— Прошу прощения, моя красавица, — призрак поклонился, — нас так грубо прерывают.
— Что вы от них хотите, милый господин Кадан, — я тяжело вздохнула, — живые…
Не переживай, с тобой и малышом всё будет хорошо. Стольким людям вокруг ты не безразлична! Ну, а самый главный человек, который постоянно вытаскивал тебя из любых проблем и передряг, всегда будет с тобой. Потому что этот человек — это ты сама.
Тоскливый секс – это когда она шепчет, обдавая тебя запахом сладкого хереса, который не перебивается зубной пастой: «Подними мне настроение, Кейси-Пол». И ты не можешь отказать. Хотя, поднимая ей настроение, ты опускаешь свое собственное до нуля.
Уверяю тебя, если он будет лежать с порванным брюхом, а к нему придет лекарь, то и тогда этот паршивец Ламора предпочтет стянуть у него иголку с ниткой и сдохнет, довольный собой. Он… он ЧЕРЕСЧУР вор.
Любая месть бессильна. Никакая жертва этого не загладит.
– Как вы живете, милые друзья? – спросила Элли. – Плохо! – ответили Жевуны и горько зарыдали.
Даже самая смелая мечта обязательно станет реальностью.
- Так вы к нам насовсем усыновляться? – спросила я, убедившись, что все спят. – Или на время? Просто у меня только два запасных горшка и две лишние кроватки. А еще, я читала, драконы много едят! Я вас не прокормлю!
В том, что нам за пятьдесят, не молодежь виновата, друзья мои…
– Вы слушаете землю, но не слышите людей. Вы читаете «Откровения», но не видите истину. Вместо любви вы взращиваете ненависть и обиду. Они толкают вас на чудовищные поступки. Ваш разум похож на пустыню, а должен походить на сад.
Все приходит вовремя. Надо только осознать и принять изменения.
Ты знаешь, как это называется? Мысленная жвачка. Ты думаешь, что от того, что ты будешь про себя обмусоливать свои страхи и переживания, что-то изменится? Приняла решение — выполняй. И подумай, пожалуйста, о чем-нибудь другом для разнообразия.
Еще понятно, что начальство во всех мирах одинаково.
мы же Хомяковы! Мы проберемся всюду, где нас не ждут, и непременно добьемся поставленной цели
– А почему вы не видите для себя другого выхода – трудиться вместе со всеми?– Что вы называете «трудиться»?– Таскать камни для того, чтобы строить храмы науки, – хотя бы.– Если человек, кончивший богословский факультет, нужен обществу только затем, чтобы таскать камни, то мне не о чем говорить с вами. Тогда действительно мне лучше сейчас вернуться в концлагерь и сгореть там в крематории…– Я лишь ставлю вопрос: а если? Мне интересно послушать ваше предположительное мнение – так сказать, фокусировку вашей мысли вперед.– Вы считаете, что человек, который обращается к пастве с духовной проповедью, – бездельник и шарлатан? Вы не считаете это работой? У вас работа – это таскание камней, а я считаю, что труд духовный есть мало сказать равноправный с любым другим трудом – труд духовный есть особо важный.
Рыжий волк из рода Беля Звёздочка. А говорят, у богов нет чувства юмора!
– Давай встретим Новый год вместе? – неожиданно предложил Дей. – Как в детстве. Помнишь, мы ведь когда-то наряжали елку в доме, где выросли.
Хочу пустить всё на самотёк и получить максимум неожиданных впечатлений.
Вера женщины в своего мужчину может творить чудеса. Каждый мужик мечтает о спутнице, которая будет подносить ему патроны.
Какая банальность.
Она нашла цель своей жизни - не прочитать столько хороших книг, сколько возможно, а помочь другим это сделать.
Чтобы искоренить Зло до основания, надо предоставить ему все возможности защиты.
Женское коварство настолько многолико, что порой его путают с обычным кокетством.
Народная мудрость.
Мужчина стиснул зубы, но руку не убрал. Завтра в красках расскажет, как Марианна ему ночью «насос» качала. Улыбнулся. Прикрыл глаза. Впал в дрёму.
– Мммммяяяяяяяуууууу….
Игнат отмахнулся рукой. Кошек у него нет, так что звуку исходить не откуда.
– Мяяяяяяяяяяууууууу! – раздаётся визгливый вопль прямо в ухе мужчины.
Шевцов резко принял позу «полусидя», схватился за сердце и повернул голову. На него смотрели два горящих жёлтых глаза… Казалось даже усы Тошки застыли в пытливо-терпеливой позе хищника.
Мужчина осторожно отодвинулся и посмотрел в окно. Так-с, примерно шесть часов. Может, чуть меньше.
– Если ты меня ещё раз оцарапаешь, укусишь или нагадишь в итальянские ботинки, – прошипел Игнат коту, – Выкину с балкона и прикинусь мёртвым.
Мужчины прощают нам почти все, когда мы хорошо с ними обращаемся.
— Белое Руарданское, тарталетки с лососевым паштетом и целый спектр сладостей. Если это подкуп, то я на многое готов пойти.