Для женских личиков, розовых, свеженьких, тридцать лет обыкновенно почти беда: розы переходят в багровые пятна, глаза тускнеют, черты еще более пошлеют. Но не то бывает с осмысленными женскими физиономиями, под которыми таится духовная красота. В этом возрасте присутствие ума, чувств, некоторой страстности - все это ярче и больше начинает в них выражаться...
«Не старайтесь поддерживать светскую беседу, Сай. Не надо меня развлекать. Тут так уютно, что хочется насладиться покоем, ни о чем не думать…»
В час беды друзья разлетаются быстрее, чем ласточки перед холодами.
– Слушай, Лакки, как странно, – подал голос Бигмен, – если подумать, что когда-то, давным-давно, люди сидели на Земле, как в курятнике, И никуда оттуда выбраться не могли. И ничегошеньки не знали ни о Марсе, ни о Луне. Жуть какая-то, если представить.
Надоело мне слышать, что для счастья достаточно хлеба с водой. Недостаточно! Хлеб должен быть с маслом и с колбасой хорошей. С икрой, наконец. Сколько можно бедностью гордиться?
Помощь, после которой человеку хочется извиниться за свое существование, - это не помощь, а плохо замаскированное самолюбование.
Иудейско-христианское наследие создало западную цивилизацию, и мы должны быть за это благодарны. Но церковь, которой они служат, умирает. Вот я смотрю на «Страшный суд» и пытаюсь хоть как-то понять смысл, который эта картина имела для мужчин и женщин пятнадцатого столетия. Если жизнь тяжела, коротка и полна страданий, нужна надежда на рай; если не работает закон, в качестве сдерживающего фактора нужен ад. Церковь утешала и просвещала, она показывала картинки, рассказывала истории и давала надежду на вечную жизнь. Но в двадцать первом веке уже иные вознаграждения. Например, футбол. А что? Там тебе и церемонии, и красочность, и трагедия, и чувство принадлежности. В футболе есть первосвященники, даже мученики имеются. А ведь есть еще шопинг, изобразительное искусство и музыка, путешествия, алкоголь, наркотики. У каждого свои способы удержать на расстоянии эти два кошмара человеческой жизни: скуку и осознание смертности. А теперь – да поможет нам Бог – появился Интернет! За пару кликов ты получаешь доступ к порнографии. Если хочешь найти шайку педофилов или сделать бомбу, чтобы взорвать людей, с которыми не согласен, валяй – тебе открыты все пути. Это бездонный источник информации, кое-что даже правдиво.
Даже если участвуют многие, виноват всегда один.
То, что все мы постоянно тянемся к светлому и возвышенному, не мешает нам время от времени оттягиваться грубо и примитивно!
Я решительно не отрицаю, что среди мусульман есть много и очень много хороших добрых людей. Но обратимся же к элементарной логике. Что разумнее: признать, что хороший человек заблуждается, или признать заблуждения верными потому, что их разделяет хороший человек?
Сломать часы может и младенец, а вот чтобы сконструировать часовой механизм, требуется специальное мастерство.
...мгновенная смерть была милосердием. Единственным милосердием, которое смертные могли получить от тех, кого сами нарекли богами.
Какова бы ни была причина вступления в брак – ради стабильности или денег, ради бегства или детей – это сделка между сторонами. Сделка, условия которой известны только им.
Если старое выгорело, нужно просто вдохнуть новое. Дышать пламенем. Дышать временем. И гореть не дровами, но звездой.
С самого начала чувствовала, что с этой поездкой будут проблемы. Меня ожидала та ещё неделька, и дело было не в том, что я проводник в Тринадцатом, который коллеги называют проклятым, а в моих необычных пассажирах
Помощь тем, кто в ней нуждается, даже если они это отрицают, никогда не бывает напрасной.
Вы не должны каждый день чувствовать, что это ваш день, но вы должны поступать, как будто это именно так.
Умереть не значит исчезнуть навсегда. Смерть - это лишь повод сменить личину.
...В напряженном молчании они доедают десерт, по очереди принимают ванну и чинно, как два осточертевших друг другу за долгую совместную жизнь пенсионера, укладываются каждый на своем краю кровати. Перед тем как выключить свет, Арс мстительно замечает, что Маня выглядит сбитой с толку. Кажется, в народе такая позиция называется «назло кондуктору пойду пешком». Но заварив эту кашу, делом чести становится доварить ее до конца. Идиот…
Те, кто не был в Одессе, могут представить эти греческие дворы с чужих слов, но никогда не поймут, в чём их прелесть. Надо увидеть такой двор или пожить в нём хоть несколько дней, чтобы это понять… Это прямоугольные внутренние дворы, окружённые со всех сторон старым двухэтажным домом. Единственный выход из этих дворов — подворотня на улицу. Все комнаты и квартиры из обоих этажей выходят на старые деревянные террасы и такие же деревянные лестницы.
Террасы тянутся вдоль стен дома, шатаются и скрипят. Они служат прямым и самым оживлённым продолжением комнат и квартир. На террасах жарят на керосинках скумбрию, готовят икру из «синеньких», купают детей, ссорятся всем домом, стирают бельё в пышной пене, гладят, а ночью даже спят «в холодке».«Встреча с Олешей»
Ежедневный опыт подтверждает, что то, от чего рассудок уже давно отказался, заставляет сердце биться еще много лет.
Четыре утра — самое мертвое время суток.
Невозможно объяснить и растолковать до конца характер другого человека
Ты же знаешь, что слова, любые слова — это только плохой перевод с оригинала. Всё происходит на языке, которого нет. И вот те несуществующие слова — настоящие.
Я посмотрел в зеркало. Вообще-то я себе нравлюсь, только не в зеркальном отражении. Оно на меня не похоже.