В чужой земле успеха добьётся лишь тот, кто чего-то стоил у себя дома.
Ничто не вызывает у людей большего интереса, чем человеческая трагедия.
Дом там, где вас любят. Вот и вся мудрость
Она тоже всегда старалась объяснить Дэнни свою позицию, а не прибегать к беспроигрышному варианту типа "потому что я так сказала", хотя эти слова иногда и срывались с губ, когда он доводил её до белого каления. Её сын был хорошим ребёнком, но это не означало, что он никогда не выводил её из себя.
В отсутствие известных, надежных способов контроля рождаемости “женщины не могли себе позволить наслаждаться сексом. Этот риск делал удовольствие слишком дорогим”. Викторианские женщины стали сексуально сдержанными, чтобы контролировать фертильность, утверждает Кук: “…это отчаянное положение могло быть сдержано только введением культуры подавления сексуальности и эмоций. Сначала женщины подавляли себя по собственному желанию, а потом… стали воспитывать в этом духе последующие поколения”. <...> Только с повышением доступности надежной контрацепции в начале XX века стало наблюдаться все более расслабленное отношение и растущее признание существования и важности женского сексуального желания, которое расцвело с внедрением противозачаточных таблеток и сексуальной революцией. Впервые в истории женщины смогли присоединиться к мужчине в сексе без риска долгосрочных последствий.
Люди ведь — существа беспечные. Слушают себе музыку, читают книжки, моют посуду — думают, ничего не может случиться. Если их в такой момент не охранять — пропадут. Тяжело одно: иногда хозяева уходят в туалет или в ванную комнату и там закрываются — приходится сидеть у двери и страдать оттого, что хозяин без присмотра.
Из атласа мира Андре и мейеровской энциклопедии высовывалось так много листочков, что, казалось, изнутри в них прорастали новые страницы.
– Береги себя, – бросил напоследок друг на языке горцев. – Возвращайся к нашему костру. Хан кивнул, хоть и не знал, окажется ли в Оденском броде когда-либо вновь.
Был ранний осенний вечер, и зима уже возвещала о своем приближении, цепляясь темными пальцами за дни и угрожая длинными ночами.
... не люди бегут от жизни, потому что она скучна, а жизнь убегает от людей, потому что они мелки.
Жалоба и вера, и скорбный напев, отчаяние и ликование, но в основном здравый смысл и хмельное безразличие тяжелой поступью выходят из окон в любое время суток последние пятьсот лет.
— Будущее туманно и обманчиво. Мы строим на его зыбком песке свои надежды, забывая, что каждое слово, каждый наш вздох меняет грядущее. Прошу вас помнить об этом, И-горь. А также не забывать, что здесь, — он приложил руку к груди, — нет места для всего вашего народа, зато найдется место для друга.
Зря молодицы лили слезы, идя под венец: горевать и выть следовало не тогда, а много позже — всякий раз, когда их мужья и дети отправлялись в Лес
Человек молод или стар в зависимости от того, каким он себя ощущает.
Только мне известно, что мой "молниеносный" успех был достигнут после 78 000 сообщений в "Твиттере", 150 000 сообщений в других социальных сетях, 13 000 выступлений, 1100 статей, 700 интервью, тысяч трансляций через Интернет в прямом эфире, после 4 500 000 километров перелетов и один бог знает, после скольких холодных звонков. Именно на этом пути проб и ошибок я и набрался опыта, который позволил мне "взлететь" до небес успеха.
Лучше уж упасть плашмя при попытке чего-то добиться, чем вообще не попробовать из-за своего стремления добиться совершенства в первый раз (чего все равно не будет).
Нечего и говорить, железные дороги - чудесная штука. Ездить можно быстро, да и народ становится от них как будто умнее... Звери, однако, остаются зверьми, и какую бы хитрую механику ни выдумали люди, все-таки звери от нее не выведутся.
- Ллана,ты вообще в курсе, что люди в брачную ночь занимаются другим? – уточнил обреченно. - То нормальные люди, а то мы, - фыркнула я.
Чтобы как можно сильнее уязвить мужчину, надо нанести удар по его самолюбию, чтобы уязвить женщину – по ее привязанностям.
Райве при всем своем старании не могла припомнить ситуацию, в которой мужчине было не до женщины. Воспитанная в строгой убежденности, что только женщина является светом души для мужчины, она чувствовала свою ответственность за его эмоциональное состояние. Все-таки муж… даже если и блондин.
Кто же больший монстр - сам убийца или общество, что побудило его стать убийцей?
– О чем ты думаешь, малыш?
– О небе.
– Вот еще. Нужно думать о земле, а не о небе. Или ты, совсем младенец, уже устал от жизни?
– Нет, но ведь небо лучше земли, так все говорят.
– Только не я! Один и тот же Бог сотворил и землю, и небо, а значит, там ты найдешь те же изъяны, что и здесь.
Когда кто-нибудь умирает, настает всеобщее оцепенение – до того трудно бывает осмыслить вторжение небытия, заставить себя поверить в него.
Путь мести редко приводит к хорошим результатам.
Когда нас томят печаль и тревога или угнетают чувства, которые мы вынуждены скрывать, не ища и не находя ничьего сочувствия, и в то же время не в силах совсем подавить, мы нередко ищем утешения в поэзии — и обретаем его то ли в чужих излияниях, которые словно выражают наши собственные муки, то ли в наших собственных попытках дать выход этим мыслям и чувствам в стихах, быть может и менее музыкальных, но зато более подходящих к случаю, более созвучных нашему душевному состоянию, а потому обладающих большей властью успокаивать или облегчать измученное, переполненное болью сердце.
- Какой чудесный бал! - сказал он графу. - Просто не налюбуешься. Чего тут только нет!
- Мысли, - отвечал Альтамира.