Цитаты
285691
— В мире вообще много удивительного. Больше, чем мы можем представить.
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
Сон – это всегда путешествие в неизвестность, прыжок в темную кроличью нору, которая ведет на ту сторону жизни. Никогда человек не бывает более уязвим, более не властен над собственным «я», как во сне.
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
…Некоторые старики стараются прожить сознательно каждый час из немногих оставшихся дней и экономят на сне, понимая, что скоро уснут навсегда.
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
…С достижением главной цели жизни сама она теряет смысл и ценность.
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
…Если не можешь ничего улучшить там, где живешь или работаешь, – уходи.
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
…Удаче нужно помогать, нельзя просто сидеть и ждать благоприятного момента, хорошей погоды или выигрыша в лотерею. Необходимо действовать самому.
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
…Нет истины, есть только множество пестрых правд, и каждый может выбрать любую себе по вкусу…
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
…Истинный цвет печали не черный, а серый, убивающий всякие надежды и растворяющий краски; смирившийся с тем, что никогда не быть белым, но и не решающийся стать аспидно-черным.
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
…«культ» и «культура» не зря являются словами однокоренными; каков культ – такова и основанная на нем культура, но порой верно и обратное – уровень развития культуры определяет характер культа. Это похоже на то, как личность человека влияет на его судьбу: все ошибки или, наоборот, верные решения, все вызванные ими драматические повороты в жизни, успехи или неудачи определяются особенностями личности человека – той самой личности, которая формируется культурой, основанной на каком-либо культе…
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
Прошлое живо только до тех пор, пока мы не даем ему умереть.
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
…Нет мыслей – нет печалей.
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
«AMOR VINCIT MORTEM». Любовь побеждает смерть. Еще увидев эту надпись впервые, Карина подумала, что из этих слов непонятно, кто кого побеждает. Возможно, этого точно не знал и тот, кто сделал надпись.
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
«Всегда проси больше, чтобы получить необходимое».
Далекий северный город. Город, погруженный в однообразную рутину. Но так было за миг до того, как Зло, безликое и безымянное, вторглось в это полусонное полусуществование. Теперь оно безраздельно царит на пустынных улицах, пробуждает темные страсти, рождает страх и ненависть. Кто виноват в разгулявшемся хаосе? Причем здесь странная пара, недавно прибывшая в город?
« Почему мы начинаем учиться только на пороге смерти? Почему отодвигаем в сторону обиды, гордость и спесь лишь тогда, когда в спину уже дышит холод свежевырытой могилы? Почему для нас только смерть оказывается тем неоспоримым аргументом, который вынуждает пересматривать старые принципы? Почему ее улыбка делает намного больше, чем вся красота и многообразие жизни? Почему мы даже собственных детей пытаемся понять лишь в последние дни и часы, когда только и осталось, что сожалеть, потому что по-настоящему мы ничего уже изменить не в силах?»
«Потому что всем нам нужно прощение, — молча ответил сыну Тирриниэль. — Да, это немного для тех, у кого нет иного выбора, но невероятно важно для меня, потому что другого туда не унести, с собой не забрать. Это так просто… и так тяжело — просить прощения, мой мальчик. А мы слишком редко находим в себе силы, чтобы успеть это сделать при жизни. Жаль, что я решился так поздно».
Тирриниэль иллс Л’аэртэ — владыка Темного леса и самый могущественный эльф на Лиаре. Вернее, он был таким, пока его не поразил неизлечимый недуг. Единственная его надежда — отрекшийся от престола сын, которого он когда-то собственноручно отлучил от рода. Но шансов на возвращение наследника практически нет. Другие претенденты на престол слабы. В отсутствие сильного владыки Темному лесу грозит катастрофа… Но тут на окраине леса объявляется никому не известный эльф, при виде которого в сердце...
Народу внизу собралось неоправданно много. Причем не простого народу, а самого что ни на есть благородного. Высокородного. Гордого, как летящий в поднебесье орел, презрительно поплевывающий вниз с высоты своего полета, и такого же высокомерного, как летящая рядом с ним и переевшая гороха корова.
Тирриниэль иллс Л’аэртэ — владыка Темного леса и самый могущественный эльф на Лиаре. Вернее, он был таким, пока его не поразил неизлечимый недуг. Единственная его надежда — отрекшийся от престола сын, которого он когда-то собственноручно отлучил от рода. Но шансов на возвращение наследника практически нет. Другие претенденты на престол слабы. В отсутствие сильного владыки Темному лесу грозит катастрофа… Но тут на окраине леса объявляется никому не известный эльф, при виде которого в сердце...
Сильные мира сего за полновесную монету могут позволить себе быть и небрежными, и неряшливыми, и изрядно нетрезвыми. Могли надеть вчерашнее платье, обрызгаться соусом и не сразу изволить это заметить. Могли до смерти запороть неугодного слугу, вытребовать себе на ночь сразу нескольких смазливых служаночек. Наесться до благородной отрыжки или с великолепной небрежностью разбить в сердцах сервиз из безумно дорогого фарфора. Но никогда, ни при каких условиях, ни под каким градусом они не могли себе позволить одного — стать посмешищем в глазах простых смертных.
Тирриниэль иллс Л’аэртэ — владыка Темного леса и самый могущественный эльф на Лиаре. Вернее, он был таким, пока его не поразил неизлечимый недуг. Единственная его надежда — отрекшийся от престола сын, которого он когда-то собственноручно отлучил от рода. Но шансов на возвращение наследника практически нет. Другие претенденты на престол слабы. В отсутствие сильного владыки Темному лесу грозит катастрофа… Но тут на окраине леса объявляется никому не известный эльф, при виде которого в сердце...
Отступить — это значит сдаться, когда ещё есть надежда.
Тирриниэль иллс Л’аэртэ — владыка Темного леса и самый могущественный эльф на Лиаре. Вернее, он был таким, пока его не поразил неизлечимый недуг. Единственная его надежда — отрекшийся от престола сын, которого он когда-то собственноручно отлучил от рода. Но шансов на возвращение наследника практически нет. Другие претенденты на престол слабы. В отсутствие сильного владыки Темному лесу грозит катастрофа… Но тут на окраине леса объявляется никому не известный эльф, при виде которого в сердце...
— … я не хочу нарушить ритм твоей обычной жизни и сидеть у тебя на шее. Знаешь, со мной всегда полно проблем…
Она попыталась выставить это как шутку, невнятно рассмеявшись. Не выгорело.
— Мой ритм жизни только и ждал, чтобы его нарушили.
Будучи четыре года назад унизительно брошенной своим возлюбленным, Айрис вопреки логике не мечтает о кровавой мести. И все же совет своей престарелой наставницы посетить свадьбу Сета и Таи встречает оправданным сопротивлением. Но что такое желание некогда выкупленной из рабства девушки, которая с тех пор живет на попечении колдуньи, против воли последней? Да будет так! Вот только Айрис не намерена идти на пиршество в компании лишь своего разбитого и беспросветно одинокого сердца. Если уж этот...
Оказывается, когда сильный мужчина не боится показаться беззащитным или смешным, это мило. И иногда можно позволить ему эту слабость. Особенно если он только что спас целый мир и закрыл собой любимую женщину.
Последний этап на пути к Лабиринту оказывается самым сложным испытанием для терпения и воли темного эльфа. Серые пределы, даже обретя хозяина, остаются смертельно опасными для незваных гостей. Дикие хмеры, затаившиеся в чаще пересмешники, плотоядные деревья и ядовитая мошкара… Но они тревожат Таррэна гораздо меньше, чем присутствие Белки. Ее ненависть по-прежнему сильна, а сердце неприступно так же, как и сердце Проклятого леса. Однако, когда перед эльфом встает выбор — спасти мир или маленькую...
Желающего идти судьба ведет, не желающего — тащит.
![Образцов Константин - Красные цепи [Трилогия]](https://topliba.com/covers/742262_100x150.jpg?t=1789587755 "Образцов Константин - Красные цепи [Трилогия]")
Петербург. Загадочный и мрачный, временами безжалостный и надменный, взирающий на суету мира живых с холодной чопорностью мертвеца. Этот город потрясает, завораживает и непрестанно пожирает человеческие жизни, превращая людей в призраков, а призраков делая похожими на людей. За его парадным фасадом в обветшавших коммунальных квартирах, среди лабиринтов серых улиц, в гулких недрах хмурых подъездов и колодцах дворов скрываются сумасшедшие гении, адепты древних культов, извращенцы, лидеры тайных...
Никто не останавливается, чтобы подумать — все бегут. У всех мало времени, потому что вокруг очень много информации, которую хочется употребить, и не потому, что она нужна, а просто так, ради развлечения.
Петербург. Загадочный и мрачный, временами безжалостный и надменный, взирающий на суету мира живых с холодной чопорностью мертвеца. Этот город потрясает, завораживает и непрестанно пожирает человеческие жизни, превращая людей в призраков, а призраков делая похожими на людей. За его парадным фасадом в обветшавших коммунальных квартирах, среди лабиринтов серых улиц, в гулких недрах хмурых подъездов и колодцах дворов скрываются сумасшедшие гении, адепты древних культов, извращенцы, лидеры тайных...
Вся человеческая жизнь в своей неприглядности выворачивается наизнанку, когда по ней проходит борона уголовного следствия.
Петербург. Загадочный и мрачный, временами безжалостный и надменный, взирающий на суету мира живых с холодной чопорностью мертвеца. Этот город потрясает, завораживает и непрестанно пожирает человеческие жизни, превращая людей в призраков, а призраков делая похожими на людей. За его парадным фасадом в обветшавших коммунальных квартирах, среди лабиринтов серых улиц, в гулких недрах хмурых подъездов и колодцах дворов скрываются сумасшедшие гении, адепты древних культов, извращенцы, лидеры тайных...
…Люди, пережившие жизненные невзгоды, лучше понимают страдания других.
Петербург. Загадочный и мрачный, временами безжалостный и надменный, взирающий на суету мира живых с холодной чопорностью мертвеца. Этот город потрясает, завораживает и непрестанно пожирает человеческие жизни, превращая людей в призраков, а призраков делая похожими на людей. За его парадным фасадом в обветшавших коммунальных квартирах, среди лабиринтов серых улиц, в гулких недрах хмурых подъездов и колодцах дворов скрываются сумасшедшие гении, адепты древних культов, извращенцы, лидеры тайных...
Если сомневаешься — не делай, если делаешь — не сомневайся.
Петербург. Загадочный и мрачный, временами безжалостный и надменный, взирающий на суету мира живых с холодной чопорностью мертвеца. Этот город потрясает, завораживает и непрестанно пожирает человеческие жизни, превращая людей в призраков, а призраков делая похожими на людей. За его парадным фасадом в обветшавших коммунальных квартирах, среди лабиринтов серых улиц, в гулких недрах хмурых подъездов и колодцах дворов скрываются сумасшедшие гении, адепты древних культов, извращенцы, лидеры тайных...
…Даже с самыми масштабными проблемами можно справиться, если разбить их на составляющие.
Петербург. Загадочный и мрачный, временами безжалостный и надменный, взирающий на суету мира живых с холодной чопорностью мертвеца. Этот город потрясает, завораживает и непрестанно пожирает человеческие жизни, превращая людей в призраков, а призраков делая похожими на людей. За его парадным фасадом в обветшавших коммунальных квартирах, среди лабиринтов серых улиц, в гулких недрах хмурых подъездов и колодцах дворов скрываются сумасшедшие гении, адепты древних культов, извращенцы, лидеры тайных...