то само собой у меня родился вопрос, кому была доверена статья «Душа». «Такая статья не предусмотрена», — тут же ответил он, как будто я спросил что-то непристойное. В это мгновение мне стало ясно, что мы никогда друг друга не поймем.
В книге Роберто Калассо (род. 1941), итальянского прозаика и переводчика, одного из зачинателей и многолетнего директора известного миланского издательства Adelphi, собраны эссе об издательском деле – особом искусстве, достигшем расцвета в XX веке, а ныне находящемся под угрозой исчезновения. Автор делится размышлениями о сущности и судьбе этого искусства, вспоминает о выдающихся издателях, с которыми ему довелось быть знакомым, рассказывает о пути своего издательства – одного из ярчайших в...
В этом мире только два нормальных человека — я и мой психиатр. Телефончик дать?
Книга представляет собой оригинальную и яркую художественную интерпретацию картины мира душевно больных людей – описание безумия «изнутри». Искренне поверив в собственное сумасшествие и провозгласив Королеву психиатрии (шизофрению) своей музой, Аква Тофана тщательно воспроизводит атмосферу помешательства, имитирует и обыгрывает особенности мышления, речи и восприятия при различных психических нарушениях. Описывает и анализирует спектр внутренних, межличностных, социальных и культурно-философских...
Хотя даже во сне я иногда занимаюсь «жатвой». – Из журнала жнеца Кюри.
Мир без голода и болезней, мир, в котором не существует ни войн, ни нищеты. Даже смерть отступила от человечества, а люди получили возможность омоложения, и быстрого восстановления от ужасных травм, в прежние века не совместимых с жизнью. Лишь особая каста – жнецы – имеют право отнимать жизни, чтобы держать под контролем численность населения. Подростки Ситра и Роуэн избраны в качестве подмастерьев жнеца, хотя вовсе не желают этим заниматься. За один лишь год им предстоит овладеть «искусством»...
Мать никогда не знает своих детей так хорошо, как думает.
Рассказ о людях, живших в Китае во времена культурной революции, и об их детях, среди которых оказались и студенты, вышедшие в 1989 году с протестами на площадь Тяньаньмэнь. В центре повествования две молодые женщины Мари Цзян и Ай Мин. Мари уже много лет живет в Ванкувере и пытается воссоздать историю семьи. Вместе с ней читатель узнает, что выпало на долю ее отца, талантливого пианиста Цзян Кая, отца Ай Мин Воробушка и юной скрипачки Чжу Ли, и как их судьбы отразились на жизни следующего...
... в этом и кроется основной недостаток мужчин, годящихся вам в отцы: их сетования и жалобы никогда не иссякают.
Захватывающий роман, повествующий о семейных тайнах, родственных душах и упущенных возможностях. Две параллельные истории, разделенные пятьюдесятью годами, полные тайн, самопожертвования, лжи и любви… Наше время. Англия. Роберта любит коллекционировать письма и открытки, которые попадаются ей в старых книгах. Однажды отец передает Роберте чемодан с книгами ее бабушки, и в одной из них девушка обнаруживает удивительное и волнующее письмо. Оно написано ее дедом, которого она никогда не видела. Ей...
Оглядываясь назад, я начинаю понимать, что любопытным детям можно внушить что угодно. Юным королям вдалбливают в головы, что они короли, юным рабам – что они рабы. А потом человек всю жизнь смотрит на мир сквозь призму своих иллюзий, воспринимая его именно таким, каким ему показали в детстве. Он готов умереть за эти ценности.
Хотели бы вы знать дату своей смерти? Марку Моррицу этого определенно не хотелось. Однако в прогрессивную Эру Анализа каждый должен знать свой статус, который определяется временем жизни и буквой класса. Долгожители получают власть, деньги, уважение и почет. Люди, которым осталось жить меньше пяти лет, – «агнцы» – не получают ничего, кроме унижений, презрения и насмешек. Какая судьба ждет Марка? И как найти свое место в мире, где на смену дискриминации по полу и цвету кожи приходит...
Мама плохого не посоветует.
Я ведьма-неумёха, точнее, ведьма-оборотень без опыта и магии. Мой род истребили, но я мечтаю его возродить. Ну и что, что неумеха, главное — поставить цель, правда? А потом — сделать первый шаг: вернуть себе силу. Для этого я должна влюбить в себя обычного человека, старинного врага рода… И я нашла подходящего кандидата. Богдан Островский, влиятельный бизнесмен, статный красавец, мечта многих... А еще надменный сноб и бабник. Как к такому подступиться? Устроюсь-ка я к нему секретарем! А там...
Бабушка воспитывала нас с сестрой без строгости. Главный секрет наших взаимоотношений состоял в том, что она очень рано стала относится к нам как к взрослым, объясняя, почему лучше не совершать те или иные поступки. Чаще всего этого было достаточно, но иногда случались недоразумения.
Если твою сестру похитили, причем не куда-нибудь, а на Драконий материк, на отбор к самому наглому и таинственному племени, волей-неволей отправишься за ней! Вот только сначала я разработала план побега, а затем добилась, чтобы меня тоже похитили. Благо это несложно: бездушные ящеры как раз вышли на охоту за невестами… И пусть отбор хранит в себе много пугающих тайн и секретов, нет такой силы, что способна меня остановить! Я спасу нас обеих от навязанной судьбы, и никакой, даже самый...
Хочешь быть хорошим руководителем — бери ответственность за все косяки персонала на себя или увольняй персонал.
ТОМ 2. Всю жизнь я скрывала дочь, так как она родилась полукровкой. Но кошмар стал реальностью: её отец нашёл нас… и отобрал мою Лею. А я даже не могу бороться за неё — меня вот-вот обвинят в убийстве мужчины, державшего в страхе весь Тур-Рин, и посадят на астероид на долгие годы.
Мы учим девочек угождать всем, быть милыми со всеми, врать о своём истинном самочувствии. Мальчиков мы этому никогда не учим.
Несколько лет назад лидер мнений и правозащитница Чимаманда Нгози Адичи получила письмо от своей подруги детства, которая только что стала матерью. В этом письме подруга просила Адичи о том, чтобы она рассказала, как вырастить дочь феминисткой в единственно верном понимании этого слова. «Манифест» – это ответное письмо Чимаманды подруге с 15 ясными, забавными и очень чуткими советами о том, как вырастить дочь женщиной с яркой индивидуальностью. Эта книга бьет прямиком в самое сердце, потому что...
admin
добавил цитату
из книги
«Двадцать лет спустя»
7 лет назад
На вид ей можно было дать не больше тридцати восьми — тридцати девяти лет.
- Он у меня застрял в лесу под корягой, пришлось лапку ему сломать… Но это ведь на мозги никак не влияет?
Таш медленно провел ладонью по лицу и, подняв к потолку обречённый взгляд, сокрушенно покачал головой:
— Лапку она сломала… черному упырю…
Жила-была капризная принцесса. Всех благородных женихов обсмеяла и разогнала, отца-короля до нервного срыва довела. И он от бессилия выдал дочь за первого попавшегося бродягу.
Пришлось принцессе вместе с супругом своим неказистым отправляться в старый дом в Приграничье. А там и упыри, и черные стражи, и таинственные артефакты. Вот где не соскучишься!
Да и муж вроде на так уж плох…
Только почему-то кажется, что он совсем не тот, за кого себя выдает.
Пришел в мое танцевальное место, да еще в компании двух тощих жердей, которые вцепились в него так, будто боятся, что их сдует кондиционером.
Моя московская подруга Катя –журналист в местной газете, и ей поручили провести расследование на предмет офисных домогательств. Объектом был выбран глава крупного столичного холдинга Кирилл Серов, который по слухам меняет до десяти помощниц в месяц, после того как с лихвой усладит ими свое алчное либидо. По причине внезапной болезни Кати, помочь прижучить холодного и циничного мерзавца вызвалась я.
Обязанность. Вежливое наименование рабских цепей.
Идти – и сражаться. Сражаться – дабы принести свободу землям, стонущим под властью безжалостного Сноходца Джеганя, и людям, которых мучают и истязают стальные воины Имперского Ордена. Это – жребий и крест легендарного Ричарда Сайфера, лорда Рала, Искателя Истины. Это – предначертание для его супруги, Матери-Исповедницы Кэлен, и судьба, которую по доброй воле избрала его юная сестра Дженнсен. Слишком долго искал повелитель Мрака их. Теперь ОНИ ищут ЕГО – чтобы в муках, крови и опасности познать...