Мы поедем в столицу, день послушаем, что там творится, а потом захватим дворец, устроим переворот и снова посадим тебя на трон. А всех неугодных отправим в чертоги Хель на заслуженный отдых.
— Одно уточнение, — неожиданно подал голос Василий, — мы это собираемся сделать впятером?
Я хмыкнул, кивнув сначала на императора, а потом на Юльтиниэль, и ответил:
— Ты прав, это нечестно по отношению к противникам. У них не останется ни одного шанса. Маришка, тебе, видимо, придется сторожить лошадей, пока мы будем захватывать власть.
...проблема в том, что у человеческой жизни есть правило рулевого.
Оно гласит, что, пока жив, ты всегда за рулём. И непринятое решение - это тоже решение. Да, его примут за тебя, но отвечать за последствия всё равно придётся тебе. Такая вот разновидность вселенской (не)справедливости.
Потому-то бездействие - худший выбор. Но всегда ли мы помним об этом?
Любовь - ходовой товар, - продолжил пророк, которого мы заслужили. - С ней отлично идут пустые надежды, самоутверждение, чувство важности, мерзкие подробности и ложь. Люди покупают ложь намного легче, чем правду. Ложь веселее и проще; такие дела.
...
- Потому-то любовь и стала товаром, - говорил Джоджи. - Хочешь продать историю? Расскажи её о любви, причём или грязно, чтобы можно было подразнить запретное - или так просто, как только можно. Чтобы любовь вроде как и была, а делать для этого ничего не надо было. Чудеса даром! Налетай! Грязь и халява - вот что легко продать.
Женская логика как лицензионное соглашение – ничего не понятно, но вынужден соглашаться.
Удача любит смелых и обожает наглых.
С Богом нельзя бороться, но надо бороться с теми, кто выдает себя за Бога.
Религия намного сильнее даже самого могущественного монарха. Спросите любого верующего: отвернется ли он от Бога, если этого потребует король? А потом спросите: отвернется ли он от короля, если этого потребует Бог?
«Я не лгу» – так может сказать только мертвец и будет честен. А живые врут на каждом шагу. Во имя или ради чего-то.
– У тебя сто баллов по шкале безрассудства. Сто баллов из десяти.
Если человека с колыбели ставить на колени, он потом всю жизнь стоит на коленях и даже не догадывается, что можно встать в полный рост.
Нельзя спасти тех, кто не хочет спасти себя сам.
– Я никогда не стоял перед женщиной на коленях, – сказал Адэр. – И взгляни на меня.
– Вы стоите на четвереньках.
– Тем более!
– Чтобы видеть и слышать, не обязательно, чтобы видели и слышали тебя. Зная, кто находится рядом, люди надевают маску и играют роль. Их слова лживы, а поступки неискренни.
Тайна остается тайной, пока ее знает один человек.
с уст даже плохого человека иногда слетают хорошие советы.
– Если ты на ней все же женишься, подарка на свадьбу не жди!
– Да. Я был в плену. Висел на цепи, питался объедками, днями умирал от жары, ночами промерзал до костей. Но я не ползал на коленях, не целовал никому сапоги и не просил подарить мне легкую смерть.
сердце женщины многогранно и непредсказуемо – порой прощает тех, кто сильнее всех ранил, и часто наказывает того, кто предан всей душой.
– Каждый раз, когда я говорю вам "да", внутри меня кричит "нет", – произнесла Малика. – И чем чаще вы требуете от меня "да", тем сильнее мое "нет". Рано или поздно оно возьмет реванш. Оно разрушит мое единство и станет моей темной частью. Не надо меня ломать, Адэр.
Если хочешь, чтобы тебя признали и за тобой пошли люди, стань частью их мира.
– Ты приносишь себя в жертву? Ради чего, Эйра? Ради кого? Ради чужих детей, которых ты не знаешь и никогда не увидишь? Никто из них не скажет тебе даже спасибо, потому что детский мозг не способен оценить твой поступок. А если кто и оценит, то вряд ли назовет тебя святой. Так скажи, ради чего ты решила собой пожертвовать?
– Не ради, а во имя. В мире все должно свершаться во имя любви, а не ради низменных желаний. В этом смысл моей веры и смысл моей жизни.
Черный – это не цвет, а отсутствие цвета. [...] А черные дни – это дни без красок.
– Лучше смерть, чем ложь! Из ваших уст текут медовые реки, но ваша душа полна горькой желчи. И до тех пор, пока в вас глупый мальчишка не пожелает стать настоящим мужчиной, вы так и будете блуждать по дорогам, вымощенным благими намерениями.
Самое прочное в человеке – это вера, переданная по наследству.
Историю пишут те, кто выжил.