Ми можемо контролювати те, що думаємо і що відчуваємо.
Солнце всё меняет.
жизнь вообще дается людям не для них самих, а жизнь эта необходима для упомянутых Высших Космических Целей, вследствие чего Великая Природа охраняет эту жизнь так, чтобы она протекала в более или менее сносной форме, и заботится о том, чтобы она не прекращалась преждевременно.
Разве мы, люди, сами тоже не кормим, не охраняем наших овец и свиней, не присматриваем за ними и не делаем их жизнь как можно более удобной?
Разве мы делаем все это потому, что ценим их жизнь ради их жизни?
Нет! Мы делаем все это для того, чтобы в один прекрасный день заколоть их и получить нужное нам мясо пожирнее.
Таким же образом и Природа принимает все меры, чтобы мы жили, не видя ужаса, и не вешались, а жили долго; а потом, когда понадобится, Она закалывает нас.
Принимая свою неготовность измениться, вы можете реально взглянуть на свою жизнь и начать создавать новый мир вокруг себя. По крайней мере, попробовать.
Приятно сознавать, что твои задумки исполняются. Но еще приятнее, когда это происходит без лишних усилий с твоей стороны.
Однажды ночью, пробудясь от тревожного сна, Кассини услышал, как первые строчки «Ада» Данте «металлически грохочут в подсознании: “Земную жизнь пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу”». На этих жутких словах по моим рукам пробежал холод. Я понимала, что речь идет о «кризисе среднего возраста». Но тут возникло ощущение, что мы всегда были и будем в середине нашего жизненного пути — возможно, до самой смерти.
«Богатые» - жестоки, но «бедные» - неправы, когда они жалуются на эту жестокость: ибо не богатые создают нищету бедных, а бедные создают богатство богатых.
Наша память - ужасно странная штука. Такой огромный шкаф с ящиками, забитый чем попало. Лишние знания, бесполезная информация, бредовые мысли забивают этот шкаф сверху донизу. А чего-то действительно важного не раскопать, хоть тресни.
Файер думала, что у неё было два отца, которые полностью противоположны друг другу. Но, даже понимая, что её злой отец был способен на доброту, она никогда раньше не допускала мысли, что её добрый отец может быть способен на жестокость и бесчестие.
Внезапно она поняла, что бесполезно судить о вещах вот так, в чёрно-белом цвете. Простых людей в этом мире не бывает.
Нет человека, нет проблемы.
Общение с людьми совращает к самоанализу.
Слагаю с себя все мыслимые и немыслимые полномочия. Дайте человеку спокойно лечь и умереть.
Ах ты ж дьявол, я ведь теперь нечеловеком считаюсь... Не дадут.
Конечно, знал он, старый полярный волчара, что всякое бывает. Капитан Скотт не дотянул до склада с продовольствием нескольких километров - это из самых известных примеров; Витька Звягинцев на мысе Шмидта замерз в пургу, обняв столб с оборванными проводами, в тридцати шагах от дома; гибли другие полярники, отдельные люди и целые экспедиции, когда до спасения оставался последний рывок. Но знал Гаврилов и главную причину их гибели: они теряли надежду, а вместе с ней - последние силы и волю к борьбе.
Загадочно пропавшая служанка нашлась в течение десяти минут, с должным трепетом предстала перед госпожой и огребла за себя и за того парня. Под действием все того же сорельского Ольга позабыла о смущении и дала волю языку, так что Эльвира только успевала поддакивать. По окончании воспитательной процедуры бедная служанка в полуобморочном состоянии ринулась исполнять свои обязанности, ни минуты не сомневаясь в реальности всего, что ей только что было обещано. А обещано было много. Помимо таких банальностей, как уволить, высечь или доложить лично королеве, увлекшаяся Ольга посулила пристрелить бедняжку из того самого пистолета, о котором так много говорили при дворе, продать в рабство в Белую Пустыню и отдать на поругание трем дюжинам мистралийцев. Затем подруги переместились к Эльвире, куда приказали подать еще бутылку сорельского, а проникшаяся должным уважением к своей госпоже служанка принялась в поте лица отрабатывать жалованье. Попутно она ломала голову, пытаясь понять, как выглядит «плод любви шимпанзе с Чебурашкой», которым ее обозвали, кто такой «ударник коммунистического труда», коего из нее обещали воспитать, и какова на вкус загадочная «хлорка», которой ее грозились накормить.
Любовь - лучшая учительница языка.
Если вам приходится уговаривать человека любить вас, это не любовь. Если вам приходится выпрашивать уважение, вас никогда не будут уважать. Если вы вынуждены доказывать, что вам можно доверять, настоящего доверия нет и не будет.
В счастливых семейных парах есть что-то неприличное. Им никто не нужен, они никого в свой мир не пускают.
— А–а–а! — заорал тем временем мужик и резко присел, раскинув в стороны лапищи. — А–а–а!
Васька сразу же вспомнила фильмы про зэков. Обычно в тюремных камерах так вели себя паханы. Осталось только рубаху на груди рвануть.Стоит признать, на миг стряпуха обмерла. Поскольку по всему выходило, что тут собирались либо порвать кому–то пасть, либо выколоть моргалы. Раз уж Зария боец никакой, то сначала, наверное, пасть должны порвать ее заступнице, а моргалы чуть попозже выколют чернушке. Но пока Лиса тормозила и печалилась о грядущей участи, чей–то холодный голос отчеканил:
— Ты чего, козёл, тут приседаешь? В нужник, если приспичило, сходи. И клешни свои сложи.
С удивлением и ужасом следовало признать, что произнесла эту потрясающую речь… сама Василиса Евтропиевна.
Козёл, надо сказать, опешил. Поразительное дело, он даже не обратил внимания, что ростом говорящая едва доходит ему до плеча.
Счастливо вздохнув, Айрис устроила голову в ямке чуть ниже левого плеча Луиса и стала слушать, как бьется его сердце.
Последний пилинг лица ему сделали около года тому назад. Тогда два здоровенных словенца проволокли его лицом по асфальту на автостоянке при автостраде.
Думается, что если бы я решила писать книгу, то это была бы не научная монография, не роман о страстной любви и не биография отца о том, как он спился с пути. Нет. Это было бы практическое пособие в духе «Как сгладить неловкость, если засмеялся на похоронах, а они твои». Потому как ужасающе большое число неловких моментов, в которые я умудрилась попасть за свою жизнь, продолжает увеличиваться и после
Если постоянно оглядываться назад и лелеять обиды, счастливой не станешь. Время многое сгладило, и он действительно старается.
– Я вообще не мягкая и совершенно не покладистая, – снова пожала я плечами. – Ваши шпионы ввели вас в заблуждение. Хуже того – я вспыльчивая, своенравная, обидчивая и не всегда спокойно реагирующая на некоторые действия в свой адрес. – И я улыбнулась.
Твое «я» он не трогает. Он тебя не подавляет, а всего лишь направляет. Уступай в мелочах, чтобы последнее слово было за тобой.
Глупо жалеть о прошлом.