У вас есть "доступ к фактам". Напрягите серые клеточки.
Выступление перед публикой всегда является ответственным делом, если даже оно происходит на деловом совещании, где присутствует десятка два мужчин и женщин; оно сопряжено с некоторым напряжением, некоторым потрясением, некоторым возбуждением. Оратор должен быть напряжен, как породистая лошадь, натянувшая поводья. Бессмертный Цицерон еще две тысячи лет тому назад сказал, что всякое истинно хорошее публичное выступление должно быть взволнованным.
... Я помню одну старую песенку, в которой поется о том, как встречаешь мужчину своей мечты...а потом женщину, которая вышла за него замуж.
Будущее. Непознанная страна, куда все мы так или иначе движемся и куда мы однажды придем. Только не надо слушать тех, кто утверждает, будто все там предопределено. Максимум, на что способен самый даровитый предсказатель, это объявить тебе наиболее вероятную версию грядущих событий. А дальше уже все зависит от нас – принять ли эту версию как должное или попытаться что-нибудь изменить. Очень просто плыть по течению, но для того, чтобы с ним бороться, требуется немалое мужество.
наконец птицы над головой отчётливо сложились в слово «мудак» и полетели дальше
Что ждет меня дома, я знал и понимал. У меня хватило времени на раздумья по этому поводу, но больше всего меня поразило то, что я, мальчишка, одним ударом сломал челюсть взрослому мужику.
Я хотя бы попытался черт возьми хотя бы попробовал
Сила есть только результат необходимости; обеспеченное существование ведет к слабости.
В мире нет ничего хуже разлуки. Даже сейчас я не люблю прощаться. А расставание с дорогим тебе человеком отзывается в душе поистине физической болью. Признаться, и эти раны через какое-то время заживают. Не настолько, чтобы совсем стерлись воспоминания о боли. Не настолько, чтобы люди, причинившие ее, перестали что-либо значить. Но эта первоначальная, паническая тревога притупляется и в итоге сменяется чем-то более нейтральным. С чем можно жить. Ты стараешься не вспоминать о тех, кто исчез, чтобы снова не вызвать это чувство. А если они сами напоминают о себе, то эта связь скорее тяготит, заставляя снова и снова бередить затянувшуюся рану. Ты оставляешь без ответа их письма, потому что забыть оказывается проще, чем победить боль.
Война – это занавес, за которым люди и народы предаются таким грехам, которых мир не потерпел бы иначе.
Люди легче прощают чужую неправоту, чем правоту.
Я восхищалась способностью этого парня вставать каждое утро с постели и не впадать в панику при мысли, что он может поскользнуться на кафеле в ванной и упасть лицом на торчащую зубную щетку, а это, в свою очередь, приведет к хроническому тику лицевого нерва, который помешает ему взять на себя управление самолетом, пилота которого хватил инфаркт, и только Рори может спасти сотни пассажиров от неминуемой гибели.
Роберт получил что хотел или считает, что получил, а это в конечном счете одно и то же.
Жизнь полна маленьких радостей, если знаешь, где искать.
Незначительные события запускают леденящие душу стрессовые сценарии только потому, что вы многократно мысленно проигрываете их и ваш эмоциональный контроль ослабевает.
ЗвОнит – эта ошибка уже считается неприличной даже в обществе не самых образованных людей.
Взрослые тоже такие. У них полно вопросов без ответов, потому что вопросы остаются у них в головах и никогда не выходят наружу. А потом незаданные вопросы отражаются у них на лицах в виде печали и тоски. Морщины- это и есть вопросы, которые не были заданы, и с годами их становится все больше и больше.
Думай, прежде чем рот открывать.
– Если вы собрались осуществить задуманное, сейчас самое время, – шепнул дракончик. – Лица зверские и недовольные, так будет правдоподобнее… Софи, я сказал зверские, а не последние потуги умирающего от запо… кхм… ты поняла.
Глупая заботливость, устраняющая от него необходимость усилий, убивает в нем все шансы на более полную жизнь.
Я не злопамятный. Прощать людей куда легче.
Перепуганное этим бурным весельем, солнце заметно прибавило ходу и вскоре присело на землю передохнуть, откинувшись на деревья по гребню песчаных холмов. Кроваво-красное с головы до ног, истекая потом и полыхая жаром, всё в каких-то пузырях, оно переводило дух, словно седовласый старец
Как меня в детстве просто бесили все эти глупые ограничения!
Почему красивое платье только на праздник?
Почему сервиз из тончайшего фарфора только для важных гостей?
Кто сказал, что дарить подарки надо только в определенные даты?
— Я готова к бою, учитель. — Бой для дураков, — ответил мастер Фэйхун. — Для умных — победа. Лючия снова кивнула. — Я поняла. Я буду умной. Казалось, мастер колеблется, продолжить ли разговор. — Для мудрых — мир, — сказал он наконец. — Мудрый не вступает в схватку, а смотрит на то, как дураки сражаются с умными.
Переодеваюсь в кимоно, иду к старшим. С этими уже можно в полную силу. И это кайф!
Мне хорошо здесь, это тот костёр, который разжёг отец, и который раздул я. И это тоже очаг. Вот только женщину возле него, наверное, не согреть…