Зверь возлежит на ложе, закинув руки за голову, хвост свисает на край и мерно покачивается. Когда взгляд скользнул по зарослям внизу живота, оборотень ухмыльнулся во все, не знаю, сколько у волков зубов. Язык высунулся и смачно облизнул щеку до самого глаза. Пришлось сглотнуть и сделать несколько глубоких вдохов, чтобы подавить тошноту.
– Осторожнее, – предупредил Герман. – Вы все-таки живая.
– И мне очень нравится такой быть, – согласилась я.
Он сдержанно ухмыльнулся, объятия стали крепче, а у меня зачесались пальцы от противоречивых желаний позволить демону делать все, что угодно, и одновременно стукнуть меж рогов.
– Угу. Вроде герой новичок, но потом делает все наперекор и оказывается молодцом. Видимо, я не молодец.
– Давай вот что выясним. Ты великолепен, и прекрасно знаешь, как действуешь на женщин. Но раз меня затянуло в этот мир, позволь разобраться что с ним делать. Так что держи свои хвосты в штанах. Может для других ты демон похоти и блуда, но я не готова сейчас к такому. Короче, отстань от меня и делай свою работу.
От злости пнула камень, который пролетел немного по воздуху и врезался в колесо одной из припаркованных машин. Мигнула сигналка, и я слегка испугалась. Вдруг сейчас выскочит какой-нибудь неадекватный и начнет орать.
Ройла я запихал в отдельную камеру. И даже – оцените мое благородство! – бросил ему туда тряпку и ведро с водой. А то пахло от благородного лорда так, что мухи на подлете облизывались.
— Куда мы направляемся?
— В небо.
Трясу головой. А потом встаю из своего Очень Начальственного Кресла, подхватываю карамельку и усаживаю на Очень Начальственный Стол.
... притягиваю её к себе так близко, будто решил стать её сиамским близнецом - и хрен вам, а не операция по разделению.
Но Зимин явно не человек. Он инопланетянин, который решил довести земное существо до отключки.
- Я ведь понимаю, что не соответствую Артему... как Зимину. Ладно бы хоть эскортом была или прожигательницей жизни - ну там выйти замуж за миллионера, поставить статус «не в деньгах счастье» и постить каждый день фотки с яхты с бокалом шампанского. Но я… мне что-то другое нужно. И хочется. Хочется пусть и не подняться на его уровень, но встать хоть на какую-то ступень. Обрести собственную уверенность…
— Я больше не буду.
Да, мне тридцать семь лет, но я не знаю, что еще можно сказать.
— Так может проще дать, чем объяснить, почему нет?
Легче всего стать зверем.
Чтобы стать человеком, надо подчинить себе зверя.
Чтобы стать драконом – надо остаться человеком.
И не успели его глаза округлиться, как я от души приложила его костью. Раз!
И два! И три!
Я существо хрупкое, как приложу, так только хрупнет.
Да и ребята знают, что оторву все торчащее и стоящее. И это будет вовсе не хвост.
Полнолуние.
Время, когда сладко поет волк, когда пенится кровь в жилах и лапы несут тебя по лесу так, словно превратились в крылья.
Лес – это проклятие и дар нашего королевства. Там растут травы и деревья, которых нигде больше нет, там водятся удивительные животные, там очень любят людей и готовы жрать их три раза в день. Только зайдите, как говорится.
В конце концов, разве молодость дана не для того, чтобы совершать ошибки? Если не в молодости, то когда?
Странно, как случается порой в жизни: тебе и в голову не приходит задуматься о проблеме, а потом кто-то поднимает вопрос, ранее тебя вовсе не интересовавший, – и ты чувствуешь беспокойство, словно срочно необходимо принять важное решение.
Каждый строит свою жизнь так, как считает нужным. И разрушает ее по тому же принципу.
В буддийских монастырях унижение – первый шаг к просветлению: если ты прошел через унижение и пренебрежение, научившись стойко сносить их, то, следовательно, готов к перерождению.
У каждого человека в душе живет исследователь, но собственная наша лень заставляет его сидеть тихо на самом «дне» души и не высовываться!
То, что ты не видишь врага, вовсе не означает, что и он ослеп.