Полагаю, мы, умирая, превращаемся в прах. Но в том, что мы живем, что мы на что-то оказываем влияние, что мы передаем гены нашим детям, конечно, есть смысл. У нас есть одна жизнь, чтобы оценить великий замысел Вселенной, и за это я чрезвычайно благодарен.
Воздвигнутые стены были разрушены, наступил мир, прошли выборы, и снова вернулась война. Социализм был разрушен теми же, кто его созидал. Из пепелища возродился капитализм, ещё более дикий. Личности, которые всего несколько месяцев назад яростно клеймили буржуазную демократию на семейных обедах, торжествах, митингах и в газетных статьях, теперь выгуливали свои дорогие фирменные костюмы, сидя в сверкающих авто.
Фобию и стресс можно побороть стрессом другого типа. Наложить один шок на другой, избавив человека от предыдущих переживаний, заменив их новыми. Более приятными.
Они верят, что их Бог и наш одно и то же, просто имена разные.
У человека чести нет другой судьбы, кроме как следовать правилам.
Есть такое золотой правило - умеешь влипать в неприятности , умей и вылипать , иначе жизнь твоя будет хоть и яркой, но короткой.
Революции делают сытые. Недовольные сытые, склонные к анализу и расчету. Понимающие, как использовать голодных, но не собирающиеся делиться с ними.
"Я имею значение". Я имею значение при любых обстоятельствах. Никаких "если только". Никаких "до тех пор, пока". Я имею значение всегда. Точка.
Как мудро выразилась Катрин, истинные чувства становятся опасным оружием в руках врагов.
Иногда людям важнее не чтобы верили в них, а верить самим.
Ожидание - сущий кошмар.
Однак, як не парадоксально, саме усвідомлення наших меж може стати визвольним. Власне, повністю їх прийнявши, ми зможемо розцвісти, розкрити свою креативність і навіть взятися за здійснення великих справ. А оскільки смерть є найбільш суттєвою і неминучою межею... наше життя направду починається в день, коли ми усвідомлюємо, що настане час, коли ми помремо, і повністю його приймаємо. с.280
Гари следовал примеру одного моего знакомого писателя, однажды совершенно серьезно сказавшего мне: “Я начинаю все свои романы с пятидесяти скучных страниц. Чтобы отвадить дураков”.
Можем ли мы наслаждаться произведениями литературы или искусства, создатель которых виновен в сексуальной эксплуатации детей? На мой взгляд, можем, но осведомлённость о подоплёке этих произведений отразится на нашем восприятии и сделает его более сложным. Единожды узнав правду, мы уже не сможем от неё отвернуться. И мы не должны её забывать. Это факт - и это часть нашего багажа знаний.
Настасья поймала себя на мысли, что при других обстоятельствах и в другом месте она бы не сочла возвращения молока чудом. Но в Маране она отнеслась к этому как к чему-то само собой разумеющемуся. "Наверное, так должно было быть, потому что так и было задумано", - повторила она про себя любимую присказку стариков и улыбнулась. Чем проще слова, тем значительней их смысл.
«Ты опять умыкаешь мою невесту, — кинул ему вдогонку Даниэль. — Я должен быть в гневе!
— И ты в гневе? — проворчал старший.
— Я голоден, — вздохнул младший Даррелл и взъерошил темные волосы.»
- Мы оба налажали. Нам надо оставить это в прошлом, потому что, когда злишься, злость заслоняет собою всё.
Он был её вселенной, встающим по утрам солнцем и луной в ночном небе.
Наступила самая сложная часть. Ведьмой и гарпией быть легче. Быть человеком опасно.
Бывает ли вообще семнадцать лет?
Такого возраста в природе нет.
Его придумали для седовласых старцев,
Чтоб утешались, в зеркало смотря,
И вспоминали, как вились густые кудри,
И воскрешали то былое-призрак:
«И нам, и нам когда-то было
Семнадцать…»
Я вдруг подумал: а каково это – быть взрослым? Может, ты всегда ощущаешь на себе груз, чувствуешь, как заботы давят на тебя, словно ноша, которую нельзя стряхнуть? Тогда не удивительно, что Питер может летать. У него нет забот, которые прижимали бы его к земле.
Люди любят находиться рядом с чужим горем и чужой трагедией,но до определенных пределов.
- Странностей не замечаешь, Заступа-батюшка? - Фёдор поводил острым носом, словно принюхиваясь.
- Вроде нет, - признался Рух. - Люди пропали, кругом шастают ожившие мертвяки, кто-то раскапывает могилы. А так нет, никаких странностей, расстройство одно.
– А вы думали, алчность и злоба написаны у человека на лице?
Казалось бы, баба сама просила о разводе, баба получила развод, баба должна облегченно вздохнуть и начать жить и радоваться. Но тогда бы это была не баба, а мужик.