"Нам не страшно, мы не дети, мы еще на этом свете."
– Вот, ари, извольте видеть, это то, что вам нужно, – расхаживая по пустым комнатам первого особняка, частил он. – Замечательный дом. А какой крепкий! Простоит еще не один десяток лет!
Дженкинс хлопнул ладонью по столбику лестницы, и тот угрожающе накренился.
– Не обращайте внимания, мы все поправим, – суетливо произнес агент, пытаясь вернуть балясину на место, а мы с Саймоном переглянулись. – Да-да, непременно поправим, ари. Это сущий пустяк. Не обращайте внимания, ари.
– Вы первая на моей памяти команда, избившая наблюдателя!
– Рефлекс! – отрапортовал Бади.
«Времена, когда вообще нет продуктов, когда надо валом навалить, насытить товаром, чтоб дешево и сердито, – уже прошли. У людей возникло желание получить что-то дополнительное. Делать за разумные деньги покупки, не роняя при этом самооценку, а желательно повышая.»
Замечательно, когда находится человек, готовый сочинить для тебя твою сказку.
Не могу же я всерьез думать, что он ко мне подкатывает! После того, как увидела Свету, поприставать к которой хотелось даже мне, представить, что Максим бы мог всерьез захотеть меня было сложновато…
Я приткнулась в уголок и беспардонно пялилась на эту красивую и богатую парочку засранцев. Почему засранцев? Потому что я тоже хочу быть красивой и богатой!
С тех пор я решила, что если не клеится, то клеить, наверное, и не надо.
Ну, на ближайшие лет пять секса мне хватит, — подумала тогда я. Вслух.
— А ты в следующий раз не будь бревном, может и понравится! — хмыкнул Вася, — И побриться не забудь.
Вася получил по мордасам.
— Богатый жених приди! Оплатишь квартплату — разрешу полапать! Закроешь кредитки — потрогаешь титьки! Поможешь заработать — можешь отшлепать!
Дед не разбирался, кто прав, кто виноват. Приходил, потрясая прутьями лозы, и, нахмурившись, спрашивал: 'отлупить этими вот прутьями или плести будем?'
Лупил дед от души, поэтому корзин и для собственных нужд семьи, и на продажу всегда было достаточно.
Когда тебе причиняют зло, обида закономерна. А Егор желает мне добра, но от его попыток помочь в стократ хуже.
Необходимость принять решение наступает всегда. Вряд ли человек отдает в этом себе отчет, но поступки его продиктованы именно желанием определиться.
Улыбки ректора никогда еще не сулили ничего хорошего, но какую подлость могла предвещать ТАКАЯ счастливая мина?
Когда речь идет о здоровье близких, надо соглашаться на помощь еще до того, как ее предложили!
Вот лет в пятнадцать я искренне считала, что любому нормальному человеку на чужое мнение должно быть плевать, но это я еще не сталкивалась тогда толком с чужим мнением. А вот когда столкнулась, поняла, что либо я глубоко ненормальный человек, либо я глубоко наивным подростком была!
Моя вторая бабуля — пусть земля ей будет дырявым матрацем с торчащими пружинами! — была потомственной ведьмой. Сама она никогда и никому об этом не говорила, но все, кто ее знал, были уверены — ведьма. Эта умела напророчить так, что хрен отмоешься; по выражению глаз составляла профиль личности и незамедлительно сообщала о результатах, причем совершенно бесплатно; рассказывала о прошлом человека в самых цветастых выражениях, точно определяя, откуда он выполз и где повернул не туда… В общем, она так и не призналась до конца дней своих, но все равно мы знали — эта старая гадина точно ведьма.
Нет ничего хуже понимания, что твоя любовь умерла, потому что ты сам её убил.
— Что же касается чудес, то вспомни наши с тобой любимые сказки. Чудеса случаются с теми, кто их заслуживает. А ещё они очень часто создаются чьими-то руками. Помнишь Грэя и алые паруса? Вот и Дед Мороз, Кир — это такая игра, в которую играют и взрослые, и дети. И он существует, пока ты играешь в эту игру.
Есть в этом словосочетании что-то изумительно прекрасное: бывшая свекровь. Почти как «свобода попугаям»!
— О да! Ты мужчина. Тебе можно быть козлом блудливым. Так?
У нас тут все по-пролетарски – надо что-то, возьми и сделай.
— Что именно вы хотите узнать?
— Все. Желательно по порядку, но можно и вразброс.
Взяла и в сердцах пнула его по ноге М-де… Муравьиные брыкания слону нипочем.
Я не злопамятная, просто злая временами, да и на память не жалуюсь.