Я не понимаю людей, которые постоянно продвигают тему: «Не нужно быть обычным, нужно быть ОСОБЕННЫМ». Ты уже невероятный особенный.
Сложно быть Правителем Темного царства и примерным семьянином.
- Груз, - напомнил Арт.
- Конечно.
Заказчик открыл дверь своего бота и крикнул :
- Эй, выходи!
В проёме показалась светловолосая кудрявая головка, украшенная бантиками. Вслед за головкой маленькое тело в розовом комбинезоне. На бетонное покрытие спрыгнуло человеческое существо, ростом едва доходившее до локтя Арта.
- Что это? - опешив спросил он.
Признаться, впервые за много лет он был близок к состоянию ужаса. Хотя думал, что давно забыл об этом чувстве.
- Это твой груз.
- Я - Вюора, - прошептало существо и улыбнулось робко.
Арт попятился.
- Это девочка?
Сэм заморгал. Ну вот, опять. Задумавшись о том, что не надо пялиться в пространство, он делает - что? Правильно, пялиться в пространство.
Да, декорации для встречи всё же отчаянно романтичные - он, она, дождь... труп...
— Вот, — темный самодовольно посмотрел на меня сверху вниз. — Ничего с вашими ведьмами не случится, можете не волноваться.
— Точно? — засомневалась я.
— Хотите сказать, что я пять лет напрасно учил своих адептов? — прищурился он.
И я как-то сразу с жаром выпалила:
— Да разве я могу!..
… Сказать это вслух. Хотя, да… Могу!
Только когда у Петрова появился ребенок, он познал это безобидное садистское удовольствие – намазать «Звездочкой» у болеющего сына под носом и наблюдать, что тот не может открыть глаз, слезящихся от ментоловых паров.
В библиотеке пахло неперевернутыми страницами и неиспытанными приключениями, и на каждой полке обитали люди, с которыми я никогда не встречалась, и места, которые я никогда не посещала. И всякий раз, зайдя сюда, я терялась в коридорах книг и в комнатах, обитых полированным деревом, и решала, в какое же путешествие пуститься.
Мир – это одна большая паутина, и никто не может прикоснуться к одной нити, не потревожив остальные.
Уверенность может истрепаться,как брюки.
Перестаньте рассуждать при помощи вычитания. Думайте путем сложения. Вы кое-что приобретаете. И ничего не теряете.
Когда вы совершенствуете свой мыслительный процесс, улучшаются и ваши взаимоотношения с людьми. Когда вы способны контролировать окружающую действительность, дни проходят спокойнее.
...не месть страшна. Не она сжигает всё изнутри, не она заставляет чувствовать себя пустоголовой марионеткой. Нет, не она, а осознание её бессмысленности.
Безобразие – это иногда гарантия хорошего, нравственного поведения в доме.
Пришло осознание это не горе.Это безысходность.горе когда можно что то изменить
Вот я – одинокий перец, а Тессу и Хардина тянет друг к другу, словно магнитом. К гадалке не ходи, эти двое будут вместе. У каждого должен быть свой магнит, а у меня его нет.
Если мужчине положено быть чуть красивее обезьяны, то этот экземпляр оставил позади не только приматов, но и многих лучших образцов рода человеческого.
Грусть - одно из средств, к которым прибегают люди, желающие вести возвышенную жизнь и тем самым отгородиться от нелепости бытия: от несправедливости, заурядности, вечно повторяющейся жестокости.
Сколько раз он получал приказ стрелять? И почему не нашлось в мире ни одного заказчика, который приказал бы ему: «спасай», «люби», «цени»… Наверное, всё кроется в том, что ненависть исходит из нашей природы, а всё доброе и светлое, что придумано – это лишь борьба с ненавистью и злом. Пока мы не любим просто так, а не из страха быть одинокими, пока мы не спасаем жизни просто так, а не из страха потерять свою, тогда добро в каждом человеке обречено оставаться лишь несамостоятельным антиподом зла.
Я просто войду, сяду за стол и закурю сигарету. Это точно будет символизировать новообретенную зрелость. Проблема лишь в том, что я не курю. Плохая привычка. И что хуже всего, у меня нет сигарет.
Он появился на свет стариком и теперь дожидался, когда его тело нагонит душу.
Я поднял тщеславие на поэтический уровень, преобразил его в духовное качество.
And it meant something different to scientists. Laypersons understood it as “certainly between 717 and 723.” Scientists would instead say that if you could repeat the experiment of blowing up the moon a large number of times, and keep track of the time-to-White-Sky separately in each case, the numbers would fall into a normal distribution, a bell-shaped curve, with about two-thirds of the instances falling within that range.
Мы все проходим через кризисы, а иначе, как мне кажется, способа повзрослеть не существует.
Долг человека по отношению к человеку - помогать.