Хороших людей на свете хватает, и если с ними правильно разговаривать, они становятся еще лучше.
Будь готов принять то, что дано тебе испытать.
– Ты заметил, как Димка заговорил? – спросила Анна уже на улице. – В Шолохове мы сквозь его обрубки фраз продирались, как сквозь джунгли. А сейчас прямо соловьем поет.
– Стресс. И потом, он же гений.
– А при чем тут?
– Он понимает, что одно дело – разговаривать со здоровыми и спокойными людьми по делу, и совсем другое – говорить с человеком, только что пережившим страшное потрясение, получившим тяжелые травмы и едва не погибшим. Гений может все. А влюбленный гений может даже невозможное.
Несмотря на терзавшие ее мрачные мысли, она вдруг вспомнила слова Ориола: доченька, мое письмо – словно свет звезды: когда он достигнет твоих глаз, возможно, меня уже много лет не будет на этом свете. Чтобы побороть смерть, необходимо писать; но это жестоко – писать, зная, что смерть отнимет у нас последний лучик надежды. Именно тогда, когда Тина ждала Жорди, она окончательно поняла, что Ориол Фонтельес писал письмо в полном отчаянии, страстно желая, чтобы последнее слово осталось не за смертью.
Добрые слова детей часто так же неожиданны, непредсказуемы и непрошены, как и детская жестокость
Рано или поздно глазам должно открыться то самое третье измерение, та глубина, которая делает город реальным и которую ни за что не увидишь, пока не проведешь на месте достаточно много времени.
Разве вы не знали, что подозрение распространяется в обществе со скоростью эпидемии? Достаточно самой малости - и заразу уже не остановишь. Людям не нужна справедливость, им нужен виновный.
Когда ты слишком хорошо знаешь своего ближнего, знаешь его слабости, жуткие мечты и чаяния, управлять им становится до смешного легко.
...если ваш начальник приказывает вам уволить вашего подчинённого, он не доверяет не ему - вам.
Если путь начался плохо, это еще далеко не конец путешествия.
Я люблю тебя. Сегодня я люблю тебя как никогда, а завтра буду любить еще сильней.
Ненависть впивается в кожу и постепенно проникает все глубже и глубже, так что, удаляя паразита, ты вырываешь себе кусок плоти, а убивая его- калечишь себя.
– Цинично. По крайней мере, не слишком оптимистично, верно? – вздохнула Брук. – Но счастье и любовь возможны. А вот продлятся ли они – зависит исключительно от вас. Думаю, вы со мной согласитесь.
– И то и другое требует труда, – заявил он.
– Не столько труда, сколько немного усилий. А может, ни того, ни другого, только веры и упорства в достижении цели.
...иногда приходится лезть из кожи вон, просто чтобы изобразить улыбку...
Там она была взрослой, прилежной, довольной жизнью женщиной. Вы хоть раз осматривали тот закуток? Взгляните на него. Там даже окна нет. В семействе Бендер она была надежной рабочей лошадкой. И, несмотря на это, чувствовала себя свободной. Это было ее раем. И тут возникает вопрос, каким же тогда должен быть ад?
– Я справлялся о вас, Матье. Вы играете в смирение, но нацелились на высший поступок – жертву. Вы сами над собой производите насилие. Вы стали антиподом того, чем являетесь на самом деле. И от этого испытываете тайное удовлетворение.
Половое притяжение точно так же обусловлено законами природы, как рост корня к центру земли или движение бактерий к кислороду на краях штифтика в микроскопе.
Мне пять лет от роду, и по опыту я уже знаю: внешность обманчива. Люди с честными лицами лгут, а большие корабли тонут там, где маленькие суденышки благополучно переносят шторм.
Завоевывать ее сердце было все равно что драться с медведем. У меня до сих пор остались шрамы от тех дней.
В месте рождения в человеке прорастают неискоренимые семена. От уз семейной истории не удрать, как бы далеко ни уезжал.
И скелет дома, бывает, хранит костный мозг всего, что случилось когда-то.
— А почему они воевали?
— Ну, ты задаешь вопросики! Почему люди воюют? Ты у них спроси… Для этого и на Марс не надо летать…
Долг мужа – подарить своей жене сыновей и дочерей, разве не так?
Одни поднимаются во грехе, другие падают от добродетели. (с) Шекспир
Все жалуются на то, что чего-то им недодано. И это нормально, иначе пришлось бы признать, что в мире что-то не так.
"Вода - как волшебник. Она разрезает все пополам и растворяет вашу нижнюю часть, как сахар."