В общем, красиво обозвать в меню можно даже пареную репу, так, что она и на вкус явится райской амброзией. Это лишний раз доказывает, что мы все — жалкие рабы маркетинга.
Большой дурак всегда ругает меньшого
...если я не постыдилась совершить поступок, почему же мне краснеть, признаваясь в нем?
Хорошо исполняет свои обязанности только тот, кто их любит, а любить свои обязанности всегда могут только люди, у коих есть чувство чести
Насчет возможности свихнуться. Могу вас заверить, что я легко становлюсь мрачной, как русский роман. Ах, ради Бога, не будем говорить о русских!
Бывают такие минуты, когда жизнь вдруг переходит на другую скорость – все начинает лететь, лететь и меняется быстрее, чем успеешь заметить.
В XX веке считалось, что мозг растет лишь до определенного возраста — до момента полного созревания человека, а дальше остается в том состоянии, которого успел достичь. Последние исследования опровергают это: нейрогенез (образование новых нейронов, которые помогают нам думать, запоминать и учиться) продолжается всю жизнь. Стоит только начать «прокачивать» свой мозг — и вы увидите прогресс.
Я плохо представляю, что происходит с людьми: они учатся не путем понимания. Они учатся каким-то другим способом - путем механического запоминания или как-то иначе. Их знания так хрупки!
Адреналин может помочь увеличить силу, улучшить внимание и реакцию. Но только если ты управляешь собой.
Я хотела просто жить, любить, становиться актрисой и вообще другим человеком. Прежде всего — свободным.
Мужество всегда вызывает уважение, даже если это мужество врага.
Не философы, а собиратели марок и выпиливатели рамочек составляют становой хребет общества.
Щедрые люди щедры во всем.
Никогда не клянитесь в вечной любви, она бывает только к ушедшим в мир иной. Между живущими такая невозможна, чувство все равно перерастает либо в уважение, либо в привычку, либо в ненависть. Но у каждого в жизни должна случиться сильная любовь. Хоть на несколько лет, на несколько часов, хоть на миг, но должна. Те, кто ее не испытал, — душевные импотенты.
Он думал о том, какую цену год за годом взыскивает с человека земля; а сама осталась, какой была - разве только чуть оскудела, чуть скупее стал урожай. Ничего не изменилось. Их жизни были растрачены на безрадостный труд, их воля была сломлена, ум притуплен. Теперь они лежали в земле, которой отдали жизнь; и постепенно, с годами, земля их примет.
Насильно даримое добро в любой момент может обернуться злом. Поэтому даже из лучших побуждений иногда разумнее отступить.
Он мог делать только что-то одно.
Держал её — целовать не мог. Целовал её — видеть не мог. Видел её — осязать не мог.
Я человек военный и понимаю, нельзя, значит нельзя. Другое дело, что вокруг человека во все времена всегда было много этих самых «нельзя», а также большое количество всяких ограничений, запретов и прочих заборов, но гомо сапиенс всегда находил возможность обойти все эти красные линии
«сам не понимал того, как искажается и окрашивается прошлое, видимое сквозь призму скверного настроения.»
С этого дня я стал Фомой недоверчивым.
То есть я пожалел, что когда-либо бывал доверчив. Что поддавался одной из страстей разума. Доверчивость — это страсть.
Недоверчивый Фома не то чтобы ни во что — он верит не во всё. Он верит в первое, а во второе — лишь в той мере, в которой первое вытекает из второго. Недоверчивый близорук, методичен, далеко не загадывает. Если даны две взаимопротиворечащие вещи, верить и в ту и в другую, предполагая гипотетическую третью, которая из объединяет — это уже доверчивость.
Деньги не выйдут из моды никогда.
Я сделаю тебе предложение от которого ты не сможешь отказаться
И когда после этого Кобиелла решил сыграть черву без двух и сказал: "Двадцать семь", а потом: "Тридцать", даже не сказал, а пробулькал, причем глаза у него то и дело шли враскос и в правом плече у него сидело нечто такое, что просилось наружу, вздрагивало, проявляло бессмысленную живость, а потом наконец смолкало, но зато не удерживало больше Кобиеллу от падения вперед, отчего поехала корзина, полная писем и с мертвецом без подтяжек, когда Ян одним рывком задержал и Кобиеллу, и корзину, когда Кобиелла, чей уход снова был приостановлен, наконец прохрипел: "Черва без прикупа", а Ян смог прошипеть: "Контра", а Кобиелла проговорить: "Ре", Оскар понял, что оборона Польской почты прошла успешно, что те, кто сейчас наступает, уже проиграли едва начавшуюся войну, пусть даже в ходе ее им удастся захватить Аляску и Тибет, острова Пасхи и Иерусалим.
У неквалифицированного рабочего, зарабатывавшего десять долларов в неделю во время горячки и пять во время застоя, все зависело от его возраста и величины семьи. Холостяк мог откладывать деньги, если он не пил и думал только о себе, то есть оставался глух к просьбам престарелых родителей, маленьких братьев и сестер и другой родни, а также к просьбам членов своего союза, приятелей и всех тех, кто умирал голодной смертью рядом с ним.
И что не так с этим мужчиной? Красавица, умница, любит его до безумия. Вот не ценят хороших женщин, а потом будут локти кусать.