Браен как-то нехорошо усмехнулся и заявил, что я у него просто чудо. В смысле, чудить умею с размахом…
Совет, вычитанный на женском форуме, гласил: "Насыпьте мужу в трусы немного молотого перца. Если пожалуется на зуд и жжение, значит, честный, если нет, то изменяет"...
…Репутация, она же, как гены – просто так пальцем не раздавишь.
…Ласковый тон Браена никак не вязался с его взглядом … таким бы дыры в обшивке корабля заваривать, а еще лучше - делать.
Похоже, в молодости она была красавицей, но с возрастом на ее лицо вылез весь мерзопакостный характер хозяйки.
Рядом весело щебетала в микрофон свекровище. Ее чириканье ассоциировалось с побудкой в шесть утра, потому как ощущения были сходные - и то и другое вызывало лишь одно желание – убивать.
—Знала, что у Браена отвратительный вкус, но не думала, что настолько – вынесла вердикт будущая свекровь.
— Гены пальцем не раздавишь… есть в кого значит – я многозначительно поглядела на Линару и вернула комплемент, присаживаясь за стол.
Я посчитала за лучшее не тянуть атом за протоны и на манер приснопамятной лисы, подкарауливающей ворон, притворится горжеткой: ничего не вижу, ничего не слышу, сплю и вообще дохлая.
За то, что он провернул, отомщу, забуду и снова отомщу.
Злость прибывала, словно талая вода в половодье, грозя выйти из берегов моей сдержанности и затопить все вокруг, а заодно и утопить меня саму.
Как девушка приличная, я тут же не преминула познакомиться. Правда, вместо визитки предъявив визави рифленую подошву многострадальной кроссовки, аккуратно запечатлевшую на челе, не обремененном даже зачаточными признаками интеллекта, затейливый узор.
…Уже через мгновение вид у напарника был такой, словно он съел пачку дрожжей и сел на батарею. Дранго был одновременно скисший и раздувшийся от негодования.
Как говаривала моя бабуля, хорошо уметь всё, но не приведи Господь всё самой делать.
Если бы Веронику в этот момент ударили лопатой по голове, она, скорее всего, и не заметила бы. Часть женского мозга, отвечающая за анализ ситуации, вывесила табличку «Не беспокоить!» и блаженно отключилась. Лимбическая система, ответственная за эмоции, объявила о технических неполадках.
А остальных ресурсов головы хватило лишь на то, чтобы махать ресницами и удерживать на своем месте падающую челюсть.
Руслан не знал, когда успел так сильно нагрешить. Вроде бы без повода ни на ком не срывался. Алкоголь принимал исключительно в лечебных целях. Работников до нервного тика не доводил… почти.
Но, судя по количеству наказаний, сыпавшихся на голову, в аду его уже ждали. С котлом, вязанкой дров и канистрой бензина, как для особо провинившегося грешника.
Помня, что слово «налаживаться» произошло от слова «лажа», Вероника не расслаблялась.
Дал Бог сиськи, но засмотрелся и совсем забыл про мозг.
Есть ли у вас план, мистер Фикс? Ах, вы не мистер Фикс…
В итоге я поставила перед вампиром малиновый джем, в котором, на посрамление юным алхимикам, уже были видны невооруженным глазом кристаллы сахара и даже зацементированная в банке ложка.
Я сглотнула, понимая: мне в жизни не найти оптового покупателя на тот вагон дров, который я наломала этой ночью… Ну ты и умудрилась влипнуть, Трис Торвин!
Он мог организовать шикарные похороны любой, даже самой жизнестойкой, нервной системы в кратчайшие сроки.
Это же надо было так умудриться вляпаться в историю! Нет чтобы в нее попасть, как другие, великие, между прочим, люди и нелюди, за свои подвиги и свершения.
Ему не было одиноко, потому что он не чувствовал себя оставленным людьми. Все когда-либо встреченные им ощущались им как присутствующие. Они продолжали тихую жизнь в его душе – независимо от того, отправились ли в иной мир или были всё еще живы. Он помнил все их слова, интонации и движения. Их старые слова рождали новые слова, они взаимодействовали с позднейшими событиями и словами самого Лавра. Жизнь продолжалась во всем своем многообразии.
…Не надо останавливать жизнь, пока она не остановлена Всевышним…
…Повторения на свете нет: существует только подобие.