Моя жизнь горька, как огуречная попка…
что прячешь, то и стараются подсмотреть, а если не на виду, но специально не спрятано, то и проходит, будто так и надо.
Ну вот, вот и началась его новая – которая там по счёту? – жизнь. Как и положено. С дороги. Дорога – отличное начало.
Все проблемы разрешимы… Когда их решают.
Лучший экспромт готовится заранее.
одиночество – удел любого человека. Встретить любящего и любимого – свою пару, свою половинку – слишком большая удача. Встретить, узнать и удержать. Слишком много. Три сразу всегда неисполнимо. От чего-то надо отказаться.
— И что? — Гольцев смотрел на Золотарёва, прицельно сощурив глаза. — По какой статье ты его задержишь, Коля?
— Был бы человек, а статью я ему подберу, — отмахнулся Золотарёв.
— Вот разбогатею…
— Это с чего ты разбогатеешь? — засмеялся Эркин. — С колки дров? Или с погрузки?
— А с игры! — Андрей озорно подмигнул Джонатану.
— Игровые деньги ненадёжные, — возразил Эркин. — Пришли легко и уйдут легко. С игры жить — это без дома, без ничего, одним днём жить.
— Это ты прав, — кивнул Джонатан и улыбнулся. — Сам не знаешь, насколько прав.
Джонатан оглядывал стол и сотрапезников. Смеющиеся, подтрунивающие друг над другом парни, блаженствующий Фредди. Да, ужин удался. И Эркин, разумеется, прав. Раз они выжили, прошли по краю Оврага и не упали, значит, победили. И сам он свою схватку с Говардом выиграл. Он выжил и он не один…
Даже король ужинает по-королевски не каждый вечер.
— Разве такому научить можно?
— Научиться можно всему, — убеждённо ответил Эркин.
— Ну, это смотря кто учит, — возразил Джонатан.
— И как учиться, — усмехнулся Фредди.
— Я просто слышал такую… м-м… ну, когда делят, распределяют, ну, по разрядам…
— Классифицируют? — с интересом подсказал Джонатан.
— Да, точно. Так вот, слышал я такую… классификацию. Одних можно убедить, других уговорить, третьим приказать, а четвёртых купить.
— А пятые есть? — спросил Эркин.
— А пятые делают только то, что сами хотят, — засмеялся Андрей.
— Интересная классификация, — усмехнулся Фредди. — Убедить, уговорить, приказать и купить. Интересно. Не слышал раньше.
— Интересно, — кивнул Джонатан. — Стоит обдумать.
— Так в разное время по-разному, — сказал вдруг Эркин. — И смотря кто. И кому.
— Резонно, — Андрей чуть-чуть намёком передразнил Джонатана, переждал общий смех и продолжил: — Но всё-таки что-то у человека главное. Из этих четырёх.
— А если он пятый?
— Такие долго не живут, сэр, — ответил за Андрея Эркин.
Боишься, не делай, а делаешь, не бойся.
— Добрый ты, — упрямо нагнул голову Андрей.
— Какой есть.
— С тобой такое… не по-людски, а ты…
— А что я? Они со мной не по-людски, согласен, так мне что теперь, таким же стать? Раз ты человек, то и будь им. Унижать меня могут, но унижусь я только сам.
Это петь для себя можно. А ругаешься всегда для кого-то.
Ненавидеть вообще - нельзя. Ненависть, как и любовь, всегда конкретна.
Память о погибших не должна мешать жить живым.
Из меня леди как из крокодила овца.
Для посторонних у нас всегда готовы увлекательные истории о собственной силе, но рассказать о своей слабости и боли можно только близкому человеку.
Иногда, чтобы решить сложную задачу, нужно перестать о ней думать. Достаточно только правильно ее сформулировать, верно задать вопросы, на которые хочешь получить ответ, и дать подсознанию время поработать без вмешательства докучливого рассудка.
…Когда умирает вера и уходит любовь, надежда пребывает с нами до конца, а если бы не так, то на земле не осталось бы никого из живущих, потому что только надежда помогает нам нести тяжкий крест жизненных скорбей.
Гораздо проще привить полезные навыки, чем искоренить дурные.
У декана целительского корпуса, что стояла в уголке и старалась не отсвечивать, боясь, что её выставят вон, раскраснелись щеки. Кто бы мог подумать, что такая легендарная личность, как тайный королевский лекарь столь красноречив в ругательствах?! Краснеть-то краснела, а парочку фраз постаралась запомнить. Пригодится! Иной раз так хочется приложить словцом, а словарный запас до обидного скуден.
В какой-то момент тебе тоже придется сделать этот выбор. Поэтому я хочу предостеречь, как мать свою дочь, как женщина женщину. Не отдавай своё сердце тому, кто тебя не любит. Никогда не люби того, кому, по твоему мнению, нужно измениться. И не люби того, кто заставляет тебя чувствовать, будто измениться нужно тебе. Любят не за что, а вопреки.
Император приходит по делам, палач империи – всегда по чью-то душу.