Ремезов построил Приказную палату так, что на втором ярусе были три покоя: Крайний, Тронный и Передний. Тронный покой Бибиков превратил в свою обер-комендантскую камору, в Крайнем покое за замком хранилась пушная казна, а в Переднем покое, самом большом, находились повытья. Здесь за столами тесно сидели дьяки и подьячие. Дьяки ведали каждый своим повытьем, но какое мужицкое дело к какому повытью относилось – знали только черти и обер-комендант. Дьяк Баутин командовал всеми слободами на Ишиме. Дьяк Неелов учитывал доходы с рыбных песков на Оби. Дьяк Пупков занимался кружечными сборами на храмы и татарами Барабинской степи. Дьяк Волчатов записывал и облагал раскольников и брал соляной налог с Исети. Дьяк Илья Квасников считал хлеб для беломестных казаков на Тоболе и следил за скотным торгом в Тобольске, а дьяк Никола Квасников отвечал за казённые дощаники на Иртыше. Подьячий Минейка Сквозняк держал на своём столе сметы припасов и выплат ружейного двора мастера Никифора Пилёнка с его подмастерьями. Распутать клубок дьячих дел не смог ни один тобольский воевода, начиная с самого князя Юрьи Еншина Сулешева, который завёл в Тобольске первую приказную избу. Хитрые и вороватые дьяки давно жили своим особливым бесстыжим царством.
— Твоя душа уникальна. Создатель трудился над нею не для того, чтобы ты ломала себя. Твоя цивилизованная часть взбунтовалась против того что творит первобытная половинка, она не смогла вынести этого и вот результат. Утеряна гармония. Инь и Янь. Свет и Тьма. Добро и Зло. Вадий и Ирий. Ангел и Демон. Всегда рядом, всегда дополняя друг друга. Без солнца нет тени. Ты этого пока не понимаешь и пытаешься делить душу на два цвета. Что может быть хуже? Это самая большая награда для живого — быть собой. Принимать решения, позволять себе ошибаться, бороться и побеждать, созидать и разрушать. Вам дан выбор. Помни об этом.
Одно из условий взаимопонимания влюблённых – чтобы их прочитанные книги совпадали, если и не один в один, то чтобы среди них были общие, из чего, кстати, следует, что будут и книги, которых оба не читали. А раз на этом основано взаимопонимание, нужно с самого начала соответствовать ожиданиям любимого существа, показав, что ваши внутренние библиотеки тоже близки.
- Ооо, - протянула я, - не видел ты меня в пятнадцать... Я была шикарна...
- Да? - явно заинтересовался Ирдэран.
- О, да, - подтвердила я. - Сто пятьдесят килограмм сплошных мышц. Волосы на башке под ноль. Груди ноль. Мозгов... да если так подумать, то тоже ноль, но я всё равно была шикарна.
Как заставить людей почувствовать себя богаче при низких зарплатах? Предоставить им дешевые кредиты.
Событие, в котором каждый вправе ожидать открытия смысла своей собственной жизни, то событие, которое я, может быть, еще не нашел и на пути к которому я ищу самого себя, не дается ценой работы.
— Я хочу умереть.
«Чем открыть тебе мою боль, лучше умереть».
И тогда он снова услышал голос отца: «Веди себя как мужчина».
Поднимаясь по лестнице в свою комнату, он уже ничего не чувствовал.
Руки плясали в воздухе, изгибались и сплетались, демонстрируя кинематику придуманной Найджелом аварии.
«– И благослови тебя бог за это. Ты всегда пыталась возражать против этой проклятой женской черты – против инстинкта супружеской, чопорной респектабельности, которая служит опорой всей культуры, еще не упадочной, ведь культура не приходит в упадок, только пока она еще рождает таких неисправимых, непоколебимых, как ты, – тех, кто имеет смелость нападать, и противостоять, и возражать»
Вокруг было так тихо. На противоположном берегу красиво и печально куковала кукушка, отчего человек становился как-то добрее.
— Это какая-то шальная кукушка, — сказал Оскар. — Лето кончилось, и ей пора превращаться в ястреба, неужто она этого не знает?
Оскар сидел на берегу и брился, глядя в осколок зеркала, который он достал из своего волшебного рюкзака.
— А у нас в школе учительница говорила, что это только суеверие, будто после середины лета кукушка становится ястребом, — крикнул Расмус из воды.
— А ты докажи! — предложил Оскар.
— Докажу! Ведь ты, Божья кукушка, не становишься осенью Божьим ястребом.
— Нет, тут уж ты прав. — Оскар закончил бриться, достал латунную расческу и стал причесывать свои кудрявые волосы. — Ястребом я никак не стану.
“Скоро дождь пойдет, Скоро снег пойдет, И вся листва с деревьев На фиг упадет.”
Не спеши. Никогда. Не нападай первой, если не уверена в абсолютной ничтожности своего противника. Ты знаешь свои слабые стороны, он – нет. Присмотрись, проверь и тогда уже реши, что делать в первую очередь. Если соберёшься атаковать, атакуй только тогда, когда будешь знать наверняка, что твой удар настигнет цель. Измотай противника морально и физически, отвлеки и только тогда бей.
У меня порой создается впечатление, что она даже себя любит не так сильно, как деньги.
Бриджит еще долго стояла на месте, не догадываясь, что за ней наблюдают. Ее губы были плотно сжаты, так что рот стал похож на жесткую, прямую линию, а глаза, казалось, пристально смотрели сквозь стену дома, куда-то вдаль. Лицо было пустым, как разбитое сердце, и хотя Пташке хотелось ее поддержать, она в то же время понимала: никто не должен узнать, что ей довелось видеть эту немолодую женщину в момент столь глубокой и страшной душевной наготы.
– Главный секрет твоего обаяния состоит в том, что ты нас идеализируешь, – сказал Шурф. –И меня, и этих ребят, и вообще всех, кто хоть сколько-нибудь тебя заинтересует. И делаешь это настолько убедительно, что мы тебе верим. И даже отчасти превращаемся в удивительных незнакомцев, великодушно выдуманных тобой ради обретения какого-нибудь дополнительного, одному тебе необходимого смысла.
мы можем вершить свою судьбу своими же попытками ее избежать. Более того, как только нам начинает казаться, что мы сбежали, мы, на самом деле, не осознавая того, со всех ног бежим навстречу тому, чего так боимся.
"... женщине растить мужчину до своего уровня сложнее. Да и не надо. Пусть сам растет. Когда вы заботитесь о его росте, вы выступаете, как мамочка. А когда он вырастет, то он вас бросит. Как дети уходят от родителей. А потом начинаются жалобы: он такой-сякой, с моей помощью институт закончил, стал директором фабрики, а потом меня бросил! Берите готовую продукцию, а не полуфабрикат..."
А почему люди так поступают? Зачем они мучают друг друга? Потому что реальность так устроена. Она не дает людям быть транспарентными. Она все шифрует.
Он так-то вообще очень добрый и терпеливый,если напомнить,что ты девочка и тебя надо беречь.Жалобный взгляд,полный непролитых слёз,действует на него безотказно и почти полностью лишает воли к сопротивлению.
Решение всякой проблемы начинается с ее понимания. Чтобы победить, нужно знать своего противника и себя, чтобы иметь шансы пятьдесят на пятьдесят — достаточно знать только себя. Но если твой противник — твои же недостатки, то незнание врага оборачивается незнанием себя самой, и тогда ты обречена вечно получать поражения и неудачи из собственных же рук.
...преданные государю вояки и вольные разбойники - сами себе хозяева, уже перешли пределы карт: с расчерченных листов шагнули на чистые страницы, чтобы кровью и потом нанести на них собственную географию. К началу 17 столетия территория современной России на три четверти была сплошным "белым пятном". Рисуй, сколько душе угодно.
Если на подавление литературы выделяются крупные суммы - это верный признак того, что в данной стране литература действительно играет важную роль.
— И чего же именно надо бояться? — поинтересовался Эридан.— Э-э-э… а вы точно хотите знать? — уточнила я.Ирас вздохнул, и я встретилась взглядом теперь с королевой Изабеллой, которая открыто и радостно улыбалась.— Хотим, — ответили родители принца хором.— Ну, вы можете казнить, посадить в тюрьму и… силой выдать замуж, — выпалила я.— И почему ты последнее считаешь наказанием? — возмутился Ирас.— Так я же кому-то достанусь, поэтому можно заранее начать переживать.
Человек вечно спешил, он взлетел слишком быстро и слишком высоко. Так высоко и так быстро, что многое потерял. Прошел мимо вещей, которые нужно было изучать годами. Он еще схватится за голову и вернется к их изучению через много, много веков. Да, когда-то придется пройти по собственному следу, чтобы понять наконец-то, мимо чего прошел когда-то; он еще удивится – как же мимо этого можно было пройти?!
А усилить слабака — значит, превратить его в злопамятного монстра, настроенного на разрушение...