Мы – это язык, язык – это мы.
Говорят, если помочь бабочке вылупиться, она никогда не сможет летать. Может, и с чувствами также? Надо просто дать им возможность самим отрастить крылья?
Я промолчал на этот выпад. Оскорблять в ответ женщину, которую я и так уже обидел, не моя тема.
Переставая быть детьми, мы сперва желаем, чтобы мир был другим - чтобы раны заживали, не оставляя шрамов, чтобы каждая любовь была первой, чтобы прошлые грехи отпускались после одной-единственной исповеди.
«Едва ли будет хороший обед! Россея!»
Свободная воля - это основное условие человеческого существования.
В архитектурном бюро “Макс Бэкон”, одном из лучших в Париже, я работал уже больше десяти лет. Занимался всего лишь сметами проектов, но к делу относился… не скажу “творчески”, но с душой. Ничего захватывающего в моей работе, может, и не было, однако же я врос в эту размеренную, от планов до отчетов, жизнь. Мне открылась некая ощутимая красота цифр. Даже к безликим вещам, вроде мебели в кабинете, я привязался. К моему шкафу, например, – как умилительно скрипит его дверца! Этакая вещественная форма стокгольмского синдрома. Как узники начинают любить своих мучителей, так и я испытывал блаженство, обретаясь в этом офисном мире, словно под постоянным наркозом. Год за годом в счастливом бесчувствии скользил по узкой колее, теперь же эта безмятежность досадно нарушалась глупейшим духом соперничества. Ничего не попишешь, мир переменился. Нужно быть успешным. Нужно быть продуктивным. Нужно быть эффективным. И нужно вступать в борьбу ради всех этих “нужно”. В дверь стучится новое поколение, оголодавшее от безработицы и вооруженное новейшими технологиями. Все это и вгоняло меня в стресс. Прошло время, когда мы заглядывали друг к другу в пятницу после работы, чтобы выпить и поболтать. Нынче каждый сам по себе. Дружба с сослуживцами уже выглядит подозрительной. Безмятежное некогда офисное житье-бытье стало похожим на жизнь при оккупационных властях, и я не очень понимал, что делать: сопротивляться или сдаться и сотрудничать с ними.
Молодой Солари – этому крестнику Золя всего лишь 20 лет – мечтает о литературном поприще, с удивлением глядит он на странную пару Сезанн – Амперер. «Смотрю на вас и вижу карлика Мефистофеля, сопровождающего старика Фауста», – шутит юноша.
Лишиться того, чем мы обладали, представляется большим для нас несчастьем, чем обмануться в ожидании получить то, что мы надеялись получить.
Лучше бы спросили, почему за маленького человека что то решают, хотя он машет погремушкой и ревет, что уже большой. Почему нас увозят против воли, кормят против воли, трахают против воли и хоронят не там, где хочется.
- Ух, жёстко-то как! Наверное, ты смотришь не те фильмы. - У меня по крайней мере нет в компе мегабайтов порнушки.
Наши чувства и стремления часто противоречивы и неясны и <...> их нельзя объяснить легкими и простыми формулами.
Мне бы вспомнить обо всех мелких унижениях, которым подвергается королева Екатерина, будто это ее королевский долг. Король не слышит от нее ни одной жалобы, только Богу в тихой молитве поверяет она свои горести.
Передо мной стоит человек, который был для меня всем, но я этого не понимала, пока он не исчез из моей жизни, как я думала, навсегда
Беда в том, что ложь не знает границ. Истории, начиненные ложью, растут ввысь и вширь.
Я хотела бы повеситься на твоей шее.
Ящик Пандоры - Вербер Бернард "У египтян были «храмы сна», где жрецы шептали на ухо спящим пациентам. Позже Сократ, прозванный «усыпляющим души», словесно погружал своих учеников в глубочайшие слои их подсознания."
"Забудьте своего бывшего всего за десять простых шагов!"
Шаг 10.
10. Сделайте что-то, что поможет вам узреть ваши дальнейшие перспективы.
Когда вы находитесь в серьезных отношениях, очень легко сосредоточиться на узком круге проблем, ограниченном только «здесь и сейчас»: партнером, который находится прямо перед вами, и тем, чем вы займетесь сегодня. Но каждый шаг, который вы сделали в этом новом путешествии, должен будет подготовить вас к будущему. Этот заключительный шаг объединяет все предыдущие девять. Вы должны найти время и место, чтобы оглянуться на тот путь, что вы проделали. Только сделав это, вы сможете быть уверенным, что завтра у вас получится начать новый долгий путь.
Мы животные, пусть двуногие. Наши когти и зубы стали винтовками, шерсть — одеждой, а инстинкт защиты территории — идейной борьбой.
Ее красота – как храм, в который не смеют ступить разгоряченные поклонники.
Идеальный образец современных отношений: знакомство, за которым следует секс, затем дружба и, наконец, любовь
В жизни есть миг, которым оканчивается детство
Любить - это не значит укрыться вдвоём в своем маленьком мирке, удобном и уютном. Любить это значит вместе идти через любые испытания помогая и поддерживая друг друга, даже если не каждое испытание вам удастся преодолеть при этом...
Несмотря на возраст Малк не раз бывал в опасных ситуациях и уже привык считать свой дух и своё сердце достаточно закалёнными, чтобы разного рода встряски не нарушали привычный ритм жизни. Драки, ранения, конфликты с властью — да, всё это не оставляло его равнодушным, но и не мешало двигаться дальше. Кто-то из Святых сказал: "Для слабого – непреодолимое препятствие, для сильного – досадная помеха!". И Малк прилагал все силы, чтобы именно эту идею сделать краеугольным камнем своего мировоззрения.
Половина того, что мы собой представляем, дана нам от рождения, и ее нельзя изменить, но все остальное зависит от наших собственных действий.