Ничего больше я так отчаянно не хочу, как встретить свою настоящую любовь.
Потому что та, что у меня уже есть, неправильная и невозможная.
- С маленького дерева ягоду берут, а под большое по нужде садятся!
Всю жизнь я страшно боюсь глупых. Особенно баб. Никогда не знаешь, как с ними разговаривать, не скатываясь на их уровень…
Когда сбывается твоя мечта, когда ты получаешь то, чем ты жил десять лет, то, что составляло смысл всей твоей жизни – из-под ног исчезает земля. И ты падаешь.
Она научилась ходить, одеваться, разговаривать как они, взяла даже человеческое имя, но стать среди них своей так и не удалось.
Платье…
…ночью оно сожрало любимую мою рубашку, заняв ее место на плечиках. И вот даже цвет сменило, правда, менее кружавчатым не стало, поэтому подмена не удалась.
Есть вещи, которые надо делать. Даже богам.
- Небеса - это не место и не время, небеса - это достижение совершенства...
Неужели со временем чувства ослабевают настолько, что мы не замечаем, как своим равнодушием делаем больно тем, кого когда-то были готовы носить на руках?
Хочешь накормить человека - дай ему удочку, а не рыбу.
если бы все слушали своих мам, то Колумб никогда бы не открыл Америку. Он просто бы не доплыл до нее, потому что в воде холодно, опасно и злые русалки могут утащить сыначку на дно.
Не позволяйте наносить себе непоправимое добро.
Проблема не в проблеме. Проблема в том, как вы относитесь к проблеме.
Места без людей подобны железнодорожным станциям, от которых ушли все поезда.
"— Уж позволь мне судить. – сладко улыбается Душенька. Я-твоя-воспитательница-никогда-не-спорь-со-мной-дура!"
Если не думать о будущем, то его и не будет (Валерий Ульянов)
существуют две разновидности этого цвета: черный матовый (ater) и черный блестящий (niger). ...В начале императорской эпохи оно уже стало более употребительным, чем ater, и от него произошла целая семья обиходных слов: perniger (очень черный), subniger (почти черный, фиолетовый), nigritia (чернота), denigrare (чернить, очернять) и т. д.Классическая латынь располагает также двумя базовыми терминами для определения белого цвета: albus и candidus. Первый долгое время был наиболее употребительным, а затем приобрел специфически узкий смысл – «молочно-белый» или «белый нейтральный». Второй, напротив, вначале означал только «ослепительно белый», затем стал определением для всех белых тонов, близких к цвету снега, а также оттенков, имевших особое сакральное, общественное или символическое значение.
Прием «нет, но…» — это классика жанра в чистом виде.Как работает: партнёру дают понять, что всё закончено, ничего больше не будет, и…И следом дают надежду. Причём дают не прямо, на блюдечке (ну да, задекларирован-то конец!), а как бы подбрасывают надежду невзначай. Но так, что не наткнуться на неё и не зациклиться практически невозможно.И даже не надежду подбрасывают, а прошивают в психику особый мотив, который неизбежно станет навязчив, как популярная песенка: и не хочешь об этом думать, а поневоле напеваешь.А рассчитано это всё, как вы уже догадались, на то, что партнер, которого таким образом «прогоняют», неизбежно сам захочет стереть все эти ненавистные «но», мешающие общему счастью. И из кожи вон вылезет.
Одна из величайших максим да Винчи заключается в том, что великое искусство всегда подразумевает игру на контрастах: "Картина будет лучше, если противопоставлять уродство и красоту, старость и молодость, силу и слабость". Что бы сделал Леонардо с лицом, пораженным параличом Белла, в котором слабость и сила, уродство и красота, молодость и старость существуют бок о бок?
Страшен не океан снаружи, а буря изнутри
В каждой темной туче всегда есть просвет.
Стоит отметить, что основные «игроки» проекта по «реконструкции» – женщины: ученые, антропологи, юристы, архитекторы. Образованные женщины, которым выпала честь посвятить свою жизнь борьбе с несправедливостью. Они отвели заметное место в своей карьере изменению существующей системы погребений. Катрина отметила: «Люди так сосредоточены на предотвращении старости и разложения, что это стало одержимостью. А для женщин, живущих в этом обществе, его давление безжалостно. Так что разложение стало дерзостью, возможностью сказать: „Я люблю и принимаю себя“».Здесь я соглашусь с Катриной. Женское тело зачастую находится в сфере влияния мужчины, идет ли речь о наших репродуктивных органах, нашей сексуальности, весе или манере одеваться. В разложении есть некоторая свобода, когда тело становится далеким от порядка, хаотичным и диким. Я уже предвкушаю, каким будет мой будущий труп.В начале XX века, когда сфера похоронных услуг превратилась в доходную индустрию, произошел резкий поворот в отношении того, кто ответственен за мертвых. Из инстинктивной, первобытной работы, выполняемой женщинами, забота о трупах превратилась в «профессию», «искусство» и даже «науку» – хорошо оплачиваемое занятие для мужчин. Труп со всеми его физическими и эмоциональными сложностями был отнят у женщин. Помещенный в гроб на пьедестале, он стал чистым и аккуратным – и навсегда недостижимым для нас.Может быть, такой процесс, как «реконструкция», – это наша, женская, попытка отвоевать свои тела обратно. Возможно, мы хотим стать почвой для ивы, розового куста, сосны – предназначив себя после смерти и гнить, и питать одновременно.
Скорей бы вернуться в комбини, думаю я. Туда, где тебя ценят и берегут как одного из незаменимых работников, безо всех этих великих сложностей. Где совсем не важны твои возраст, пол или национальность. Где все, кто надел униформу, превращаются в равных существ одного и того же племени — homo kombini.
Мама очень любила дождь. Она часто говорила : "Капли, ласкающие лицо, - лучшее успокоительное". Эллен слушала её и тоже влюблялась в непогоду.
– А может, в реальном мире и нет уже никого? Всех поели насекомые?
– Такое тоже может быть.
– Настоящая, не симулированная планета Земля заселена жуками, а людей нет, и мы последнее, что осталось от человечества. Просто программы, имитируем некогда живших людей.
– Возможно.
– И если тот настоящий компьютер сломается или выключится, то нам всем…